Без гнева и пристрастия - Павел Корнев

— Или ту парочку прикрывали наши гангстеры. Стрелков так и не нашли.

— Может, и так. Гадать бесполезно, надо отправить запрос в город Ангелов и дождаться ответа. Возьми у Раевски фотокопии и подготовь материалы.

— Хорошо. — Портер поднялся из-за стола и вдруг спросил: — Виктор, ты точно оказался на вокзале по чистой случайности?

Я выпрямился, спокойно выдержал взгляд детектива и подтвердил:

— Точно.

— Если есть какая-то информация…

— Не ищи в этом скрытого смысла, — покачал я головой.

— Как скажешь, — пожал Алан плечами и вышел за дверь.

Выждав пару мгновений, я достал записную книжку, отыскал номер ювелирного салона «Двадцать четыре карата» и позвонил туда, но ответа не дождался. Тогда позвонил его владельцу на домашнюю линию, но и там трубку никто не снял.

Вот ведь! Удружил так удружил!

Пустяковая просьба! А под меня из-за этой пустяковой просьбы теперь дивизион внутренних расследований копает!

Я с раздражением бросил трубку на рычажки аппарата и обернулся к распахнувшейся двери.

— Пришла информация по наручникам, — прямо с порога сообщил Ян Навин. — Эта пара была изготовлена по заказу сыскного агентства Лазаря Гота.

— Вот как? — откинулся я на спинку кресла. — С ними уже связались?

— Виктор, — поморщился дивизионный комиссар, — ты же знаешь, что они нам не подчиняются! Поэтому оторви от кресла свою пятую точку и отправляйся к ним в контору. Попробуй договориться по-хорошему. Раньше понедельника связаться со штаб-квартирой агентства мы не сможем, а получить ордер в этой ситуации будет не так-то просто.

— По-хорошему? — вздохнул я. — Попробую, но ничего обещать не буду.

— У тебя все получится, — приободрил меня Ян Навин, кинул на стол папку с материалами и отправился восвояси.

Получится? Я вовсе не был в этом уверен.

Сыскное агентство Лазаря Гота являлось могущественной организацией, имевшей свои отделения во всех городах и на большинстве крупных станций. Нечего было и пытаться надавить на них, не имея на руках ордера или веских улик. Это не какой-нибудь частный детектив, которому добрые отношения с полицией куда важней тайн клиентов. Деятельность агентства находилась вне нашей юрисдикции, и сейчас его сотрудники могут отказаться отвечать на вопросы на вполне законных основаниях. Недаром газетчики именовали эту контору либо «частной полицией», либо еще более откровенно — «полицией для богатых». А богатые не любят, когда кто-то сует нос в их секреты и ворошит грязное белье.

Я ознакомился с телеграммой от производителя наручников и быстро пролистал экспертные заключения, но ничего интересного в них не обнаружил. Отпечатки погибших в вагоне подземки в картотеке полицейского управления отсутствовали.

— Алан! — окликнул я вернувшегося в кабинет детектива. — Отправил запрос?

— Отдал в канцелярию, отправят в понедельник утром. Раньше не получится.

— Понятно. — Я закрыл папку с материалами и спросил: — Не знаешь, при выдаче разрешений на ношение оружия мы снимаем отпечатки пальцев?

— Нет.

— Досадное упущение.

— Появилась новая зацепка?

— Появилась, — подтвердил я, — только не по убийству Шарлотты, а по вчерашней бойне в подземке. Обнаруженные там наручники были изготовлены по заказу агентства Лазаря Гота.

— Занятно, — озадаченно протянул Алан. — Как они связаны с этим делом?

— Понятия не имею. — Я позвонил в гараж, вызвал машину и поднялся из-за стола. — Ты со мной?

— С тобой, пожалуй, — решил Портер и снял с вешалки плащ. — Один черт, все материалы уже по три раза просмотрел.

Мы вышли в коридор; я запер дверь кабинета и попросил:

— Составь список близких подруг Шарлотты, опросим их во второй раз.

— Это проще сказать, чем сделать, — усмехнулся Алан, вызывая лифт. — Поначалу все были в шоке, а теперь родители нас и близко к своим чадушкам не подпустят.

— Просто составь список, — повторил я. — Остальное — мои проблемы.

— Как скажешь.

Спустившись на парковку, мы погрузились в дежурную машину и отправились в местное отделение агентства Лазаря Гота, которое занимало аккуратный трехэтажный особняк на тихой улочке неподалеку от мэрии. Бывать мне здесь раньше не доводилось, поэтому я с интересом огляделся по сторонам, прежде чем пройти за высокую кованую ограду с острыми пиками поверху.

— Хорошо устроились, — пробурчал Портер, достав коробку папирос.

— Убери, — попросил я и зашагал через дворик. Поднялся на крыльцо и попытался распахнуть входную дверь, но та оказалась заперта. Пришлось утопить кнопку звонка.

Какое-то время ничего не происходило, и Алан уже вновь достал папиросы, но тут захрипел скрытый динамик:

— Вам назначено?

— Полиция, — сообщил я.

— По какому вопросу?

— Конфиденциальная информация.

Переговорное устройство с тихим щелчком отключилось, и воцарилась тишина.

— Нас послали, что ли? — нахмурился Портер. — Или на выходных никого из руководства нет?

Я сунул руки в карманы плаща и отвернулся от двери.

— И что будем делать? — спросил Алан и все же закурил.

— Ждать, — ответил я, и в этот момент лязгнул замок. — Вот видишь…

Портер с досадой посмотрел на папиросу, выкинул ее в урну и распахнул дверь парадного. Мы прошли в небольшой вестибюль, и нам навстречу поднялся сидевший за стойкой администратора молодой человек неприметной наружности в столь же неприметном сером костюме.

— Будьте добры, озвучьте цель своего визита.

— Необходимо переговорить с вашим руководством, — объявил я, демонстрируя служебный значок.

— По какому вопросу?

— Думаю, ваше руководство в курсе, — предположил я.

Охранник посмотрел на нас с неприкрытым сомнением, но все же указал на одну из дверей:

— Будьте добры, подождите в приемной.

В просторном помещении с голыми стенами Алан сразу развалился в глубоком кресле, а вот я задержался у входной двери, но расслышать сумел лишь вращение телефонного диска. Самого разговора охранника с руководством разобрать не удалось.

Тогда я расстегнул плащ и уселся напротив Портера. Папку с материалами по делу положил себе на колени.

— Выставят они нас… — вздохнул Алан, поглядев на часы.

— Не суетись, — попросил я и прикрыл глаза.

Пусть аспирин и ослабил головную боль, но самочувствие оставляло желать лучшего. Хотелось просто немного посидеть в тишине и перевести дух.