Сбежавший король - Дженнифер А. Нельсен

Возвращаясь в лагерь, я заметил возле деревьев Имоджен. Она, стоя на коленях, сажала кустик ромашек. Увидев меня, она нахмурилась.

– Ты выглядишь расстроенным, – сказала она. – Что произошло?

– Время на исходе. У нас обоих.

Она сделала мне знак подойти ближе, и я вздохнул. Я предпочел бы остаться один, пока не успокоюсь, но не мог отказать ей, особенно здесь.

– Кто-нибудь может нас увидеть, – сказал я, оглядываясь, но поблизости никого не было.

– Тогда иди сюда.

Мы спустились с небольшого холма в небольшую ложбину, где склон и деревья надежно защищали нас от посторонних глаз. Она достала из кармана передника сырую картофелину и велела мне сесть рядом, что я и сделал.

– Наверное, боль от раскаленного железа еще не прошла.

Я скривился.

– Картошка?

– Тише. Покажи мне руку.

Я показал ей клеймо. Имоджен повернула руку так, чтобы лучше видеть ожог.

– Больно?

– Все нормально.

– Ну конечно. Если бы тебе даже все кости переломали, ты сказал бы, что все нормально. – Она положила мою руку себе на колени и начала чистить картофелину.

Потом Имоджен порезала ее тонкими ломтиками и положила их на ожог. Ломтики почти мгновенно потянули из раны жар. Закрыв ожог, она положила нож и оставшуюся картошку на землю. Имоджен поддерживала мою руку у запястья и у локтя, чтобы картошка не упала.

Так мы просидели несколько минут в молчании. Я не хотел говорить, боясь разрушить словами это хрупкое счастье. Словами я только все испорчу или наконец уговорю ее уйти. Я вдруг со стыдом понял, что на самом деле не хочу, чтобы она уходила. Так хорошо было иметь союзника в этом ужасном месте.

– Я видела вас с Девлином на берегу, – сказала она, – он дразнил тебя.

– Это была проверка.

– Раз ты все еще здесь, наверное, ты ее выдержал.

– Нет. Сомневаюсь, что ее можно было выдержать.

Имоджен начала перекладывать ломтики картошки, выбрасывая сделавшие свое дело и заменяя их новыми.

– Я думала, ты сразишься с ним. Даже издалека было понятно, что ты этого хочешь.

– Да, я хотел, – подтвердил я, а про себя подумал, что все еще хочу этого.

– Ты не можешь победить пиратов, Джерон.

– Я знаю.

– А значит, нам нужно бежать отсюда. Мы можем убежать сегодня ночью, вдвоем. Ничего постыдного в этом нет.

– Бежать? – Я с раздражением стряхнул картошку с руки, встал и взялся за меч. – Скажи, как на прошлой неделе ты поняла, что я уеду из замка сюда? Ты помнишь?

По щеке Имоджен скатилась одинокая слеза, и она ответила:

– Потому что ты никогда не убегаешь. Даже когда это единственно возможный выход.

– Да, – отрезал я, – никогда. – И развернулся, собираясь уйти.

– Джерон, есть еще кое-что. – Прежде чем я повернулся к ней, она встала. – Я подслушала разговор Девлина. Роден возвращается. Его ждут завтра.

Я помолчал и закрыл глаза, прежде чем ответить.

– Он знает о тебе?

Имоджен покачала головой.

– Еще я слышала, что он сам вызвался той ночью ехать в Картию. Не из-за послания, которое должен был тебе передать, а потому что хотел, чтобы ты знал о нем. Он напал на тебя, потому что хотел отомстить.

Я это прекрасно понимал. Достаточно хорошо, чтобы это тяжелым грузом сдавливало мне грудь с нашей с ним последней встречи.

Я поднял голову.

– Ты не собиралась мне этого говорить?

– Я надеялась, что пираты не примут тебя, или что ты поймешь, как глупо то, что ты задумал, и сам уйдешь прежде, чем придется сказать. – Забыв о том, что кто-нибудь может нас увидеть, она подошла ко мне ближе. – Ты не понимаешь? Он узнает, что это ты, как только услышит имя Сейдж. Из всех имен, что ты мог выбрать, ты не придумал ничего лучшего? Не мог взять имя, которое не напомнило бы ему о тебе?

Я опустил глаза, и Имоджен судорожно вздохнула.

– Ой, – прошептала она, – так это твой план. Ты хочешь, чтобы он нашел тебя? Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь.

Я вздохнул.

– Не ошибаешься.

Это ее разозлило.

– Ты забыл, что он чуть не убил тебя неделю назад? А теперь ты, не думая об опасности, оставляешь свой замок, свою армию, своих друзей и приходишь сюда один? Как это поможет что-то исправить? Ты что, не знаешь, против чего идешь?

Я сжал зубы и отвел взгляд, но она еще не закончила.

– Я знаю, что ты сильный, ты владеешь оружием, но говорят, Роден ни на минуту не расставался с мечом со дня твоей коронации. А когда он вернется, тебе придется сразиться не с ним одним, а со всеми пиратами. Они будут на его стороне, и у тебя нет шансов победить. Никаких. – Она взяла мое лицо в свои ладони, чтобы я посмотрел на нее. – Пожалуйста. Ты должен услышать то, что я говорю. Как бы ты ни был зол на пиратов или на Родена, завтра ты проиграешь.