Дракон с шоколадным сердцем - Стефани Бёрджис

Я только что вылила ночные горшки, и тут она бодро сказала:

— Идем со мной. Я покажу тебе, где что покупать на рынке, и впредь заниматься этим будешь тоже ты.

— На приречном рынке? — С перепугу я так разинула рот, что нечаянно вдохнула вонь из ночного горшка. Меня чуть не вырвало, но еще хуже была мысль о том, как бы не встретить Жоржетт. Попасться ей на глаза в таком виде!

Я передернулась.

И Грета тоже.

— Как ты могла подумать, что я делаю покупки на приречном рынке? — воскликнула она. — Да ни одна приличная женщина туда ни ногой! Тамошние разбойники ночуют в палатках прямо у своих лотков, ты разве не знала? Буквально в грязи. И откуда они явились, неизвестно. Я им не доверяю! Нет, я про приличный рынок.

Уф! Я обмякла и снова занялась своей мерзкой работой.

Со слов Греты выходило, что мы пойдем на какой-то скучный рынок, а там опасности наткнуться на Жоржетт нет.

Тем не менее когда четверть часа спустя мы вышли на улицу, я вздрогнула, будто из меня вытащили занозу. Солнце било в глаза. Все было слишком ярким и пестрым и прохожие болтали и сновали туда-сюда чересчур быстро и шумно. Отовсюду накатывали волны разных запахов, и холодный ветер, слишком вольный и свежий, веял новыми возможностями, но только не для меня. Для меня все было кончено.

Я попятилась в дом, стиснув корзинку и список покупок.

— Может, мне лучше остаться?

— Не глупи, — отрезала Грета и зашагала вперед. — Теперь ты выглядишь вполне благопристойно. И ведешь себя тоже. Так что отныне я вполне могу со спокойной душой поручить тебе ходить на рынок. И тогда у меня наконец-то появится время для шитья! Фридриху нужны новые ночные туфли, а мне до смерти надоела наша старая скатерть. Хочу вышить новую, покажу всем дамам, когда они придут в гости. Да у меня и уйма визитов не сделана, а я все откладывала, потому что хлопотала вокруг тебя, хотела, чтобы ты обжилась получше. Поэтому ты обязана отплатить мне добром и взять это дело на себя, Авантюрина! Поторапливайся!

Я послушалась. На мне было мешковатое, унылое платье цвета грязи, обноски с плеча прежней Гретиной служанки, а волосы мои скрывала темная шляпка. С корзинкой на локте я ничем не выделялась из толпы уныло одетых прохожих. Даже самый зоркий хищник, пролетая над городом, не заметил бы меня в этом стаде.

И все же я почему-то чувствовала себя еще более одиноко, чем раньше.

Как бы то ни было, пока мы дошли до рынка, я понемногу привыкла к солнечному свету и резкому прохладному ветру. Вряд ли сейчас за мной кто-то следит, да и о моем унижении никому неизвестно.

Марина приобретала все припасы на большом крытом рынке, пропитанном ароматом пряностей, — туда ходили только закупщики из ресторанов и кондитерских. Рынок, на который привела меня Грета, располагался во втором округе, здесь все было чистенькое и яркое, — совсем иной мир по сравнению с рынком для оборванцев, где у своего лотка, чавкая по грязи, топтался брат Жоржетт. Тут, на площади, заставленной отполированными деревянными лотками, толпились хлопотливые женщины, торговались за лучшую материю и свежайшие овощи для своих семей, и меня тут никто не знал.

Нужно было лишь семенить за Гретой и нести корзину, которая делалась все тяжелее и тяжелее… и не слушать шепотки вокруг.

— Мой двоюродный брат в последнем письме писал, что видел аж двух этих чудовищ, они летели по небу парой — и всего в десяти милях от его фермы! Говорят, кружили туда-сюда чуть ли не полдня.

— Жуткие твари! Боевым магам следовало бы отправиться в горы и разобраться с ними, пока эти существа нам не навредили. Да, именно так!

— Верно говорите! Уничтожить их, этих вредителей! С ними только так и можно!

«Не думай об этом, — твердила я себе. — Просто не думай!»

Я скрипела тупыми человеческими зубами и отгоняла все мысли прочь, пока в голове не наступила пустота, пустота, пустота… И продолжала их отгонять, даже когда заметила впереди стаю боевых магов в черных облачениях, — они важно шествовали по рынку и все перед ними расступались, почтительно и испуганно.

Если эти боевые маги осмелятся сунуться к горе, моя семья их сожрет с потрохами… Но предупредить своих я никак не смогу.

Что же такое творится дома, на горе, без меня?

Через пять минут Грета кого-то углядела в толпе.

— Ах, ах, глазам своим не верю! — Она поднялась на цыпочки и замахала. — Авантюрина, ты дальше давай сама. Уж я не знаю, как ей это удалось, но моя старинная подруга, ах, ах, она идет вон там под ручку с двоюродным братом самого лорд-мэра! Я непременно должна с ней поздороваться! Может, мы даже выпьем вместе чаю!

От слов «лорд-мэр» я похолодела.

— Я не хочу…

— Ах, да не волнуйся, тебя я не беру, — сказала Грета. — Ну кому охота знакомиться с моей служанкой? — Она визгливо хихикнула. — Не надеялась же ты, что я буду угощать чаем тебя? Нет, со временем я, конечно же, научу тебя заваривать чай как полагается — но только когда ты немного пообтешешься. Впрочем, если поупражняешься, скорее всего у тебя понемножку начнет получаться — тем более что важным гостям мы твой чай все равно подавать не будем.

О, если бы я все еще была драконом, как бы я сейчас гневно забила хвостом! Да знала бы эта кумушка, каким тонкостям я успела выучиться в кухне у Марины!

Но тут я вспомнила пригоревшие тартинки и сникла. Безропотно взяла деньги, которые мне отсчитала Грета, и с тяжелой корзиной в руке пошла дальше по рынку, а Грета понеслась навстречу подружке.

Спустя некоторое время я стояла в очереди у сырного прилавка, как вдруг кто-то меня подтолкнул. Я отшатнулась и прикрыла рукой потайной карман на платье, где лежали деньги.

И тут узнала звонкий смех Жоржетт.

— Ну и лицо у тебя, Авантюрина! Прямо «берегитесь, воры». Гляжу, твоя хозяйка наконец выпустила тебя из заточения?

— Что? — Я резко обернулась, а очередь тем временем двигалась мимо меня.

До чего странно и неожиданно было увидеть Жоржетт в этом округе, где жила Грета: будто моя прежняя жизнь ворвалась в новую, и они ну никак не сочетались. Голова у меня пошла кругом, и последние несколько дней показались унылым сном. Жоржетт стояла совсем рядом, такая настоящая, по обыкновению излучающая любопытство, и, сунув руки в карманы, пристально изучала меня лукавыми темными глазами. На