Гувернантка - Герта Крис

Вероятно, я задремала, потому что разбудил меня стук в дверь.

— Да! — недобро рявкнула я спросонок.

В узкую щёлку приоткрывшейся двери посыльный пролепетал:

— Прошу прощения, герцогиня Стрелецкая! Обед императора через десять минут!

— Сейчас! — пообещала я и отправилась умываться.

Что такое десять минут? Вечность! Если, конечно, платье выбирать не надо. Или боевую раскраску на лицо наносить… Но платье я наметила уже с утра и менять своё решение не собиралась — тёмно-фиолетовое, не слишком пышное и кружева симпатичные. И сидело на мне, как на заказ сшитое. Ну и никаких украшений. Кроме перстня, понятно.

К обеду мы не опоздали ни на минуту. Правда мой посыльный остался за дверью, а вот я успела поздороваться ещё до того, как дети сели за стол.

— Добрый день, ваше императорское величество! Великая княжна! Вы сегодня очаровательны!

— Добрый день, герцогиня Стрелецкая! — улыбнулся Ярослав. — Вы в любом наряде великолепны!

А Анастасия, куда менее связанная условностями, подбежала ко мне и тихо спросила:

— Ты пообедаешь с нами, Катя?

— Нет — ответила я. — Но прослежу, чтобы вы не передрались из-за пирожных.

Дети засмеялись и сели за стол. Но, прежде чем приступить к еде, Ярослав сказал:

— Катя! Повар очень просил не кормить змейку сыром!

— Светку? — удивилась я. — Как это?

— Он сам отправляет ей всё, что нужно! Дядя Егор распорядился поставить её на довольствие! И она начала сыр обратно на кухню отправлять!

— Светка?! — потрясённо прошептала я.

— Конечно! — засмеялась Анастасия. — И повар просил…

— Всё поняла! — строго сказала я. — Пора обедать!

Полон дом привидений, колдунов… И как тут жить?!

***

Регент вошёл, как только дети встали из-за стола.

— Мой император! Великая княжна! Герцогиня Стрелецкая! У нас есть важное дело.

В руках у регента был небольшой сверток, и я готова была дать палец на отсечение, что в нём находились кинжал призрака и перстень с белым камнем. Упоминая палец, я имела в виду тот, на котором был неснимаемый перстень.

Кстати, по выражению лица регента нельзя было сказать, что он счастлив меня видеть. А судя по поведению детей, повестка дня была оговорена и утверждена заранее. Во всяком случае мы сразу перенеслись на место, практически аналогичное тому, где проводилась кремация кукол. Я даже вздрогнула. Но потом поняла, что здесь всё не так: огромная каменная площадка с натыканными там и сям крупными валунами. На одном из них, немного позади нас с регентом, устроились Ярослав и Анастасия, и их тут же накрыл купол, похожий на стекло. Дети махали нам руками. Спросить, зачем нужен купол, я не успела.

— Это для их безопасности, — ответил регент на невысказанныё вопрос. — Прежде чем приступить к активации Щита, я хотел бы, Катя, попросить тебя отправиться сегодня вечером на бал в Париж.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нет! — отрезала я.

— Я так и думал. Ещё я хочу попросить прощения за то, что сделал…

— Нет!

Он понимающе кивнул, вытянул из свёртка уже знакомый мне кинжал в ножнах, а из кармана достал перстень призрака с белым тусклым камнем.

— Активация пройдёт безболезненно, — каким-то тусклым голосом произнёс регент. — Потом ты будешь должна поразить мишени. Они появятся вон за теми камнями…

— А зачем?

— Чтобы проверить правильность активации.

— А отказаться я могу?

Регент кивнул, а потом, глядя куда-то мимо меня, подтвердил:

— Можешь.

Смотри-ка! Свобода выбора есть! Демократичненько…

— И без подвоха? — спросила я.

Он кивнул, но с таким трудом, будто ему шею заклинило.

— Хорошо! — оценила я его честность. — А развестись с мужем-призраком могу? Чтоб всю эту магию скинуть?!

Великий князь совсем окаменел. Хотя нет! Вздохнул тяжело, нахмурился и кивнул:

— Можешь, Катя. Он всё примет обратно.

Я обернулась и увидела, что дети уже не машут руками, словно чувствуют, куда разговор повернулся. Или просто слышат?

— Назови мне две причины, по которым я ещё здесь!

Казалось, что я слышу скрип позвонков, когда он повернул голову и посмотрел мне в глаза.

— Я прошу…

И замолчал. Хорошо, хоть императора не помянул!

— Слабенько! — оценила я причину. — А не боишься стать первой моей жертвой?

— Есть вещи страшнее. И убить меня ты не сможешь. Только сильно прожарить… И прошу, не при них.

— Резонно, — согласилась я и задумалась.

Страшная штука — свобода выбора! Казалось бы, хватай кусок, что толще и жирнее, и тут же волоки его в кусты, прячься, пока не отобрали! Ан нет! По опыту знаю, что большие куски и тяжелее других, и по качеству непонятны… А могут и укусить! А если попробовала вкуснятинки, то мелкие и постные кусочки не привлекают… Вот и вся свобода выбора!

— Дай! — я протянула руку к кинжалу.

— Прошу прощения, Катя, но это я должен сделать сам.

Регент приложил кинжал к поясу платья сбоку, и он словно прилип. А ещё тёплая волна прокатилась между кинжалом и перстнем, вернулась обратно, будто натягивая тонкую крепкую нить…

— Мишени будут там! — указал регент. — И это не люди — картон. Тебе надо просто попасть.

— Из чего стрелять? — поинтересовалась я. — Из пальца?

— Ты поймёшь, — пообещал регент, взял меня за руку и надел перстень…

Весьма волнительный момент для любой женщины — мужчина надевает кольцо на палец! А если он ещё и на одном колене при этом стоит… Вообще идеально!

Но вот незадача — мужчина исчез, а тёплые волны меж перстнями и кинжалом катятся всё чаще, наполняют меня, распирают…

Мелькнула глупейшая мысль: главное, чтобы швы на платье не разошлись!

Всё вокруг изменилось. Я словно видела каменную площадку со всех сторон: слева, справа… Сверху?.. Да пожалуйста! А вот, кстати, и регент! Стоит около валуна, на вершине которого устроились Яська и Аська. Дети кричат что-то восторженное, и я их прекрасно слышу! А регент бормочет: