Шалость судьбы - Ольга Готина

В щелку мне было видно, как Шета обиженно надулся.

– А я-то тут при чем? – расстроенно поинтересовался он.

– И ты, и твоя хозяйка – моя головная боль, вы же ходячая катастрофа.

Шета почему-то не расстроился от этих слов, тогда как я почувствовала себя уязвленной.

– А вчера совсем по-другому говорили, – внезапно заявил дракончик, и я вся обратилась в слух, даже, забыв о конспирации, подалась ближе к щели, чтобы ничего не упустить.

– Мало ли что я говорил, – как-то сразу стушевался ректор.

– Да? – В голосе Шеты появились поддразнивающие нотки.

– Да! – поспешно заявил Дакар, явно не желая говорить на эту тему, но Шету уже было не остановить.

– Юна такая нелепая, – изменив голос, он неожиданно встал и начал расхаживать по комнате, так что видеть я его почти не могла, зато слышала отлично.

– Шета, прекрати, – вздохнул ректор Дакар.

– Но при этом такая милая. А что, если она не случайно меня поцеловала?

– Шета!

Я же при последних словах испуганно прижала руку к губам. Мамочки! Действительно поцеловала?

– Но я же ректор! Я должен это пресечь! – Голос был грозным и не игривым, перед шкафом мелькнула тень проходящего мимо дракончика, и следующие слова прозвучали еще отчетливее. – А то где это видано, ректор ловит уползающую адептку, чтобы зацеловать ее.

– Я такого не говорил, – отчаянно застонал Дакар.

– А ты просто не помнишь, – уже нормальным голосом мимоходом заметил дракончик и, откашлявшись, продолжал: – С ума девка меня свела! Выпей со мной, Шеточка, и держи покрепче, чтобы я к ней в комнату не вернулся.

Грохот известил о том, что в дракона что-то полетело, но судя по звуку и хихиканью, цели не достигло.

– Хватит чушь нести, Шета.

Сквозь хихиканье донеслись слова:

– Если неправда, чего так злиться-то?

– Сейчас ледяной душ тебе устрою! – послышалось мстительное, и я не удержалась от улыбки, представив картину, разворачивающуюся за дверью.

– Ну я же говорил! – радостно заявил дракончик, и грохот усилился. Мимо моей щели промелькнули две тени, и я поняла, что в комнате начались догонялки. Хитрый жук убил двух зайцев: и пошалил, и игру получил. Тихонько хихикая, я уже не боялась, что меня услышат, потому как эта парочка была полностью поглощена друг другом. Была надежда, что Шета выскользнет из башни и уведет за собой погоню, тогда и я смогу потихоньку смыться.

– О, Юна! Я, кажется, влюбился! Переезжай в мою комнату, выходи за меня, и мы вместе усыновим Шету, – подвывая от смеха, заявил дракончик, проносясь мимо шкафа, и я снова прыснула. Нет, картина, конечно, ужасная, но как же он достал, наверное, ректора. Даже мне не удавалось доводить Дакара до такого градуса, чтобы он бегал за мной с желанием убить. Вдыхая пыльный воздух, я неожиданно поняла, что щекотка в носу вернулась, и обеими руками зажала рот и нос, сдерживая чих. Он просился наружу, но я держалась, и когда он победил, чихнула неслышно, чем можно было бы гордиться, если бы не вздрогнула так, что навалилась на дверь и кубарем выкатилась на ковер. Дверцы шкафа с грохотом закрылись за моей спиной, и когда я подняла голову, увидела, как Шета с ректором замерли в нескольких метрах от меня, так и не завершив очередной круг. Если Шета был не сильно удивлен моим внезапным появлением, то о ректоре подобного сказать было нельзя. Глаза его были вытаращены, руки расставлены, и сам он скорее напоминал статую человека ошарашенного и остановленного на бегу, кем, собственно, и являлся. А затем он, видимо, вспомнил содержание подслушанного мной разговора, и глядя на него, я тоже почувствовала, что краснею.

– Не хотела вам мешать, – выпалила я, чувствуя, как все тело онемело от страха.

– Совсем недалеко, говоришь? – Ректор перевел взгляд на Шету, на что тот невинно пожал плечами.

– Ну я пойду, – тихо заметила я, порадовавшись, что первым делом решили разобраться с Шетой, и нацелилась в сторону выхода.

– Не пойдете! – послышался недовольный голос за моей спиной.

– А если поползу? – испуганно выпалила я, понимая, что ректор снова переключился на мою персону.

– Не уползете, – коварно заявил он, уже преодолев первую волну смущения.

Я бросила на Шету умоляющий взгляд. В конце концов, мой он дракон или не мой? Взгляд был истолкован верно, после чего когтистая лапа небрежно подтолкнула пустую бутылку, неслышно подкатившуюся к ногам ректора. Мужчина, не глядя под ноги, сделал шаг и полетел на ковер. Вот теперь нам точно крышка.

– Бежим! – радостно скомандовал Шета и, подбежав ко мне, обхватил за руку и потянул за собой к выходу из башни.

Я подчинилась не раздумывая и припустила вместе с дракончиком. Оказавшись за дверью, он отпустил мою руку, и вместе мы побежали вперед по коридору, лишь бы оказаться подальше от башни, где нас проклинал ректор Дакар. Хлопнувшая позади дверь дала нам понять, что мужчина пустился в погоню.

– Юху, догонялки! – радостно завопил Шета. Я его энтузиазма не разделяла, но продолжала бежать. Затормозили мы лишь тогда, когда из-за очередного поворота появился не кто иной, как Исар. События прошлой ночи мгновенно встали перед моими глазами, и я остановилась. Шета пробежал чуть вперед и притормозил, оглядываясь.

– Ты что? Догонит!

Я оглянулась и свернула в другой коридор, проигнорировав дракончика.

– Юна, стой! – Это уже кричал не Шета.

Подлетев к лестнице, я начала быстро спускаться, во втором пролете меня нагнал дракончик, наплевавший на ноги и уже проворно помогавший себе крыльями.

– А этот чего за нами гонится? – деловито спросил он.

– Не за нами, за мной, – сбивчиво объяснила я, резво перебирая ногами.

– Неужели ты успела без меня нашалить? – ревниво спросил дракончик.

Я промолчала, потому как такие пробежки, да еще с похмелья, не входили в мои планы, и горлу подкатывала тошнота. Достигнув первого этажа, я быстро оценила обстановку и, дернув дверь подсобки, скользнула туда. Шета конечно же нырнул следом, после чего мы плотно закрыли дверь и я постаралась дышать тише, прижавшись ухом к щели, чтобы определить, когда погоня пройдет мимо. Кончик хвоста Шеты загорелся пламенем и поднялся вверх, освещая наше пыльное и тесное убежище.

– Не подпали ничего, – испуганно шепнула я дракоше, наплевав на конспирацию.

– Тш-ш, не подпалю, – заверил меня Шета и тоже припал ухом к двери.

Замолчав, мы оба прислушались, как раз вовремя: за дверью раздался грохот, доносившийся явно со стороны лестницы. Топот стих, после чего послышался недовольный голос:

– Куда она делась?

Последующий топот стих так же быстро, запоздав с вопросом лишь на несколько секунд.