Шалость судьбы - Ольга Готина

Дакар сделал шаг, сокращая между нами расстояние, и я вскинула руки ладонями перед собой.

– Не подходите!

Мужчина снова застыл, прекратив движение.

– Мне кажется, вам нужно поспать.

– Ага, – с готовностью закивала я головой и снова бочком стала пробираться к выходу, – вот сейчас к себе пойду и посплю.

– Ну уж нет, – неожиданно не согласился мужчина, тоже бочком продвигаясь к выходу, чем сводил к нулю все мои поползновения к обретению свободы. – Да вы ходячая катастрофа! Поспите здесь, мне будет спокойней.

Кому как, а мне что-то было совсем не спокойно. И я снова нервно облизнула губы, краснея от воспоминания, что случилось несколько минут назад. От ректора не укрылся мой жест, и я застыла, поняв, что ректор внимательно изучает мои губы. Вот! Точно! Так я и думала! Еще один извращенец!

Паника вернулась, и я опасливо оглянулась на кровать.

– А вы где спать будете? – решила уточнить для точности картины.

– Там же, где и все нормальные люди, в кровати. Давайте, хватит валять дурака, ложитесь.

И после этих слов он начал приближаться ко мне. Инстинктивно я попятилась и тут же уперлась в край кровати.

– Это неуместно! – вновь выпалила я.

– Что неуместно? – Ректор нахмурился, останавливаясь рядом со мной, и уже немного раздраженно добавил: – Давайте лезьте в кровать!

– Прекратите ко мне приставать! – выпалила я, и поскольку отступать было некуда, с ногами залезла на кровать.

– Приставать? – Лицо Дакара вытянулось. – Да это вы ко мне пристаете вечно! А я даже не начинал!

– Вы меня притащили в комнату, – пискнула я, – и теперь говорите про постель.

Он закатил глаза, тяжело вздыхая.

– Потому что ты в стельку пьяна и тебе надо выспаться, – отбрасывая все условности, перешел он на «ты».

Только вот я ни капельки ему не поверила. К чему тогда странные вопросы про случайный поцелуй и фразочки про кровать? Он ведь лорд! Всем известно, что лордам нельзя верить. И воспользовавшись тем, что путь к двери был открыт, я спрыгнула с кровати, кинувшись к выходу. Я коснулась ручки двери, но не успела дернуть ее на себя, как почувствовала руки, обхватывающие меня за талию и приподнимающие в воздух, после чего я была бесцеремонно брошена на кровать.

– Мамочки, – уже в который раз повторила я, рыпаясь, чтобы снова предпринять попытку убежать, но мужчина навалился сверху, хватая обе мои руки мертвой хваткой и пригвождая их к кровати.

– Юна, успокойся! – рассерженно велел он, пытаясь удержать брыкающуюся меня. Пока у него это получалось успешно. Я подергалась еще немного, прежде чем замерла, уставившись в лицо, нависшее надо мной. Дыхание после борьбы было частым и прерывистым у обоих. Нервно сглотнув, я разорвала наш зрительный контакт, уставившись на губы ректора. Несмотря на то что я замерла, он продолжал прижимать меня к кровати, и это пугало меня еще сильнее, ровно в той мере, как и внезапная дрожь, проскочившая по всему телу.

– Вы опять это делаете, – прошептала я.

– Что делаю? – хрипло спросил он, продолжая удерживать меня, хоть я больше не сопротивлялась.

– Гипнотизируете меня, – сглотнула я и снова посмотрела ему в глаза.

Вырываться уже совсем не хотелось, все тело словно парализовало, и хотя это чувство было совсем не похоже на то, что я испытала тогда, я была уверена, что он вновь меня гипнотизирует. Иначе как объяснить тот факт, что происходящее начинало мне нравиться?

– Я вас не гипнотизирую. – Ректор отрицательно покачал головой.

– Тогда, – выдохнула я, пытаясь избавиться от наваждения, – внушаете.

После этих слов Дакар прищурился, всматриваясь в меня еще пристальней.

– Да? – В его голосе появился неподдельный интерес. – И что же такое я тебе внушаю?

Это только упрочило мои подозрения.

– Сами знаете, – поджала я губы, не желая произносить это вслух.

– Ну же, теперь мне интересно.

– Значит, вы не отрицаете, что внушили мне тогда в классе?

Он замолчал, явно уже пожалев о том, что стал меня расспрашивать, но спустя несколько секунд все же ответил.

– Я вам помог, адептка, этого я не отрицаю.

– Вы мне внушили, – упрямо заявила я. Пусть уж вещи будут называться своими именами.

– Я вам помог, – непреклонно повторил мужчина.

– И сейчас помогаете? – Я шевельнулась, но вырываться пока не спешила.

– Нет, – после небольшой паузы сказал он, – что бы вы сейчас ни чувствовали, я вам это не внушаю.

И мурашки снова побежали по телу. Как завороженная я смотрела на его губы и внезапно поняла, что мне нравится эта близость. Руки, удерживающие меня, голос, вкрадчивый и спокойный.

Был ли ответ на мой вопрос признанием, что в прошлый раз он внушил мне спокойствие? Сейчас это почти не волновало и потому пугало. Еще немного, и я превращусь в Джинну. Но магия распалась, руки отпустили меня, и сам мужчина поднялся. Я так и осталась неподвижно лежать на кровати, уставившись в потолок и пытаясь прийти в себя.

– Я… – Ректор сделал несколько шагов назад, а я перевела свой взгляд с потолка на него. – Я должен проверить Шету.

Он дошел до двери и развернулся, чтобы уйти. Но застыл на пороге и, не поворачиваясь, не приказал, а скорее попросил:

– Не уползайте никуда, отдохните здесь, я не причиню вам вреда, Юна.

И не дожидаясь какого-либо ответа, вышел, захлопнув за собой дверь. Я вскинула руки, хватаясь за голову и взъерошивая свои огненные волосы. Что это было? Туман в голове словно рассеялся. Становилась ли я трезвее или это пропадало его наваждение? Неужели он пытался внушить мне чувства к нему? Но оказалось, чувство было временным. Вместо тумана появилась вялость. Я с трудом села на кровати, сконцентрировав свой взгляд на двери, и в голове была лишь одна мысль: нужно отсюда бежать!

Бежать, конечно, преувеличение. Все, что я могла сейчас, это медленно идти или резво ползти, но не успела сделать ни того, ни другого, как усталость стала просто невыносимой. Осознание того, что действие зелья Айка подошло к концу, накатило вместе с усталостью, которую скопило тело за все время бодрствования. Вот закрою глаза на секундочку – и пойду. Только вот кровать была очень манящей и мягкой, и я даже не заметила, как отключилась.