Беременная адептка - Анастасия Бельская

От ожидания встречи с Диеро, от нетерпения, от жутко тянущегося времени и от дикого любопытства.

Потому что объяснять мне что-либо, по традиции, отказались.

— Пойми, Кайли, я еще сам во всем не до конца уверен, — говорил мне Бер после беседы с мамой, — и вываливать на тебя непроверенную информацию мне совсем не хочется. Поэтому, потерпи, а я пока во всем разберусь…

— Я хочу знать. Я имею право знать.

— Имеешь, Вредина, — он потирается кончиком носа о мой нос, но мы уже стоим у выхода из академии, и я знаю, что поцелуев не будет, — и я расскажу тебе все, когда будет, что рассказывать. Честно говоря, я верил, что твоя мама прояснит некоторые моменты…

— Какие? — тут же вклиниваюсь я.

— …Но нет. Так что все сами, роем и ищем дальше. А ты, — палец к носу, — учишься и бережешь себя. Усекла?

Все-таки выпячиваю нижнюю губу, показушно и не обидно. Диеро тихонько смеется, а затем протягивает мне увесистый сверток, который ему не так давно передал сотрудник с работы.

— Что это? — я осторожно верчу в руках загадочный подарок, про себя думая, что по форме напоминает книгу.

— Твой новый «поисковик».

Я замираю, пальцами гладя краешек свертка. После того, как свой я разбила, я отлично понимала, что новый мне пока не светит. Для учебы бы мне выдали какой-нибудь из запасов академии, но и то на время уроков. А для покупки своего персонального «поисковика» нам с мамой требовалось копить пару месяцев…

— Я… не знаю, что сказать.

Дорогая вещь. И необходимая. Черт, я правда не знала, могу ли принять такой подарок…

Кажется, эти мысли были прописаны на моем лице, потому что Бер тяжело вздохнул.

— Простого «спасибо» будет более чем достаточно. Кайли, мне важно, чтобы ты была на связи. Потому что, кажется, после сегодняшнего разговора через твою маму я больше не смогу узнавать о твоей безопасности…

— Не надо через маму, — очень тихо прошу Мужчину Моей Мечты, — только ты и я, ладно?

Я сама не понимаю, насколько двояко звучит моя просьба. Но Диеро понимает — и медленно кивает головой.

— С этого дня — только так, моя Выскочка.

Он улыбается, наблюдая за краснотой моих щек, а затем делает шаг в сторону выхода.

— Разбирайся с игрушкой, а затем пиши, я есть в контактах. До встречи, Кайли.

— Пока, — грустно прощаюсь я, забыв спросить, когда следующая встреча.

И вот теперь прошло уже миллион дней (на самом деле только семнадцать), как мы не видимся. В моем «поисковике» уже километровая переписка, которую я пролистываю каждый вечер перед сном. В основном мои отчеты — поела, здорова, что делала в течении дня и как настроение. Диеро всегда просматривал, но отвечал редко — только если ответ его не устраивал. Сам писал в основном ночью, но общаться с ним в это время не разрешал, хотя я хотела.

Просто прогонял спать, и между тем рассказывал, почему он так сильно занят. Расследование, работа, какие-то мелкие дневные дела — и приехать опять не получается.

Зато часто передавал посылки — ромашковый чай в упаковке, сладости, еще пару книг про материнство, и даже тонкий браслет на запястье, который я теперь носила не снимая. Я благодарила — мужчина отмахивался, и просил есть побольше фруктов.

Странное общение, для кого-то лишенное всякой романтики, но для меня — самое теплое за это время. Я буквально укутывалась каждый раз в его фразы, и запоминала некоторые наизусть. Потому что он говорил так, как надо лично мне, чтобы почувствовать себя хорошо. И я старалась отвечать ему тем же.

— Кайли, нам нужно сдать анализы, и посмотреть на плод. Измерить, посмотреть, как развивается — это все уже можно сделать на твоем сроке.

— И пол узнать? — спрашиваю, потому что реально интересно.

Да и в книжках уход за девочками и мальчиками порой различается.

— Нет, для пола еще рано, — улыбается мама, как всегда довольная от моей заинтересованности, — но кое-что мы уже посмотрим. Идем.

Мы проходим к уже «моей» кровати в больничном помещении, и мама достает знакомую «ракушку». Я видела такую у повитухи, и от воспоминаний немного страшно. Но ведь мама хочет просто посмотреть?

— Расслабься, — она даже говорит ту самую фразу, и я, наоборот, напрягаюсь.

Прохладное прикосновение, и вот уже на гораздо большем, чем у повитухи, экране я наблюдаю за своей маленькой «точкой».

Только это уже никакая не точка, а целый… Целый, блин, человек!

Я даже приподнимаюсь, чтобы понять, правильно ли все вижу. Вот увеличенная картинка, где я явно различаю непропорционально большую голову, малюсенькие ручки, и даже вижу очертания носика, что просто не может быть!

Или может? Как же может, если еще совсем недавно здесь была только точка!

— Мамочки… — совершенно по-детски реагирую я, а мама улыбается, с легкой грустью глядя на экран.

— Ну вот, уже довольно интересная картина… Давай, милая, возьмем кровь, а затем я запишу все данные.

Она протягивает ко мне руки, желая, как обычно, с помощью магии взять у меня анализ. И в этот момент что-то полностью меняется, картинка размывается, а затем собирается в совершенно другое изображение.

Я слышу чириканье птиц и чувствую запах зелени. Оглядываюсь, плохо соображая, что это за шутки, и почему, черт возьми, я лежу совершенно одна посреди леса!!!

Вскочив на ноги, я метаюсь туда-сюда, но понимаю, что все верно. Одна, в лесу, а в голове полный ноль идей, как такое могло быть.

Хорошо, что я не голодная, и не уставшая. Мозг хорошо работает, поэтому я лезу в сумку через плечо, в которой храню «поисковик», радуясь, что не выпускаю подарок Бера из рук.

Быстро набираю знакомый контакт, первый раз решив позвонить Диеро. Знаю, что он просил не беспокоить, но…

— Да? — отвечает Бер через пару секунд, и я вообще перестаю паниковать.

— Я сегодня видела нашего ребенка. Голову, ручки, даже нос… Это фантастика, Бер.

Тишина в «поисковике» сменяется облегченным выдохом.

— Я рад, малыш. И очень расстроен, что пропустил такое. Вечером буду у тебя, чего бы мне это не стоило. Потерпишь?

— Ммм… А потом я неожиданно очутилась посреди какого-то леса, и не знаю, далеко ли отсюда до академии. Вообще, да, до вечера вполне потерплю, но…

— Твою мать, Кайли! Браслет с тобой?

Я смотрю на свою руку, и даю положительный ответ.

— Оставайся на месте, я сейчас буду, — бросает он, и крепко матерится перед тем, как отключить вызов.

А я усаживаюсь на траву, откидываю голову и спокойно ожидаю.