Вампирский клуб вязания - Нэнси Уоррен

– Тогда я не понимаю вот чего, – озадаченно сказала бабушка. – Если Виолетта Уикс украла книгу учета, приняв ее за гримуар, то где настоящий гримуар? – Бабушка потерла ладонями глаза. – Как бы мне хотелось вернуть память! Кажется, я его спрятала.

Мы с Рейфом переглянулись.

– Не помню почему, но я переживала за сохранность гримуара, – продолжила бабушка. – Да. Уверена, я убрала его в надежное место.

– Наверное, ты не помнишь, куда именно? – глухо произнесла я.

Бабушка крепко зажмурилась, сосредоточившись, а затем открыла глаза. Не успела она покачать головой, как я уже поняла, что она так и не вспомнила, куда могла спрятать гримуар.

Кто-то постучал в дверь, ведущую из магазина в квартиру. Мы переглянулись. Рейф встал, сверкнув клыками, и бесшумно направился вниз. Через минуту он вернулся с Сильвией и Альфредом.

– Пока вы спали, Альфред навестил сына Розмари.

Как же прекрасно иметь в распоряжении сыщиков, которые работают под покровом ночи!

– И что вы выяснили? – нетерпеливо спросила я.

Альфред не был похож на громилу, который заставит говорить парня с татуировкой питбуля на шее, но, как я подозревала, у Альфреда свои методы.

Вампир покачал головой.

– Боюсь, у меня для вас плохие новости. Рэндольф Джонсон умер от передоза. Когда я добрался до него, он был уже мертв, а из его руки торчала игла.

«Хотя бы Розмари не пришлось переживать утрату», – подумала я.

– Вы уверены, что он умер случайно?

– Сомневаюсь, – покачал головой Альфред. – Как будто парень собирался уходить, и тут кто-то подсунул ему еще дозу.

– Наверное, чтобы полиция решила, что парень потерял рассудок от наркотиков и убил собственную мать, – кивнул Рейф. – Она случайно умерла не там же?

Нос Альфреда дернулся – он словно вспоминал запах.

– Не думаю, но точно сказать не могу. Там сильно пахло смертью, но, мне кажется, только от парня.

Бабушка взяла меня за руку.

– Люси, тебе нельзя сегодня выходить на работу! Тебе грозит опасность.

Еще чего! Прятаться в доме, пока убийца бабушки – а теперь еще и Розмари – разгуливал на свободе?

– Не больше, чем где-либо еще. В магазине всегда есть кто-то из покупателей, а стоит мне закричать, как на помощь придет дюжина сонных вампиров. Верно?

Бабушку это не убедило, но тут заговорил Рейф:

– Она права, Агнесса. Будем приглядывать за ней. – Вампир повернулся ко мне. – Разбужу Эстер и попрошу ее побыть твоей помощницей, пока не найдется кто-нибудь более подходящий.

– Эстер? Та вечно недовольная девушка?

В мире было не так много существ, которых я бы хотела в помощники меньше, чем ее.

– Она прекрасно вяжет, – сказал Рейф. – А еще она спит днями и ночами, а когда просыпается, смотрит всякую дрянь по телевизору или шатается по компьютерным клубам.

Я невольно улыбнулась: Рейф вел себя как сердитый отец.

– Однако у нее, как и у всех вампиров, есть сила, – продолжил Рейф. – С Эстер вы будете в безопасности.

Я бы предпочла сама нанять новую помощницу, но на это нужно время, а Эстер, если что, сможет меня защитить. Я кивнула.

Ко мне подошла Сильвия и протянула сумку:

– Думаю, это тебя порадует.

Внутри, конечно, оказался свитер.

Сильвия сделала упор на стиль. Серебристо-черный свитер выглядел как творение ар-деко. Узор был геометрическим и очень сложным. Когда на изделие падал свет, оно начинало сверкать.

– Такую красоту неловко носить в магазине, – прошептала я. – Подобные вещи обычно видишь на показах мод.

– Знаю, – ответила Сильвия. – Как актриса, я быстро поняла, насколько важен наряд. Наверное, сегодня вы чувствуете себя хрупкой, но этот свитер придаст вам сил, обещаю.

Так раньше она и правда была актрисой! Это многое объясняло.

Я надела свитер. Сильвия не ошиблась: настроение у меня действительно улучшилось. Чтобы у свитера не было конкурентов, я выбрала под низ простую черную футболку и черные брюки. А еще – серебряные сережки и цепочку с крестом, которую я купила в антикварном магазине. Сильвия оценивающе осмотрела меня.

