Четвертое правило Мангуста - Валерий Вайнин

Мы едва не застряли на светофоре, но все же я успел проскочить на желтый.

Стас тем временем обдумал мои выкладки.

– Если там крот – значит, один из двух. Выбор невелик.

Я кивнул:

– Именно. Либо майор Калитин, либо лейтенант Гномкин. Оба разом – вряд ли. Был бы перебор.

Стас задумчиво взъерошил волосы:

– Если так, крота можно взять за жабры и выйти через него на Остапчука.

Крутанув руль для поворота, я похлопал Стаса по плечу:

– Умница. Лишь бы твоя Светка под ногами не путалась.

Рыжий набычился:

– Не моя она. Завязывай с этим.

– Ладно-ладно. – Я поднял вверх руки, и мой «жигуленок» ближайший поворот выполнил сам. – Пусть не твоя, лишь бы мне не мешала. – Я вздохнул. – Беда прям. Всем эта Сычиха точно кость в горле.

Рыжий глянул на меня исподлобья.

– Конечно, мы ей поможем. Но она не моя. И кончай свои штучки с управлением машиной. Никогда не смогу привыкнуть… Сейчас налево и прямо. Вон к той девятиэтажке.

Возле дома Светланы, рядом с красным «Москвичом», стоял бежевый «Чероки» с тонированными стеклами. Тот самый, чтоб его… Дверцы джипа оказались нараспашку, салон был пуст. Никакая сволочь, похоже, в Москве ничего не боится. Затормозив, я выскочил из машины.

– Какой этаж?! – крикнул я Стасу.

– Пятый! – Рыжий помчался следом за мной. – На двери код, я забыл!

Мы неслись к подъезду. Черт с ним, с кодом! Дверь распахнулась перед нами сама. Уж это я могу себе позволить. Вбежав, мы кинулись к лифту. Разумеется, он торчал где-то на последних этажах. Я рванул по лестнице, перескакивая через пять ступенек. Стас приотстал, но снизу оглушительно пророкотал его бас:

– Готовьте гробы, суки! Ур-р-рою!

Ход его мысли я понял и одобрил вполне: счет шел на мгновения. Если мы не опоздали, то успели, что называется, под занавес.

Когда я выпрыгнул на площадку пятого этажа, лифт опускался вниз. Светлана лежала на пороге квартиры. Глаза ее были закрыты, платье в горошек – изрядно порвано. Тут же валялись туфли и сумка. Вероятно, капитан Сычова при защите пыталась использовать свой черный пояс карате. Клуша несчастная. Благо нападавшие при шумном нашем появлении предпочли свалить, недоделав работу. Примчался Рыжий, мигом оценил обстановку и предложил:

– Дуй за ними. Я не догоню.

Я кивнул на неподвижную Светлану:

– Не могу. Боюсь, мне ее придется вытаскивать.

– Ладно. – Стас ринулся вниз по лестнице.

– Стой! – крикнул я. – Бесполезно!

– Попытаюсь! – отозвался он, топая по ступеням.

Присев перед Светланой, я приподнял кисть ее руки: пульс был ровный. Жива девочка, слава богу. Я собрался приподнять ей веко, чтобы проверить зрачок, но капитан Сычова сама открыла глаза. Увидев мое лицо, она пробормотала:

– Скажешь, я опять упала в обморок?

Я кивнул:

– Да, Светлана Анатольевна. Что-то вы зачастили.

Оттолкнув мою руку, она вскочила на ноги.

– Да пошел ты!.. – Она сунула ноги в туфли и подобрала сумку. – Тут и без тебя не соскучишься.

– Сколько их было? – уточнил я.

– Трое. Если б я не зазевалась, они б у меня огребли.

– Разумеется, Светлана Анатольевна. Всем известно, какой вы мастер.

Щеки ее вспыхнули:

– Слышь, Француз, не знаю, как ты здесь оказался, но… Лучше вали отсюда, пока не схлопотал!

Нет, ей-богу, впору было ее прибить, выполнив тем самым задачу налетчиков.

– Светлана Анатольевна, – сказал я, – сдаюсь заранее. Могу публично признать свое поражение и поступить к вам в оруженосцы. Только Христа ради – бросьте идиотничать. Я должен сию минуту увезти вас отсюда и надежно спрятать. Comprenez-vous?

– Чего-о?! – нахмурила она брови. – Кого это ты увезешь и куда спрячешь?! Вали, говорю… Могу, если хочешь, напоить кофе. – Сделав приглашающий жест, она собралась войти в квартиру.

Я удержал ее за руку:

– Там могут оказаться сюрпризы.

– Какие, на хрен, сюрпризы?

– Взрывчатка, прослушка, утечка газа. Мало ли, на что способны ваши товарищи по работе.

Она посмотрела мне в глаза. Без гнева, без вызова, но с горечью.

– Отпусти руку. Никуда я не поеду.

– Поедешь, – возразил я. – Как миленькая.

Тут, к счастью, прибыл лифт, из которого вышел Стас.

– Упустил, – сообщил он мрачно. – Только номер запомнил.

– Они сменят его за ближайшим поворотом. – Я выпустил руку Светланы.

Однако удерживать капитана Сычову уже не было необходимости. Она хлопала ресницами, смущенно соединяя лоскуты порванного платья.

– Стас, как ты здесь? – Даже голос Сычихи стал музыкальней.

– Как-как, – проворчал Рыжий. – Только я знал твой адрес.

Едва ли что-то понимая, она благодарно кивнула:

– Спасибо. Может, зайдешь?

Пришлось напомнить о своем присутствии:

– Никуда он не зайдет. Мы немедленно уезжаем.

Капитан Сычова смотрела на Стаса:

– Я должна ехать?

Рыжий соизволил обратить на нее взор:

– Меня, Свет, не спрашивай. Как скажет Глеб, так и делай. Не прогадаешь.

Она механически продолжала соединять лоскуты платья.

– Хорошо, я поеду. Переоденусь только.

– Нет, – возразил я резко. – Вы со Стасом спуститесь в машину, а я осмотрю квартиру – и за вами. Теряем время.

Светлана смотрела на Стаса. Рыжий угрюмо кивнул, и они вошли в лифт. Черт возьми, Сычиха под присмотром Рыжего становилась вполне управляемой. По мне – так даже чересчур. Лифт поехал вниз, а я переступил порог обители крутого капитана утро.

Квартирка была однокомнатной, чуть побольше моей. Просторная кухня, ванная и туалет – раздельно. Постель убрана, грязной посуды нет. Во всем, однако, ощущается сиротство и запустение. Будто не живут здесь, а лишь останавливаются проездом. Только роскошная златовласая кукла, сидящая на кровати, слегка скрашивала окружающий неуют. Впрочем, кукла здесь казалась инопланетянкой, и мне искренне было ее жаль.

Взрывчатки и прослушки не было. Никаких других пакостей – тоже. То ли не успели, то ли сочли излишеством. Ну и ладушки. Я вышел, захлопнув дверь.

Хмурая парочка ждала в «жигуленке». Стас восседал впереди, Светлана сзади, уставившись в его рыжий затылок.