Дракон с шоколадным сердцем - Стефани Бёрджис

— Но… я ничего ей не должна! Я взяла ее в дом из милости! — выпалила Грета. — Что вы сказали — шоколадный дом? Авантюрину — и взяли в шоколадный дом?

— Ну ее, — сказала я Жоржетт. — Вот. — Вытащила из кармана деньги Греты, которые не успела истратить, и швырнула ей. — Ваша корзина валяется вон там, у фонтана. Может, голуби еще не все склевали. Ну а что склевали — то вычтите из моего жалованья.

— Жалованье? — завопила Грета. — Но я не…

— Готова вернуться на работу? — спросила Марина.

Я сорвала кошмарную унылую шляпку и кинула наземь, встряхнула волосами.

— Да, и как можно скорее.

— Мням… — промурлыкала Жоржетт и облизнулась, словно уже учуяла горячий шоколад.

Мы втроем зашагали прочь, а Грета все еще что-то бессмысленно лопотала у нас за спиной, но мы не обернулись.

Глава 18

Когда я вошла в «Шоколадное сердце» после трех дней отлучки, яркий солнечный светлился в окна, озаряя красно-золотые стены зала так, что они полыхали огнем.

Я окунулась в знакомый уют и на радостях не сразу заметила, что все до единого столики пусты.

Хорст вылетел из кухни, улыбаясь и сверкая зубами, но увидел нас, и мгновенно улыбка его погасла.

— A-а… Это всего лишь вы.

Марина подняла глаза к потолку.

— Если ты не заметил — я вернула нашу ученицу.

— Что? А, да. Прости. — Он кисло улыбнулся мне. — Рад тебя видеть, Авантюрина. Рад, что нам не пришлось за тобой долго гоняться. Марина тебе передала, что твои тартинки очень вкусные?

Слова эти были для меня слаще меда.

Но, окинув взглядом пустой зал, Хорст пригорюнился еще сильнее. И я заодно с ним.

— Что, больше вообще ни одного посетителя?

Марина окаменела лицом.

— Если они такие трусливые, что их спугнули пересуды и клевета, — да скатертью дорога. Нам незачем сидеть в Драхенбурге всю оставшуюся жизнь. Истечет срок аренды — с превеликим удовольствием открою дело заново, в другом городе.

— Все бы хорошо, будь у нас средства начать сначала, — ответил Хорст, даже не глядя на Марину. Говорил он привычно и устало, они явно спорили не в первый раз за эти три дня. — Но поскольку ты великолепно знаешь — денег нет…..

— И вообще, вы не можете уехать! — влезла Жоржетт. — Как же я? Это мой город, как я отсюда уеду? А в какой еще здешний шоколадный дом меня будут пускать в любое время и угощать горячим шоколадом прямо в кухне, стоит попросить?

Марина фыркнула.

— И вот на этой ноте… — Она направилась в кухню. — Идем, Авантюрина. Давай-ка ты снова попробуешь сварить горячий шоколад, но уже под моим присмотром.

Я поспешила за ней, а Жоржетт за мной. И все-таки кинула взгляд через плечо: пустой зал и поникший унылый Хорст.

Никогда и никто в мире не внушал мне такого безграничного восхищения, как Марина. И все же Хорст явно понимает в финансах лучше, чем она.

С самого рождения я каждую ночь спала на золоте, выросла на грудах драгоценностей. И сейчас отдала бы что угодно, лишь бы у меня была хоть горстка этих богатств — на благо шоколадного дома.

Тут я вспомнила про то, на чем спала у Марины. Подпрыгнула и кинулась к шкафу, где оставила свой чешуйчатый наряд. Уф! Он лежал на месте, целый и невредимый.

Ткань заструилась в руках, отливая серебристым и пунцовым. Прелестные чешуйки переплетались причудливым и неповторимым узором. От одного вида этого наряда сердце у меня больно кольнуло. Я покрепче стиснула ткань и еле удержалась, чтобы не прижать ее к лицу. Не хватало только дать себе волю на глазах у Марины с Жоржетт! И мои слезы облегчения им тоже видеть ни к чему.

Правда, они все равно заметили. От них обеих мои чувства было никак не укрыть.

— Не тревожься, — не глядя на меня, сказала Марина, сосредоточенно мывшая руки. — Я ее без тебя не трогала. Приятно, когда в кухне есть что-то яркое, пусть даже ты теперь и наряжаешься словно дерево… Как и все в этом городе.

Она многозначительно покосилась на темно-зеленое одеяние Жоржетт.

— Ну уж извините! — откликнулась та. — Это мой шпионский наряд, как бы я иначе слилась с толпой и выследила Авантюрину?

Она подошла ко мне и провела длинным пальцем по чешуйкам. Я даже не огрызнулась и не одернула ее. Вот как я теперь доверяла Жоржетт!

— Помню, ты была в этом, когда мы только встретились. Необычная одежка, — сказала Жоржетт и прищурилась. — Тогда я как-то не обратила внимания на узор. А теперь вижу — он смахивает на…

— Довольно болтать! — прикрикнула на нас Марина. — Авантюрина, ты долго еще намерена прохлаждаться? А что до тебя… — Она строго глянула на Жоржетт. — Если хочешь получить шоколад, который мы сейчас сварим, займись делом. Цветистые листовки писать больше не надо? Тогда вон помой посуду.

Она кивком указала на раковину, где громоздились грязные чашки, блюдца, ковшики и чайники. Посетителей, может, и не было три дня, но готовила Марина явно как заведенная.

— Идет, — бодро согласилась Жоржетт и скинула курточку. — Но предупреждаю, в награду я рассчитываю на что-то очень-очень вкусное.

— Ты ведь у меня в кухне, тут другого не бывает.

— Отлично. — И Жоржетт, насвистывая, принялась качать воду в раковину с посудой.

Я закрыла глаза, вдохнула аромат какао-бобов на жаровне и отчетливо поняла — я дома.

Однако это блаженное облегчение дольше минуты не затянулось. Марина принялась деловито переставлять посуду на столе, а я бережно упрятала свою чешую обратно в шкаф и вымыла руки. Поначалу я улыбалась, но от бряканья посуды под руками у Марины посерьезнела и вся напряглась. Слишком хорошо знала: если уж Марина, которая прекрасно умеет готовить бесшумно, брякает посудой, дело неладно.

Да, и мне, и Хорсту она говорила, что мы выстоим, но на самом деле очень тревожилась.

В душе у меня закопошилось было чувство вины, но я тотчас его придушила. Все три дня я думала, будто виновата, но ошибалась! Настоящие драконы не бросают свое логово, даже если кажется, что отстоять его уже невозможно.

Благодаря смекалке Жоржетт мы были так близки к спасению! Если бы король и принцессы успели отведать горячего шоколада… если бы мы успели выиграть еще мгновение…

— Ладно, голубушка, — прервала мои размышления Марина. — Вот что мне нужно. Иди сюда и свари мне горячий шоколад точно так, как готовила его в тот