– Красная помада, дорогая. Вы бледная, и у вас темные круги под глазами. Красная помада привлечет внимание к вашим губам.

– Внимание будет привлекать только прекрасный свитер! – возразила я.

Тем не менее я направилась в спальню и, порывшись в скромной косметичке, нашла красную помаду, которую как-то купила к Рождеству. Мне казалось, для магазина рукоделия я выглядела слишком нарядно. С другой стороны, с моего приезда случилось столько странного и необычного, что одеться как стильная кинозвезда 1920-х казалось чем-то обыденным.

Полиция быстро установила, что, как и предполагал Рейф, Розмари убили не в магазине. Поэтому те, кто осматривал место преступления, ушли через несколько часов.

Когда я зашла в магазин, меня охватило очень странное чувство. Я поняла, что Розмари не придет на работу ни сегодня, ни в любой другой день. Перед глазами стояла картина: она лежит в комнате для занятий, словно сломанная кукла. Может, я не очень хорошо относилась к Розмари, но она отлично помогла мне с открытием. Я хотела отомстить и за ее смерть.

Я была не в лучшей форме, а в помощницы мне досталась несговорчивая нежить. Эстер нарочно зевала каждый раз, когда я о чем-то ее просила, и уныло слонялась по магазину, одетая во все черное, – хотя бы джемпер у нее был вязаный. К счастью, понедельник выдался тихим: наплыв людей, желавших выразить соболезнования или закупиться на случай, если магазин окончательно закроется, завершился. За день не произошло ничего примечательного, и я была этому только рада. Один лишь мой свитер вызвал столько восторга, что, как и предполагала Сильвия, мы продали всю серебряную и почти всю черную пряжу. Схему узора найти не удалось – ее придумала сама Сильвия, – однако я смогла подобрать две-три похожие.

Когда в магазине наступило затишье, Эстер достала телефон, надела наушники и оторвалась от реальности.

– Эстер, если покупателей нет, найди другое занятие по работе. Приведи в порядок схемы, подмети пол.

Она мрачно уставилась на меня:

– А то что? Зарплату урежешь?

Может, я и не училась быть язвой четыре сотни лет, но за свои двадцать семь освоила парочку приемов. Я свысока посмотрела на Эстер:

– А то расскажу Рейфу о твоем поведении – пусть он с тобой разбирается.

– Ой, напугала, аж дрожу, – фыркнула Эстер, насмешливо выпучив карие глаза.

Однако после моих слов девушка убрала наушники и стала работать усерднее. В четыре я ее отпустила – пусть поспит перед тем, как отправиться на столь любимые ею ночные тусовки и приключения.

В конце дня, когда я отнесла наличку в банк и вернулась в магазин, на меня вновь нахлынули усталость и головная боль.

Я договорилась, чтобы мастера по замкам пришли после пяти. Они долго ворчали и согласились лишь за большую надбавку. А еще я спросила у них, сколько стоит установка сигнализации и видеокамер.

Как только замок поменяли, я заперла дверь, поднялась в квартиру и провалилась в глубокий сон без снов.

Проснувшись, я поужинала и приняла еще обезболивающего, а затем начала искать гримуар. Если ведьмы были готовы убивать ради него, стоило его отыскать и, возможно, уничтожить. Бабушка так и не вспомнила, где спрятала книгу, но, по логике, та лежала где-то в доме – раз она просила Рейфа присмотреть за гримуаром, когда он вернется из Америки. Бабушку убили до его возвращения, поэтому книга вряд ли была где-то далеко.

Я хотела поискать гримуар с помощью колдовства, но не знала как. Пришлось прибегнуть к старому доброму методу, благодаря которому люди находят потерянные вещи. Я перерыла шкафы, посмотрела за мебелью, вынула каждую книгу на полках. Нюкта веселилась как могла: заглядывала в открытые ящики, забиралась за кресла и в целом поднимала мне настроение. Правда, мы ничего не нашли.

Вся в пыли, я сползла на пол и немного поиграла с Нюктой, а затем направилась в единственное место, где еще могла быть спрятана книга.

На чердак.

Чердак в бабушкиной квартире ни капли не похож на тот, что был у нас дома в Штатах. Сначала нужно потянуть за кольцо на потолке бабушкиной комнаты, затем – вытащить лестницу, а потом забраться по ней в пространство настолько небольшое, что встать в полный рост получится лишь в центре.

На чердаке был какой-то старый мусор, а еще несколько коробок и три сундука. Я знала, что не успокоюсь, пока все не перерою, поэтому начала смотреть вещи по порядку.

Я открыла крышку первого сундука, подняв целое облако пыли. Наверное, по ней можно