Голос ночной птицы - Роберт МакКаммон

— Золотая монета, — повторил Гуд, хмурясь. — Э-гм… можно мне кое-что спросить, сэр? — Он замолчал.

— Да, давайте.

— Э-э… откуда вы могли бы получить эту монету, сэр?

— Она находилась во владении трактирщика на дороге в Чарльз-Таун. — Он увидел, как черный слуга нахмурился сильнее, и это его встревожило. — А что?

— Совершенно ничего, сэр. — Морщины Гуда тут же разгладились. — Никакой особой причины, просто интересуюсь такими вещами. Вы уж простите старому негру наглость, сэр.

— Я понимаю.

Что на самом деле Мэтью понимал, так то, что Гуд может знать об этом происшествии существенно больше, чем хочет показать, но сейчас не время на него давить.

— Я еще зачем-нибудь нужен, мэм? — спросил Гуд у миссис Неттльз, и она сказала, что он может уйти. Слуга покинул гостиную, двигаясь довольно проворно для своего возраста.

Вскоре домой вернулся Бидвелл. Лицо у него было мокрое от пота и вымазано золой, а царственная осанка сменилась нищенской униженностью после вытерпленных от толпы обид. Хотя он измотался вконец и душа у него болела, однако ум его был достаточно остер, чтобы понять по самому факту присутствия в гостиной миссис Неттльз, Вудворда и Мэтью, что произошло нечто нехорошее.

— У нас побывал вор, — заявила миссис Неттльз, не дав хозяину дома заговорить первому. — Какой-то человек забрался в комнату мистера Корбетта. Убегая, он сбил магистрата на пол.

— Чуть плечо мне не сломал, — добавил Вудворд.

— Вор? Вы его узнали? Что пропало?

— Лица я не видел, — сказал магистрат. — Но он, очевидно, украл золотую монету Мэтью.

— Монету, которую вы нашли в таверне Шоукомба?

Бидвелл слышал эту историю от Пейна после возвращения экспедиции.

— Да, сэр, — кивнул Мэтью.

— Должен сказать, я не удивлен! — Бидвелл сунул руку в миску с водой и протер измазанное сажей лицо. — Я понимаю, что расходящиеся слухи превратили одну монету в полный сундук сокровищ! И вполне понятно, что какой-то бедный фермер решил составить себе состояние!

— Простите, сэр? — обратился Мэтью. — Гуд выдвинул теорию, что тот, кто это сделал, должен был быть у вас частым гостем, чтобы суметь преодолеть лестницу без содействия свечи. У вас много бедных фермеров бывало в гостях?

— Нет, конечно. Кроме, разумеется, Гаррика. Но он здесь был только дважды, второй раз на нашем обеде. — Он снова освежил лицо пригоршней воды. — Вы считаете, что этот вор был моим добрым знакомым?

— Как вероятность. В моей комнате не было фонаря. Этот человек вошел туда в темноте и был достаточно знаком с вашим домом, чтобы не нуждаться в освещении.

— Значит, слуга! — Бидвелл перевел взгляд на миссис Неттльз. — Вы уже осмотрели мою спальню?

— Да, сэр, осмотрела. Ваш ящик с монетами не тронули. Я также взяла на себя смелость проверить ваш кабинет. Насколько я могла определить, там тоже ничего не пропало. И — если позволите мне высказаться, сэр, — слуги знают, где стоит ваш ящик с монетами. В нем много голландского золота. — Она подняла брови. — Вы понимаете, что я хочу сказать, сэр?

— Мистер Бидвелл? — снова заговорил Мэтью, придя к некоторому заключению. — Тот, кто проник в ваш дом, бывал здесь до того, быть может, много раз. Я думаю, ему нужна была именно та монета, что находилась в моем владении. Он знал, что меня не будет в комнате. Он также знал, что магистрат спит очень крепко. Потому что это сказал ему я.

— Ты?

— Да, сэр. Только в этой теории есть один дефект: учитель Джонстон не мог бы сбежать по лестнице.

Бидвелл уставился на него с раскрытым ртом. А потом засмеялся, словно осел заревел.

— Вот теперь, мальчик, ты показал свой истинный интеллект! — с явным ликованием произнес Бидвелл. — Учитель Джонстон — вор? Вбей в свою треснутую башку и замажь штукатуркой: этот человек не может пройти по ступеням, тем более пробежать! У него колено изуродовано — на случай, если ты не заметил!

— Я видел нечто, похожее на изуродованное колено, — спокойно ответил Мэтью. — Самого колена я не видел.

— Ах ты наглый костлявый выскочка! — осклабился Бидвелл. — Ты потерял и остатки того умишка, с которым приехал?

— Я только говорю вам, сэр, что я информировал учителя о крепости сна, в котором пребывал магистрат Вудворд.

— Ну так что ж, черт и все его дьяволы! И я сообщил то же самое Николасу Пейну, который спросил меня, где магистрат.

— А меня спросил мистер Уинстон, — сказала миссис Неттльз. — Я ему сообщила, что магистрат еще в постели.

— И миссис Неттльз тоже знала! — заржал Бидвелл. — По-моему, она вполне могла сбить с ног взрослого мужчину, а по-твоему как? — Он густо покраснел, когда понял, что сказал. — Извините, миссис Неттльз.

— Не за что, сэр. Моего дорогого покойного мужа я однажды выбросила в окно.

— Вот видите? — Бидвелл обратил пронизывающий взгляд на Вудворда. — Если это — самый способный клерк, которого вы смогли найти, мне жаль юридический мир!

— Он достаточно способный, — последовал весьма холодный ответ магистрата. — Несмотря на то что иногда ставит телегу впереди лошадей.

— На этот раз в его телеге не только лошадей нету, но даже и колес! — Бидвелл затряс головой — все это ему совершенно не нравилось. — Если удастся мне дожить до следующего года, я это чудом сочту! Эй, что это вы пьете?

— Ром, — ответил Вудворд.

— Там, где есть ром на одного, найдется и на двоих.

Бидвелл взял кружку у него из рук и осушил одним глотком.

— Есть еще одна вещь, — сказал Мэтью. Ему она вспомнилась, когда Бидвелл сказал насчет дожить до следующего года. — Доктор Шилдс.

— Да? Что именно? Он тоже был здесь с учителем, они шарили на пару?

— Он также осведомлялся о состоянии магистрата, и мистер Джонстон повторил ему то, что я сказал. Доктор попрощался и ушел сразу после мистера Джонстона.

— О, так у нас целая банда воров! Учитель, доктор Шилдс, мистер Пейн, Уинстон и миссис Неттльз! Страшная пятерка, я бы сказал!

— Насмехайтесь как хотите, — сказал Мэтью, — но я думаю, один из этих пятерых вошел в дом и украл мою монету.

— Не я! — резко заявила женщина. — Вы никак не можете иметь в виду меня!

— Конечно, он имеет в виду вас! — заверил ее Бидвелл. — Если он может обвинить калеку в том, что тот сбежал в темноте по лестнице, так вполне может обвинить кого ему в башку взбредет!

— Это не был доктор. — Вудворд приложил руку к ушибленному плечу. — Тот, кто меня ударил, был высок. Футов шесть, не меньше. Возможно, великан. И двигался он быстрее змеи.

— Да, сэр, — слегка улыбнулся Мэтью. — А мы отбились от Шоукомба свечами против кинжалов, помните?