Соули. Девушка из грез - Анна Гаврилова

– А мы сокровища делить будем или как? – хмуро спросила сестричка.

Тролль бросил быстрый взгляд на мага, и спальня содрогнулась от дружного, глумливого хохота.

Я вновь оказалась на грани нервного обморока, словно в полусне повернулась к Райлену. Он что, не понимает? Нас же услышат!

– Все под контролем, – заметив мою оторопь, сообщил брюнет. И, сделав странный пасс рукой, стремительно вышел за пределы светового круга.

– Господин Райлен!

Меня проигнорировали.

– Что, уже выяснил, кто я? – усмехнулся тролль.

– Конечно. – Маг отвесил учтивый, но не самый низкий поклон. Сказал: – Рад приветствовать, господин Хашшр. Я принадлежу к роду Даоров.

– Ах, Даоры… – протянул призрак. – Слышал, слышал…

– Так что с переходом?

– А все просто. Мы думали, она одна, а их несколько.

– То есть?

– То есть я не могу уйти за вашу, – слово «вашу» призрак подчеркнул, – Грань. Она другая, она меня не пропускает.

– Хм… Значит, никаких расовых локаций? Хм… интересная новость.

– Я надеюсь, это останется между нами, Райлен. Я же могу называть тебя просто Райленом?

– Я вообще-то почти герцог, – ухмыльнулся брюнет.

Зеленый засмеялся. Маг, впрочем, тоже. А я… ну в смысле мы… мы не выдержали.

– Господин Райлен! – Слаженный трехголосый оклик заставил брюнета подскочить на месте. Зато тролль…

Это было так странно и так… знакомо. Призрачные глаза вспыхнули алым, рот ощерился, руки-лапы взлетели вверх, демонстрируя полупрозрачные, но все еще страшные когти.

– Мама… – прошептала я и невольно отступила. Девчонки просто прижались друг к другу и вытаращили глазки.

– Простите, – спустя мгновение сказал тролль. Он снова стал нормальным. В смысле – таким, каким был до нашего дружного крика. Добавил виновато: – Память тела частично перешла…

Я не поняла ни слова. Близняшки, вероятно, тоже. Но высовываться за черту вслед за Райленом расхотелось всем. Ну а Райлен…

Маг не то что улыбку утратил, он будто окаменел. Глядел остро, причем исключительно на меня.

– Что? – вопрос вырвался сам. Я говорить не хотела. Я вообще мечтала провалиться под землю. В смысле вниз, к Фиске.

– Госпожа Соули, – с укором сказал черноглазый.

А я вдруг поняла – он переживал, узнав о нашем приключении на меже. О Богиня, ну разве такое возможно?!

– Госпожа Соули, надеюсь, теперь до вашего сознания дошло, насколько вы рисковали, когда обращались к некромантии?

Вообще-то до меня дошло еще в тот миг, когда это чудище издало первый рык и покрытая меленькой травкой земля начала вспучиваться. Но ведь пути назад не было.

– А мы ее предупреждали, – тихонечко протянула Мила.

– Ага, – поддержала младшенькая. – Два часа отговаривали.

Я в онемении уставилась на близняшек. Нет, ну надо же!

Только сестрички, видать, очень хорошо мой наказ запомнили – решили отпираться до тех пор, пока у окружающих даже малейших подозрений не останется.

– Мы ведь с самого начала говорили: умертвие – это не хомячок и не белочка, а… а… – Лина запнулась, пытаясь подобрать сравнение.

– А умертвие! – закончила мысль старшенькая. – Оно и укусить может…

– И обидеть! – вновь подключилась Лина.

– И вообще, приличным девушкам по кладбищам гулять не следует.

– Им в других местах гулять полагается, – важно пояснила младшенькая.

– Но Соули была непреклонна. Сказала – как хотите, а умертвие подниму. Иначе перед господином Райленом неудобно. Иначе он нас засмеет.

Откровения близняшек оборвал тролль:

– Кровь оборотней?

– Ага, – кивнул Райлен. – В активной фазе.

– У…

Маг шумно вздохнул, одарил меня еще одним осуждающим взглядом и вновь обратился к призраку:

– Пойдем. Тут поговорить не удастся – это во-первых, а во-вторых, девушкам поспать нужно.

– Особенно вон той, синеглазой? – усмехнулся монстр недобитый.

Лица Райлена я не видела, а вот тролль, который видел мага преотлично, расплылся в широкой-преширокой улыбке.

– Пойдем! – резко скомандовал маг.

– Не могу. Привязка.

– Так я тебя не в Вайлес приглашаю. – Брюнет был невозмутим и строг. – На кладбище!

– Не могу… – Призрак даже руками развел. – Я не к месту гибели тела, я к ней привязан.

Кивнул он, разумеется, на меня.

– Погоди. Это невозможно. Ты не родственник. И вообще чужак. В этом мире единственной твоей привязкой может быть…

Зеленый жестом прервал мага, горько усмехнулся:

– В учебниках моего мира написано то же самое, но в этот раз все оказалось иначе. Она – родственная душа.

– Что?!

– Что слышал. У меня привязка, как к родственнице.

Райлен посмотрел странно, а я, кажется, поняла, о чем думает, и поспешила заверить:

– Тролли дедушку не кусали!

– А бабушку? – вопрос прозвучал серьезно, но уголки его губ дрогнули.

– Господин Райлен!

Брюнетистый нахал подмигнул и повернулся к монстру:

– Это из-за ее эмоций?

– Вероятнее всего. – Призрак нахмурился, почесал когтем подбородок. – Знаешь, я так остро ощущал все это. Сперва страх, потом сочувствие, жалость… и даже боль, когда… ну ты помнишь.

– Она плакала, когда ты уходил.

– Вот именно.

– И насколько сильна привязка? – помолчав, спросил Райлен.

– Очень сильна. Я вчера ночью под стенами ратуши очнулся.

И тут я не выдержала:

– Может, вы наконец перестанете говорить загадками и объясните, что происходит?!

Эти двое переглянулись и дружно вздохнули.

– Ладно, госпожа Соули. Попробуем, – нехотя согласился маг. – Вы только присядьте, рассказ может затянуться.

Слово, как ни удивительно, взял именно Райлен. Сделав несколько задумчивых шагов по комнате, маг повернулся к нашей троице и сказал:

– Это произошло сто двадцать лет назад… Господин Хашшр, один из ведущих магов пятого мира, прибыл к нам в составе дипломатической делегации. Визит был тайным, так как на тот момент назревал конфликт пятого и шестого миров. Тролли пришли, чтобы заручиться поддержкой. Вернее, убедить людей не вмешиваться, в частности не оказывать помощь гоблинам. А мы действительно могли помочь. Гоблины не знают магии как таковой. Они, как вам наверняка известно, практикуют шаманизм. Чем шаманизм от магии отличается – объяснить?