Ночь Королей. Игра с судьбой - Стелла Так

– Пейс! Что ты делаешь? Ты же не должна ее убить! – услышала я вопль Грейва.

Пейсли только рассмеялась, и я заметила холодное мерцание в ее глазах, которые казались слегка безумными и нагоняли на меня такой страх, что моя реакция опередила мысли. Я подняла колено и всадила его Пейсли в живот. Пока она ругалась и извивалась, мне удалось приподняться. Я хотела убежать, но тут Пейсли схватила меня за стянутые в хвост волосы и резко дернула назад. Я вскрикнула, чувствуя, как на глазах выступают слезы, а остальные ученики в панике разбежались в стороны. Я обернулась, и вдруг время будто замедлилось. Я видела широкую ухмылку Пейсли и то, как она подняла сжатый кулак.

Резко втянув в себя воздух, я почувствовала, как знак на моей руке стал ледяным. Все тело завибрировало. Сначала мне показалось, что я дрожу от страха, но затем увидела, как удар Пейсли пришелся по пустоте.

Она отпустила мои волосы и хмуро огляделась.

– Куда она делась? – спросила Пейсли, пока я в это время, задыхаясь, хватала ртом воздух, а кожу головы жгло так, что выступили слезы. – Элис? – Она крутилась вокруг себя как пес.

– Ты что, спятила? Что все это значит? – крикнул Грейв и сильно толкнул Пейсли.

Та лишь скривила рот.

– Что это должно означать? Тренировку, что же еще?

– Тренировку? Ты ее прикончишь! Радуйся, что Винсент этого не видел. И где вообще Элис?

– Гм… здесь, – сказала я и помахала рукой. Все вздрогнули и оглянулись, но их взгляды прошли практически сквозь меня.

– Ах ты, черт, неужели я невидима? – Я лихорадочно вертелась вокруг собственной оси. Сама я могла себя видеть, но как-то расплывчато, а от запястий по всему телу медленно, но неуклонно расползался холод. Я задрожала.

– Видишь? Она исчезла, – удовлетворенно сказала Пейсли. – Нам просто нужно было устроить ей небольшой стресс.

– Здорово! Это очень здорово! Но как мне снова стать видимой? – спросила я, беспомощно оглядываясь вокруг.

Пейсли пожала плечами.

– Не знаю. Мне плевать. Ведь тренировка на этом закончилась, не так ли? – Она повернулась и просто оставила меня беспомощно стоять.

Глядя ей вслед, я почувствовала, как внутри меня что-то щелкнуло. Я подбежала, встала перед ней, размахнулась и со всей силы врезала ей кулаком по носу.

– Черт! – Пейсли, конечно, была сильной, но гнев придал такую мощь моему удару, что она упала на землю и, посылая проклятья в мой адрес, зажала нос.

– Ауч, – взвыла я, неистово тряся рукой.

– Что случилось? – не понимал Грейв, в то время как близнецы помирали от смеха.

– Эта психованная ударила меня, – прошипела Пейсли, яростно глядя на меня.

– Это была тренировка, – отозвалась я, продолжая трясти рукой.

– Пошла ты! – Голос Пейсли чуть не сорвался. Вероятно, это был ее способ извиниться.

– Сама иди. И после того, как мы с тобой выяснили отношения, мне очень хотелось бы знать, как мне снова стать видимой.

– Не знаю, – простонала Пейсли и медленно отняла руку от носа. – Спроси Винсента.

Она морщилась, но кровь из носа не шла, и он не выглядел сломанным. В лучшем случае, немного красным и опухшим. Хук правой мне явно предстояло еще отрабатывать.

– Где Винсент? – спросила я и оглянулась.

Белого Короля не было видно уже целый день. Я встретила его только сегодня утром за завтраком. С тех пор он как сквозь землю провалился.

– По-моему, он наверху, в оранжерее, – сказал Грейв.

– Просто подожди, и когда-нибудь ты снова станешь видимой, – посоветовала Пейсли.

Я посмотрела на поместье, которое виделось перед нами массивной громадой. На самом верху сверкал стеклянный дом.

– Элис? – спросил Грейв.

Я замолкла и прошла мимо всех них. Они действительно не видели меня. Пейсли продолжала оглядываться, пока Грейв тараторил без умолку. Оставив зону тренировок позади, я вошла в главное здание и стала подниматься наверх.

Остановившись на крыше, чтобы перевести дух, я бросила взгляд вниз и увидела, как несколько студентов испуганно бегают туда-сюда. Это меня они искали? Я рассмеялась, хотя чувствовала, что буквально заледенела. Знак на моем запястье вибрировал и пульсировал, и с каждым вдохом я ощущала, как он становится все холоднее.

В теплице я с облегчением обнаружила, что тропическое тепло хоть немного согревает мою кожу. Тем не менее, пока я оглядывалась в поисках Винсента, зубы начали выбивать дробь.

– Винсент, – позвала я.

Нет ответа.

Однако вдалеке, в зарослях, мне послышались чьи-то шаги и тихий звон стекла. Проложив себе путь через тропические растения, я, наконец, нашла Винсента, сосредоточенно склонившимся над одним из столов, где стояли приборы, которые я видела только на уроках химии в Фокскрофт-Хай. Полный набор стеклянных пробирок и горелка Бунзена в рабочем состоянии. Я увидела, как попавшая в небольшую трубку жидкость закрутилась и, наконец, начала стекать в узкую пробирку, которую Винсент держал под ней.

– Что это ты делаешь? – спросила я с любопытством.

Винсент дернулся так сильно, что уронил флакон, и содержимое просочилось в пол.

– Черт побери! Кто там? – пробормотал он, дико озираясь.

Я пригнулась и подняла руки в предупреждающем жесте.

– Успокойся! Это я, Элис!

– Элис? – Винсент замер, но шарил вокруг ищущим взором. – Где ты?

– Здесь…

Я шагнула вперед и нежно коснулась пальцем его руки. Он вздрогнул и уставился на то место, где я к нему прикоснулась.

– Что… что случилось?

– Я невидима.

– О, нет. Вот уж что точно не могло прийти мне в голову.

– И я не знаю, как снова сделать себя видимой.

Уголки его рта слегка дернулись, и напряжение хоть немного начало спадать.

– Не волнуйся, – мягко сказал он. – В это состояние мы сможем вернуться. Первые разы всегда самые тяжелые. Ты можешь дать мне руку?

Он протянул мне свою, и я снова ощутила это жужжание в ушах. И покалывающее, слегка ватное ощущение в голове.

– Винсент?

– Да?

– Ты опять делаешь… эту дичь.

Винсент вздрогнул и отдернул руку. Жужжание в моей голове сразу стало тише.

– Прости, – пробормотал он.

Я улыбнулась и переплела наши с ним пальцы.

– И что, теперь я должна остаться такой навечно? – спросила я, чуть задержав дыхание.

Винсент рассмеялся. От звука его смеха у меня по спине пробежала дрожь.

– Когда уровень адреналина снизится, и ты сосредоточишься на чем-то другом, ты снова станешь видимой. Пойдем со мной!