Глубокий Сумрак - Евгений Гаркушев

– Вполне, Вазген. Слушаю!

Видно, мне не удалось скрыть недовольную гримасу, потому что Вазген усмехнулся.

– Происшествие. На твоей территории пропала Светлая.

Я не совсем понял вводную и переспросил:

– Надежда? Доктор, которая работает в больнице «Скорой помощи»?

Собственно, больше известных мне Светлых в городе не имелось. Есть Борис, глава и единственный сотрудник Ночного Дозора, но он не «Светлая», а «Светлый». Кроме него, только Надежда, практикующий доктор, в Дозорах не состоящая, но сочувствующая. Борис не особенно склонял ее к работе: волшебница седьмого уровня мало чем могла ему помочь в борьбе с упырями и прочей нечистью, а требовали бы с двоих сотрудников больше.

Я – другое дело. Поэтому Борис предпочитал дружить с Темным – то есть со мной. А я – с ним, потому что моя ситуация была немногим лучше. Потенциальными союзницами могли стать только две ведьмы, одна из которых меня ненавидит и стремится опорочить при каждом удобном случае, а вторая не очень умна, зато похотлива… Вампиров и оборотней нам тут не надо, не оберешься проблем с вампирами, да и с оборотнями тоже. Хотя пару вампиров в городе мне постоянно предлагали прописать. Я отбивался как мог.

– Какая Надежда? – нахмурился Вазген. – Алена. Астафьева.

– Боюсь, я тебя не понимаю, Вазген.

– Ты не знаешь Астафьеву?

– Нет. Ты ничего не путаешь? У нас такой нет.

Вазген на мгновение задумался, потом пояснил:

– Она не живет на твоей территории.

– Тогда почему я должен ее знать? И каким образом она пропала на моей территории?

– Она поехала к вам в город. И не выходит на связь, – пояснил Вазген. – Есть основания предполагать, что ее захватил какой-то Темный. Или Светлый. Судя по предварительным данным розыска и по данным аналитического отдела. Но Светлые вроде бы не играют друг против друга настолько жестко, хотя всякое случалось в моей практике.

Я был не просто удивлен – ошарашен. Вряд ли Вазген шутил. Такими вещами не шутят, да и что здесь смешного? Вряд ли он обвинял в захвате Светлой меня. Но вот Темный маг, который хозяйничает на вверенной мне территории, – это непривычно и неприятно. Тем более что маг, похоже, не сотрудничает с Дозорами. И похищает некую Светлую…

– Какой у нее уровень? – спросил я.

– Четвертый, насколько мне известно.

Значит, похищена Светлая с опытом, потенциально более сильная, чем я. У меня на территории. Тьма и Свет!

Возможен и второй вариант – Вазген затевает какую-то интригу. Против меня, используя меня, с моей помощью… Это еще хуже. Хотя что хуже в данной ситуации – вопрос.

– Местный Ночной Дозор известили? – спросил я.

– Откуда мне знать, что предпринимает Ночной Дозор? Полагаю, твоего коллегу поставили в известность в первую очередь, но точно не знаю… Константин обратился ко мне за помощью. Если ты сам найдешь потерявшуюся Светлую, это будет весьма на руку нам. Нашему делу. Светлые будут нам должны. И я перед тобой буду в долгу!

Заполучить такого должника, как Вазген, дорогого стоит. Но найти Светлую, о движениях и жизни которой не имеешь ни малейшего понятия, – задачка еще та. Особенно если ее и правда кто-то захватил в плен. Интересно, а кому и зачем она могла понадобиться?

– Досье на нее есть? Информация, зачем она к нам поехала?

– Я распоряжусь, чтобы тебе прислали досье на нее, которое мы сможем собрать, а ты пока поговори с Борисом. Может, что-то выведаешь, что нам по официальной линии не сообщили.

– Так я и поступлю.

Официантка принесла греческий салат и кофе с шоколадом. Я начал торопливо есть. Неизвестно, как пойдут поиски, – лучше быть готовым к длительной работе и к использованию силы…

– Еще несколько плиток шоколада. С собой, – попросил я официантку, выкладывая на стол крупную купюру. – А сдачу оставь себе.

Девочка счастливо улыбнулась.

– Можно, я возьму шоколадками? – кокетничая, спросила она.

– Только так и никак иначе, – улыбнулся я.

Надо будет заехать во «Встречу» в ближайшее время. И пригласить девочку на кофе. Если она так любит шоколад… У меня дома большие запасы швейцарских сладостей из приграничного дьюти-фри.

* * *

Чем мне нравится Гуковский музей, так это скрытностью расположения. С проезжей дороги его практически невозможно увидеть за жилыми домами. Объясняется этот факт историческими особенностями здания – как я уже писал, прежде здесь был детский садик, а внутри квартала для него самое подходящее место. Что удобно людям, то и нам на пользу. Для штаба Темных сил расположение в густонаселенном квартале тоже было бы оптимальным. Люди не замечают, что происходит в офисе Дозора, а Иным сюда не так просто подобраться. Тем более – с боем. Ну а Светлые могут подпитываться здесь энергией счастливых обитателей «спального» района.

Въехав на парковку перед главным входом в музей, я отметил несколько свежепосаженных березок. Чуть в стороне от них рос молодой дубок. Деревцам помогали расти немудреные садоводческие заклинания. Похоже, Борис решил основательно благоустроить территорию.

Запищал гном на газоне – он всегда пищал, когда видел Темных, и радостно пел при виде Светлых. Совершенно ненужная трата силы, зачем Борис тратил ее на малоэстетичного гнома – не представляю. Но тратил тем не менее.

Борис выглянул из окна, махнул мне рукой:

– Давно тебя жду!

– Да уж не сомневаюсь, – хмыкнул я. – Тебе еще вчера об Астафьевой сообщили?

– Нет, сегодня утром. Я тебя на виски без задней мысли приглашал.

– Но виски теперь зажмешь?

– А ты реально хочешь в такой ситуации виски?

– Неужели ситуация и правда «такая»?

Борис сделал страшные глаза и махнул – заходи!

Вход в офис Ночного Дозора не был виден никому, кроме Иных. Собственно, здесь и не было входа в реальном мире – только в Сумраке. Покинуть офис, как я знал, можно было через окно с распашной решеткой. А вот войти – исключительно через сумрачную дверь, которая казалась людям заложенной. Она и была заложена в реальном мире, но сохранилась в Сумраке.

Я поднял свою тень и прошел в дверь или сквозь стену – кому как нравится. Вышел из Сумрака – и столкнулся с Ириной Викторовной, главным бухгалтером музея. Я знал ее потому, что кабинет Бориса был непосредственно над ее кабинетом. Чтобы не смущать женщину, я тут же ушел в Сумрак снова. И в Сумраке поднялся на второй этаж – чтобы не встретиться с экскурсантами, бродившими по музею, хранителями коллекций, смотрителями. Зачем людям лишние стрессы? Тем более Борис сотрудников музея, которые о нем даже не знали, очень ценил.

Знал по именам не только главбуха и директора, но и хранителей, смотрителей… И каждому помогал быть терпимее с посетителями и получал от этого массу Светлой энергии. Даже я имена хранителей знал по рассказам Бориса: Оксана Сергеевна, Валентина Николаевна, Анастасия Николаевна, Людмила Владимировна, Татьяна Станиславовна. Оксана Александровна недавно уволилась, что Бориса огорчало – она хорошо пела и делала мероприятия музея красочнее. А больше красок – больше энергии.