Без права на жизнь - Александр Голодный

По многословным описаниям сообразил: каждый кэш имеет связь с банком, по типу мобильной. То есть деньги и на счету, и одновременно с тобой, как на кредитке. Но с кредитки на другую напрямую не перебросишь, а с кэша легко. На ночь кэш положено ставить в зарядный док. Точно, есть на стенке контакты.

А что это у Борова такое лицо загадочное?

— Короче, так, Тех. У нас один из братвы думает, что ты «черный» тех, за это, типа, тебя и стерли.

Излагается легенда о техах-нелегалах, которые в группировках реально крутых парней (мля, там пасть не по делу откроешь — все, кранты, жмур) занимаются взломом кэшей и переводом денег. М-да, знакомое дело, аналог наших кардеров. Но аппаратура нужна неслабая. Черт, лучше бы я последнего не говорил. Парни смотрят с благоговейным восторгом, Боров с воодушевлением, только Солдат спокоен.

— Тех, так ты, в натуре…

— Боров, я не помню. Да и как могут взять черного теха, если за ним стоят реально крутые парни?

Получаю еще кусок интересных сведений о чужом мире. Оказывается, допросная химия здесь является обычным явлением, и если кто попадает в лапы закона живым, то колется абсолютно и полностью. Видя выражение лиц шнырей, верю безоговорочно. Да уж, с доказательствами для правосудия здесь просто.

Так, Бак закончил. Вставляю аккумуляторы в первую игру. Тишина. Во вторую…

Заработало. Кнопки… Ага, две не функционируют. Разбираю обе коробочки, чищу контакты, перекидываю (да здравствует унификация!) кнопки, собираю, включаю. Что-то новенькое, про двух собак и ворону. Пододвигаю все, кроме телефона, Борову.

— Телефон завтра посмотрю, старшина. А насчет кэшей надо сначала реально подумать.

— Не вкурил. Тебе что, Тех, ничего не надо? Ты не очень сильно головой ударился?

— Боров, ну, часы пластиковые могу взять. Парни, разыграете, кому?

— Тех, а тебе самому?

— Вторые? Зачем?

— Тех, мля, тебя реально стерли. До тебя, в натуре, не доходит, зачем людям вещи?

— Боров, что мне надо — у меня есть. Кстати, хочешь совет?

— Ну?

— Выменяй себе все электронные игры. Я их посмотрю, какие смогу, те отремонтирую. А потом давай поиграть.

— Не вкурил.

— Давай поиграть, но не за просто так. Пусть игрок платит.

— Мля!

— Ну, Тех!

— А еще говорит: «стертый»!

— Шныри, ша! Если кто проболтается…

— Боров, мы понимаем.

— Молчим, старшина.

— Уже забыли.

— Тех, кореш! В натуре, если дело выгорит… Мля, Боров найдет, чем отплатить, подписываюсь при народе!

— Договорились, старшина.

Боров с братишкой ушли. Но сюрпризы на сегодня не кончились. Парни честно разыграли часы (Бак неверяще смотрит на запястье), пошептались и подошли опять ко мне.

— Тех, у Крыса, оказывается, была нычка. Мы порешали — это тебе.

Браслет-цепочка из крупных звеньев с чернью. Серебро. Какой же путь проделало украшение, пока не оказалось на свалке в тайнике урода?

— Тут застежка слабая была, Плотник подогнул.

— Парни, это дорогая вещь. Может, не надо?

— Нет, Тех. Ты достоин, ты заслужил. Сделай тайник и спрячь.

— Спасибо, парни, мне очень приятно, честно. Сразу прятать… Давайте, хоть померяю.

Цепочка легла, как сделанная на меня. Чуть свободно, металл холодит кожу.

— Вот видишь, Тех. Мы сами меряли — всем мала. Значит, точно для тебя!

— Парни, спасибо. Буду должен.

* * *

Когда подстригал Кента (душевую кабинку в его апартаментах собрали, Бак и Уголь готовы залить горячую воду), он неожиданно спросил:

— Тех, ты знаешь, что тебя считают «черным»?

— Старшина Боров упоминал, сэр Кент.

— Хм-м. «Упоминал». Он хочет собрать сходку и узаконить тебя «черным техом». Что молчишь?

— Я не знаю, что это изменит, сэр Кент.

— Тогда ты будешь официально приравнен к законникам. Получишь право носить и использовать дубинку. Право вызывать на бой.

