Соули. Девушка из грез - Анна Гаврилова

От моего крика не то что стекла – стены задрожали. И хотя уже знала, что произойдет дальше, замолчать не могла, ну никак…

Первым в спальню ворвался отец, следом пара слуг с топорами и мощными переносными фонарями. За ними встревоженной наседкой влетела мамулечка, еще несколько слуг во главе с Фиской. Ну и близняшки, куда ж без них.

Собственно, только увидав последних, я сообразила закрыть рот, чтобы услышать закономерное:

– Соули, что случилось?!

– Кошмар приснился! – привычно соврала я. Вскочила, сгребла в охапку одеяло.

– Опять? – обеспокоенно спросила госпожа Далира.

Я истово закивала, подхватила еще и подушку.

– Что, такой же жуткий? – встряла Лина. Голос прозвучал до того жалобно, что даже папу передернуло.

– Хуже! – И, обращаясь уже к родителям: – Я сегодня у близняшек ночую!

Для мамулечки картина была не внове, а вот господин Анрис заметно растерялся. К счастью, спорить и выспрашивать подробности не стал. Я же сделала несколько шагов к двери, потом резко развернулась и помчалась к комоду. Выдвинула верхний ящик, сунула руку под белье и извлекла перевязанную красной лентой пачку – хорошо, что избавиться от нее не успела. Спрятав «подарок» Райлена в складках одеяла, тряхнула головой и, стараясь не стучать зубами от страха, устремилась к выходу.

Толпа спасителей шустро расступилась, освобождая дорогу. Оклик близняшек настиг лишь в середине коридора:

– Соули, нас-то подожди!

Ах, если бы я могла остановиться!

– Что, тетка вернулась? – делая страшные глаза, пискнула Мила.

– И она совсем-совсем злая? – Лина собиралась запаниковать, но дверь прикрыть не забыла. Еще и на ключ заперла.

О Богиня… Я же уже объяснила. Неужели они не слышали?

– Хуже! Гораздо хуже!

Одеяло и подушка полетели на первую попавшуюся кровать, я же выхватила бумагу и поспешила к столику для чаепитий.

– Перо и чернила есть?

Лина тут же метнулась к комоду, порылась в нижнем ящике, куда девчонки складывали все нужное и ненужное, и пропищала:

– Есть.

– Неси.

Руки после пережитого ходуном ходили, поэтому подробности решила не сообщать. Написала просто и ясно:

«Господин Райлен!

Умоляю, спасите нас!!!

Мы в спальне близняшек. Окно оставлю приоткрытым.

Соули».

Журавлик получился невероятно кривым – с перекошенными крыльями и как будто свернутой шеей. Зато магическая печать удалась как никогда. Я зажмурилась, воображая нахальное, но такое притягательное лицо… и коленки ослабли. О Богиня! Как не вовремя!

Слова заклинания выговорила с трудом, осторожно вплела в печать образ Райлена. Мила в это время догадалась открыть окно. Снаружи царила ночь – непроглядная, черная, как его глаза. Я выдохнула и отпустила бумажного посланника. Журавлик трудно взмахнул крыльями и скрылся во тьме.

– Соули, так кто к тебе приходил? – окликнула Лина.

Я помотала головой – нет, пока Райлен не появится, не скажу. Боюсь, узнав, еще громче меня орать будут. Тогда сказкой про кошмарный сон не отделаемся, придется все-все родителям рассказывать.

– Не вздумайте гасить свет, – строго напомнила я.

Взгляд скользнул по комнате, наткнулся на небрежно брошенную шаль. Я тут же подхватила находку и поспешила закрыть щель между дверью и полом – чтобы свет не так сильно заметен был, чтобы мамулечка с ревизией не пришла.

Девчонки страдали не столько от тревоги, сколько от любопытства. Но смиренно уселись на кровать и по-совиному вытаращили глазки.

– Он, наверное, не скоро придет… – грустно вздохнула Лина.

Я тоже вздохнула и, хотя умом понимала, что сестрица права, направилась к окну. Ночная прохлада уже наполнила комнату, но мне даже в одной сорочке жарко было. О Богиня! Что же мы наделали! Во что вляпались?!

Занавеска вздернулась так неожиданно, что я едва удержалась от крика.

– Тихо! – угадав мое желание, прошептал маг. – Тихо, госпожа Соули. Это я.

Очередной черный камзол со сложной вышивкой, шелковая рубашка и уже знакомые, подбитые металлом сапоги. Он легко спрыгнул с подоконника, мазнул взглядом по слегка ошарашенным близняшкам, на меня посмотрел куда пристальней. Уголок его рта чуть приподнялся, а я… Нет, я прекрасно поняла – брюнет иронизирует над ночной сорочкой, которую в прошлый раз старательно от него прятала. Еще понимала – по всем правилам мне положено хотя бы смутиться, но я столько ужасов пережила, что смущаться не хотелось совершенно. Хуже того… Я сделала шаг вперед, еще один, а потом не выдержала и бросилась к нему на шею.

– Ого! – выдохнул тихонечко, в самое ушко. Уверенно обвил рукой талию. – Госпожа Соули, не знаю, кто вас так напугал, но я ему безмерно благодарен.

А у меня от ужаса рассудок повредился, не иначе. Потому что вместо того, чтобы возмутиться и осадить нахала, прижалась крепче и задрожала осиновым листом:

– Тролль…

– Что? – Тон Райлена не изменился, ну ни капельки.

– Тролль, – глухо повторила я и лишь теперь осознала, что творю. О Богиня!

Мячиком отлетела от брюнета, и даже его объятия удержать не смогли. Щеки вспыхнули, уши тоже воспламенились. Короткий взгляд на близняшек – сидят с круглыми-круглыми глазами и беззвучно разевают рты.

О Богиня! Стыдно-то как!

– Ну что ж… – тихо сказал маг. – Будем разбираться. Госпожа Соули, будьте добры, подойдите ближе. Не бойтесь, не укушу.

Мне подходить не хотелось. Совсем-совсем не хотелось!

– Госпожа Соули… – Райлен устало вздохнул и протянул ладонь. – Тролль, как понимаю, лично к вам пришел. Так что… будьте добры.

Ко мне? Лично?

– А… а ауру маскировать не надо?

– К сожалению, нет. – Ответ сопровождался такой улыбкой, что я едва со стыда не сгорела. – Но если вам хочется…

– Нет! – выдохнула и все-таки сделала шаг навстречу. И повернулась так, чтобы видеть только комнату и девчонок.

Райлен хмыкнул, но промолчал.

Через мгновение над нами зажегся магический светлячок, а два светильника, которые все это время защищали от явления призрачного тролля, погасли. Спальня погрузилась во мрак.

– Ну наконец-то! – недовольно пробасила тьма.

Мы с девчонками тихонечко взвизгнули.