Каждый последний вздох - Дженнифер Арментроут

– Почему вы не заставите ее сделать это? – спросила я.

Жнец разве что не зарычал.

– Не все так просто.

Взгляд Лилит метался между нами, а потом она откинула голову назад и разразилась гортанным смехом.

– Ты шутишь? Ты просишь меня, чтобы я остановила своего сына? – Когда она опустила голову, ее глаза полыхнули стальным блеском. – Раз уж не выходит по-моему, тогда я буду с нетерпением ждать катастрофы, в которую мой сын ввергнет человечество. Он осуществит то, что мне уже никогда не удастся, – конец света.

– Но зачем?! – воскликнула я. – Зачем тебе это? Никто не выигрывает при таком сценарии. Даже ты.

– Почему же? – Изумление отразилось на ее лице. – Ты хоть представляешь, какие страдания мне пришлось пережить? Сначала благодаря тому, кто создал меня, а потом в руках человека? Откуда тебе знать, что я потеряла? У меня раз за разом отнимали свободу! С моим выбором никто не считался! Меня изгнали из Эдема, бросили на произвол судьбы в темном мире, полном ужаса! Ты даже не догадываешься, что я испытала. Поэтому даже не смей задавать вопрос: почему?

– Ты страдала, – тихо произнес Жнец. – Как и многие души, которые я забрал, с твоей легкой руки.

Лилит горько рассмеялась.

– И я ни о чем не жалею. – Она взглянула на меня сверху вниз. – Ну, за некоторым исключением.

Я содрогнулась и выпалила первое, что пришло в голову.

– Я – твоя дочь.

Ее лицо посуровело.

– Тогда относись ко мне с почтением.

– Не могу, – прошептала я, сдерживая рыдания. – Если почтение к тебе принесет смерть миллионам людей.

– Тогда нам больше не о чем говорить.

– Пожалуй, – пробормотал Жнец.

С грохотом опустилась стена пламени, и нас унесло оттуда. Мы вернулись на мост, и Жнец выпустил меня. Шатаясь, я отпрянула от него, упираясь в стену.

Я уставилась на воду – мучаясь от тошноты, удрученная. Сердце ныло, и я знала, что в нем жива эта рана; столько лет я старалась ее не замечать или делала вид, будто это ерунда, но она не затягивалась и кровоточила. Каким бы существом ни была Лилит, она подарила мне жизнь, но ни она, ни мой отец никогда не заботились обо мне.

– Зачем ты привел меня к ней? Помимо того, чтобы доказать, что она меня не любит и никогда не любила?

– Это может показаться жестоким, но ты должна была увидеть, какая она на самом деле, чтобы лишний раз убедиться в том, какое зло – Лилин. Ничто не изменит их обоих. Никакие рациональные доводы или переговоры. Лилин необходимо остановить.

– Я знаю. Мне не обязательно было встречаться с ней, чтобы это понять. – Измотанная и опустошенная после рассказов Жнеца и встречи с матерью, которая видела во мне сплошное разочарование, я повернулась и посмотрела ему в глаза. С меня довольно. – Я хочу освободить душу Сэма. В твоей власти отпустить ее, чтобы она оказалась там, где ей положено быть, а я остановлю Лилин. Но мне нужно, чтобы ты отдал его душу.

Жнец уставился на меня с выражением полного равнодушия на лице.

– Я не могу этого сделать.

Готовая к такому ответу, я сцепила руки, чтобы удержать равновесие, и поймала себя на мысли, что Жнецу ничего не стоит расправиться со мной, несмотря на мое внезапно обнаружившееся бессмертие.

– Пожалуйста. Он не заслуживает этого. Прошу тебя. Я сделаю все, что ты захочешь.

– Никогда не предлагай такую сделку кому бы то ни было. – В его взгляде не было и тени жестокости, но, тем не менее, я поежилась. – Особенно мне, потому что я могу попросить у тебя то, что ты не захочешь отдать.

Дрожь снова охватила меня.

– Я должна это сделать ради него. Ты не понимаешь. Сэм был хорошим человеком – по-настоящему хорошим. Его душа была почти чистой. Он не заслуживает вечных мук.

– Я не спорю, но сделать ничего не могу.

Мои руки затряслись, и я их расцепила.

– Нет. Я знаю, что можешь. Ведь ты заведуешь душами умерших. Ты…

– Я знаю, кто я такой, детка, о чем я тебе уже говорил, – огрызнулся он, и безразличие на его лице сменилось досадой. – И еще я знаю, что не могу освободить то, чего у меня нет.

Мой голос едва не срывался от отчаяния.

– Тогда у кого же его душа? Кого мне нужно умолять? Потому что я не отступлюсь.

– Ты не понимаешь. – Жнец покачал головой почти печально. – Его души больше нет. Это тебе ясно? Что бы ни говорила Лилит, ты и Лилин – вы два совершенно разных существа.

– Что? – прошептала я, и сердце вдруг забилось слишком быстро. Я понимала, о чем он говорит, но хотела бы ошибаться. Нет, я должна ошибаться. У меня задрожала нижняя губа. – Где же его душа?

– Лилин поглотил ее, детка. И ты это знаешь. Как еще он мог принять его обличье или чье-то еще? Поглотить душу – это не то же самое, что забрать ее. Именно поэтому любой Лилин, даже один-единственный, невероятно опасен.

Ужас накрыл меня с головой. Нет. Нет. Нет. Я этого не знала. Нет же никакого руководства по борьбе с Лилин, где подробно разъясняют такие тонкости. Я полагала, что хоть какая-то частичка души Сэма отправится в Ад. Но исходила из того, что Лилин обладает такими же способностями, как и я. И ничего другого мне даже в голову не приходило.

– Так ты… – Я едва могла вытащить слова из тугого комка горьких эмоций. – Ты хочешь сказать, что ничего не можешь сделать?

– Нет души, которую я мог бы освободить, – ответил он спокойно.

– О боже. – Я закрыла глаза и отвернулась. От острой боли и разочарования у меня перехватило дыхание.

Какая несправедливость. Величайшая несправедливость. Сэм никогда никого не обидел, и теперь он просто… перестал существовать? Кто-то скажет, что это лучше, чем вечные муки, но я смотрела на это иначе. Выходит, все, чем был Сэм при жизни, все, что он делал и чего добился, обернулось пшиком? Он ушел, и от него и следа не осталось ни в этом мире, ни в другом… Где же здесь справедливость?

И что я скажу Стейси? Это… добьет ее, и как я могла ей соврать, зная то, что произошло на самом деле? Но я бы предпочла нести бремя лжи на своих плечах, а не заставлять ее жить с такой правдой.

– Я не говорил, что ничего нельзя сделать.

Я широко распахнула глаза и повернулась к нему:

– Что?

– Лилин поглотил душу, и она осталась в нем, как и все другие, загубленные им. Так что еще не все потеряно.

Какое-то мгновение я даже не смела дышать, а потом меня прорвало.

– Как насчет того, чтобы начать разговор с этого, а не морочить мне голову тем, что он просто исчез!

– А как насчет того, чтобы сменить тон? – ответил Жнец с негодованием.

Ох, как же мне хотелось выместить на нем всю свою ярость! Но я заставила себя успокоиться, ведь он владел информацией.