Как-то сразу представилось, как разделываю на арене Лома. А впрочем… Чего этим добьюсь? Он обходит меня, я не трогаю его. У Лома другие проблемы: власть утекает сквозь пальцы. Подчиненные, мастерски подстрекаемые Боровом и его бригадой, открыто демонстрируют недовольство и наглеют на глазах. Все вопросы с ремонтом и стрижкой решаются через Борова, задумка с монополией на игры удалась блестяще. Десять игрушек работают почти непрерывно, Бак только успевает заряжать аккумуляторы. Эта радость обходит Лома и его последних сторонников. Что-то мне кажется, что ходить в старшинах ему осталось недолго.

— Ты не хочешь воспользоваться правом боя?

— Сейчас — нет, сэр Кент. Оно не помешало бы для защиты моих друзей, но пока никто не стремится их обижать.

— Я подумаю над твоими словами. Ты закончил, Тех?

Подаю зеркало: не маленькое, как у нас, а полноценное, размером с тарелку, зеркало для бритья. Кент рассматривает отражение. Поднятые, расчесанные на прямой пробор волосы открывают высокий лоб мыслителя, аккуратные виски присыпаны сединой. Наверняка на воле отбоя не знал от женщин.

— Хм-м. Оригинально. И хорошо. Благодарю, Тех.

— Пожалуйста, сэр Кент.

— Ты подстрижешь Тень?

— Конечно, сэр Кент.

Так, а как подстричь нашего молчуна? Впрочем, я знаю ответ. По фотографиям давно заметил, что полицейские прически миров идентичны. Попробую порадовать парня.

Еще немного снять волосы, чуть поработать станком… Где зеркало? Оп-па! Зеркало держит сэр Кент, и он явно заинтересован реакцией охранника. Тень смотрит в зеркало, потом в глаза Кента, а потом они вместе смотрят на меня. М-да. Нельзя так интриговать людей.

— Знаешь, Тех, чем больше я тебя вижу, тем больше у меня возникает вопросов.

Молчу.

— Благодарю, Тех.

— Пожалуйста, Тень.

— Шныри, заливайте воду и можете идти. Тех, тоже уйди с моих глаз долой.

— Да, сэр.

Тема «черного теха» получила неожиданное продолжение на следующий день. Закончив с законниковской мелочовкой, я взялся за телефон Рыбы. Переточенные инструменты из маникюрного набора позволили полностью разобрать аппарат. Рядом лежат детали из оставленного Боровом, внешне идентичные аккумуляторы заряжены. Степень унификации и здесь высокая. Изучаю схему телефона Борова. Управляющий процессор, микросхема ЦАП, радиоканал. Стоп, а почему блоков радиоканала два? Кстати, антенн тоже две, вторая совсем маленькая. Вот и поломка: заметная трещина поперек платы. Жаль. Что у Рыбы? Начал с динамика и неожиданно угадал: залит. Микрофон? Та же беда: липкая гадость намертво заклеила фетровую прокладку. Что еще? Клавиатура. Платка полностью слиплась с контактной накладкой. Несмотря на разный вид пластиковых кнопок, замена удалась. Перепаиваю микрофон и динамик, частично собираю, придерживая аккумулятор пальцем, включаю. Загорается дисплей, началась загрузка. Так, а это что за надпись? «Но юзер». Подержав загадочное сообщение, телефон выключается. Мда, не повезло. Интересно, а как аппарат определил, что я не его пользователь? Пин не запрашивался… RFID! Точно, вот и назначение второго радиоканала с маленькой антенной. Хорошо придумано — воровать телефоны в этом мире бесполезно. Собираю аппарат Борова, продолжая размышлять. Нет, не может такого быть, чтобы не допускалась смена владельца. Рынок «секонд-хенд» в этом мире развит прекрасно: в любой газете несколько страниц объявлений, есть целые газеты, посвященные продаже б/у. Внимательно просматриваю плату. Разъем подключения внешнего программатора отсутствует. Через контакты зарядки? Нет, схема развязки также отсутствует, есть только цепь заряда. По радиоканалу? Очень сомневаюсь, особенно касательно RFID. Тут шифровка и алгоритм должны быть предельно закрыты государством и не выходить за границы технопарка. А это что за контактные точки? Дорожки к ним идут от управляющего процессора. Замыкаю пинцетом, частичная сборка, попытка запуска… Эффект тот же. Кстати, установленный аккумулятор закрывает собой контакты. Это чтобы их нельзя было замкнуть? Нельзя обычному пользователю, а я нежно прижимаю зачищенный проводок установленным аккумулятором. «Пи-ик». Ага, убираем замыкатель, аккумулятор на место, включаем. Дисплей недвусмысленно вопрошает: «Ты юзер?» Конечно, «йес». Музыкальный перелив, значки на цветном экранчике. Вот только не радует «но сигнал». Ну, что же, будем искать. Если рассуждать по уму, то вершина строительной кучи у шалаша может помочь. Надо идти к Борову.