Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

— Не знаю? Думаю, лет двадцать пять-тридцать. Она работала тут и раньше.

— А теперь поговорим о вашей сестре!

— Я не хочу дурно говорить о мертвых! Не будем тревожить ее душу!

— Ерунда. Мы знаем, что она очень любила мужчин. И вы выгнали ее из дома. За что? Она обратила внимание на мужчин в вашем доме?

— Вы прекрасно знаете, что в моем доме один мужчина. На что вы намекаете?

— Именно на то, что вы имеете в виду!

— Мой муж никогда не интересовался ее прелестями. Именно он настоял на удаление моей сестры из нашего дома! Мне было ее жаль. А сейчас я отказываюсь отвечать на ваши бесстыдные вопросы. Всего хорошего! — и с этими словами графиня выплыла из комнаты.

— Да, с ней нам не повезло, — заметил фогд. — Посмотрим, как себя будут вести другие. Но больше всего мне хочется поговорить с Джессикой.

— И мне, — ответил Александр.

Когда в комнату вошел граф, лицо которого было покрыто смертельной бледностью, фогд сказал:

— У нас к вам пока один-единственный вопрос. Надеюсь, вы сможете на него ответить.

Граф промолчал.

— Почему вы пытались заставить Танкреда поверить, что руин старого замка не существует?

— Я мог бы предложить несколько объяснений, но ведь вы в них не поверите?

— Нет.

— Ну что ж. Мне не хотелось, чтобы он продолжал вынюхивать.

— Почему?

— Неужели вы не понимаете?

— Нет. Хотя нам понятна, что у вас была интрижка с графиней. Но ее убили. Так что ваше положение весьма двусмысленно.

— Я был у нее не один, — запальчиво возразил побагровевший граф.

— Да что вы? И кто же счастливчики?

— Я не могу… я порядочный человек…

— Дитер?

— Да.

— Еще?

— Может быть. Но я не знаю. Честно.

— Ну что ж. Пока все, но мы еще вернемся. Пришлите сюда вашу дочь.

— Но Стелла ничего не знает!

— Вот и чудесно!

На лице восковой куклы был написан страх.

Она была все-таки очень красива, эта девушка. Но Танкред не согласился бы жениться на ней за все золото мира!

Фогд и на этот раз показал себя неглупым человеком. Он не стал задавать вопросов о тетушке Стеллы, поскольку она все равно стала бы все отрицать, а просто спросил:

— Вы дружили с Молли?

— С Молли? Вы переходите границы приличия!

— А как дела обстояли с Дитером? Кажется, вы собирались за него замуж?

— Об этом был разговор, но я еще не ответила, — удивленно ответила Стелла.

— А кто собственно этот Дитер?

— Он наш сосед. Отец его умер, и Дитер наследовал поместье. Он из очень хорошей семьи. Барон. Иначе мои родители сразу бы отклонили его предложение.

— А вы дружили с Джессикой?

— Почему вы говорите в прошедшем времени? Как будто она умерла?

— Нет-нет, она жива.

— Да, мы дружили, но мы очень не похожи друг на друга.

Фогд задал еще несколько вопросов и отпустил Стеллу.

— А теперь — к Джессике! — провозгласил он.

Когда они прибыли в дом тетушки Урсулы, Сесилия объявила, что «Молли» в постели — она плохо себя чувствовала.

Тогда они решили все вместе вломиться в комнату девушки. Джессика выглядела совершенно разбитой. Танкред с болью смотрел на нее.

— Ну, так, Джессика Кросс, — начал фогд, и обе женщины вздрогнули, ведь Сесилия тоже ничего не знала. — мы хотим выслушать вашу историю.

— Откуда вы знаете, что я Джессика?

— Потому что мы нашли Молли. Мертвой. Ее убили в конюшне, а тело сбросили в озеро.

— Да, она мертва…

— Так ты это знала? — вскричал Танкред.

— Да, когда я вернулась в конюшню, то увидела, что она лежит на земле. И я убежала в лес. Я очень испугалась.

— Но успела прихватить плащ Молли? — спокойно спросил Александр.

— Нет, ну что вы. Именно из-за него я так и испугалась. Ведь мы обменялись с Молли плащами. Ее был намного теплее. Ее поэтому и убили, что приняли за меня.

— Тогда почему ты назвалась ее именем? — после долгого молчания спросил Танкред.

— Я была совершенно не в себе. И всех боялась. И хотела начать новую жизнь, скрыться отсюда и сменить имя.

— Неправда! — возразил Танкред. — Поскольку убийца Молли в конюшне должен был обнаружить, что это она, а не ты.

— Да, конечно, но они никогда не признались бы в этом.

— Но ты не знала, кто убийца Молли?

— Нет, но я видела, как ее увозили на лошади.

— А ты видела, кто ее отвозил?

— Нет, ведь была темная ночь. Я видела только человека, который сидел на лошади.

— Но почему ты все время врала мне, Джессика? — обиженно спросил Танкред.

— Ты не понимаешь! Я ведь уже однажды сказала, что не достойна тебя. И это правда. — Она разрыдалась. — Мне так хотелось все тебе рассказать.

— А ты знала, что графиня живет в руинах старого замка? — вмешался в их беседу фогд.

— Нет, но это меня не удивляет!

— Почему? — строго спросил Александр. — Ты должна нам наконец все рассказать! Иначе тебя могут обвинить в убийстве Молли!

Девушка закусила губу и попыталась взять себя в руки. Она умоляюще посмотрела на Танкреда, но тот сделал вид, что ничего не заметил.

— Ты сказала, что хотели убить не Молли, а тебя. Почему? — спросила Сесилия.

— Я… действительно не могу вам все… рассказать… Они ведь воспитывали меня…

— Семья Хольценштернов? Так это они…

Она кивнула.

— Вот только я не знаю, кто именно из них.

— Ты становишься совершеннолетней через месяц, насколько я знаю, — проговорил фогд. — И тогда они остаются с носом? Отличный мотив для убийства…

— Но я никогда не говорила, что им надо уехать, — несчастным голосом возразила девушка.

— Но поместье становилось твоим?

— Оно всегда было моим. Они были просто моими опекунами.

— Так значит, есть еще причина.

Девушка закашлялась, а потом сказала:

— Я могу поговорить наедине с маркграфиней?

— Нет.

— А с Танкредом?

— Нет.

— Но я не могу…

— Рассказывай!

— Но… это так ужасно… Их брак не удался… как и многие другие, который устраивали родители жениха и невесты. Они были вынуждены родить ребенка, но потом не прикасались больше друг к другу. Это вполне устраивало графиню… но никак не графа. Ей больше нравилось столовое серебро и все такое… И еще она обожает обсуждать происходящее при дворе и скандалы. Я просто хочу сказать, что она такова по природе… я не хочу критиковать ее…

Александр ободряюще кивнул девушке.

— Граф же… искал утешений на стороне.

— Мы это поняли. Он сам говорил, что навещал графиню в руинах старого замка. Наверное, он сам ее туда и перевез.

— Да, но графиня была просто выходом из положения…