Гувернантка - Герта Крис

— Она не промахнётся… Не промахнётся…

А вот и обещанные картонные мишени, как на стрельбище. Сверху их прекрасно видно! Зашевелились… А оно мне надо — стрелять по ним?! Хотя… Как сказал поручик Ржевский в одном пошлом анекдоте: «А почему бы, собственно, и нет?!»

С пальца сорвался маленький сияющий шарик и ударил в фигуру, метнувшуюся из-за камня, превратив её в пепел. Ещё один… Ещё… Быстрее…

Я видела всё! Знала когда, где и на какое время появится любая из мишеней, и стреляла заранее. Без единого промаха.

И вдруг всё прекратилось. Мишени исчезли, а огненный шарик на пальце угас.

— Первый этап закончен! — орал регент.

А Великая княжна и император радовались под своим куполом:

— Отлично, Катя!

— Потрясающе!

Ну что ж… И я очень рада. Тем более что это не требовало никаких усилий. Как в компьютерной игре.

— Теперь их будет больше! — крикнул от валуна регент. — На две руки!

Не соврал — мишеней стало намного больше… Но с пальцев обеих рук непрерывным потоком  стекали шарики-пули и без промаха поражали «врагов». Совершенно тупая игра! Но…

Между мной и мишенями неожиданно возник регент! И прямо в его грудь и голову летело не менее десятка смертоносных снарядов! И время остановилось…

Правда, не совсем. Сияющие шарики продолжали движение к регенту. Не очень быстро, но неотвратимо. А этот тупица стоял столбом и даже зажмурился!

Кажется, я закричала, и вокруг регента появились пучки прозрачных, словно хрустальных трубок. Они извивались, как змеи, а когда смерть приблизилась к регенту вплотную, принялись жадно хватать огонь, пропускать его через себя и выплёвывать за спиной Великого князя. Точно в выбранные мишени!

— И-д-и-о-т! — буквально по буквам проорала я регенту.

А этот кретин радостно улыбался!

— Идеальный Щит! Оригинальный, но идеальный! Теперь третий этап!

— Сам, болван, развлекайся! — бросила я ему и оказалась в своей спальне.

Сорвала перстни с пальцев, кинжал с пояса и швырнула на комод. Вот только стука и грохота не получилось — кинжал аккуратно улёгся перед часами, а перстни пристроились на ножнах.

Развела ладони в стороны, и меж ними появился большой, с футбольный мяч, сияющий шар — аж глазам больно стало! Уменьшила шар до размеров горошины, подняла в воздух стул и заставила «горошину» попетлять между ножек.

Потом вызвала щит. С ним я игралась куда дольше…

***

До вечера меня никто не беспокоил. И огромное всем за это спасибо! Потому что мне было о чём подумать. Лишь в сумерках кто-то постучал в дверь.

— Что? — без интереса спросила я.

Дверь приоткрылась, и я по голосу узнала своего посыльного:

— Герцогиня Стрелецкая! Вас требует его императорское величество!

— Иду, — обречённо вздохнула я.

Понятно, что иду — гувернантка, герцогиня… А ещё надо уточнить, что я Великому князю оторвать могу без проблем.

И платье я из принципа менять не стала!

За дверями обнаружились всего два латника и посыльный, но я без всякого напряжения увидела в боковых коридорах толпу с топорами.

— Куда идти? — спросила я.

— Император ждёт вас, герцогиня, в тронном зале, чтобы…

Я не дослушала посыльного и сразу перенеслась к указанному месту. Но только к тем огромным дверям, через которые попала в зал в первый раз. Успела перехватить посох до удара в пол и прошептать:

— Без имени!

В результате я почти незамеченной подошла к трону. А почти — потому что регент меня увидел и тут же сделал вид, что в зале происходит что-то сверхинтересное.

— Я здесь, император.

— О! Катя! — обрадовался Ярослав. — Утром ты пропустила кое-что интересное, но и сейчас…

И тут я заметила в толпе знакомое лицо! Недели две не виделись. Или три? Машка…

— Твоя работа, Яська?! — прошипела я.

— Нет, Катя! Это не мы. Нам с Аськой регент только что сказал, что это твоя подруга. Невеста барона Литтенгофера, хранителя Моста. Ты иди! Вам же есть, о чём поговорить…

Я очутилась позади Машки. И тут же моего плеча коснулась рука, а голос регента с лёгкой укоризной произнёс:

— В тронном зале, герцогиня, это не принято. Но никто не заметил — я вас прикрыл…

— Спасибо здесь подождёшь?! — зло прошептала я, схватила Машку за руку и вмиг перенесла в дальний конец тронного зала за колонны.

Но ещё до того, как мы присели на скамью у стены, подруга схватила меня за плечи, заглянула в глаза и с восторженным придыханием спросила:

— Катька! Ты здесь герцогиня?!

— И уже вдова, — усмехнулась я. — Да ты сама-то, Машка, вроде бы баронесса?

— Почти, — слегка покраснела она. — А это твой убил герцога, чтоб тобой владеть безраздельно?!

Да уж! Это её конёк! Иногда Машка по двум точкам или парочке жареных фактов строит такую объёмную фигуру — закачаешься!

— Ну, ты ваще! — Я уселась на скамью и спросила: — А кто это такой «твой»?

— Это ты ваще! Вон же он стоит, с моим разговаривает!

Я посмотрела в сторону, куда кивнула довольная Машка и увидела регента, беседующего с коренастым молодым брюнетом.

— Барон? — спросила я.

— Барон Литтенгофер! — со значением сказала она. — Но фамилию я ещё не выучила! Могу ошибаться.

— А регент, значит, мой?

— Ты, подруга, совсем что ли?! Чей ещё?! Он так и сказал, что от тебя…

***

Машка смотрела какой-то бессмысленный любовный сериал по телевизору, и глаза её уже слипались, когда экран затянула мутная тень. Но, ясное дело, она приписала это надвигающемуся сну. Лениво думала, что вот сейчас часы прокукуют полночь, и надо будет ложиться спать…

Заурчал механизм часов, открылась маленькая дверца…

— Ку… — начала кукушка и подавилась.

Машка тряхнула головой, открыла глаза и увидела высокого блондина рядом с телевизором.

— Уйди, глюк… — вяло отмахнулась она.

Но глюк оказался стойким. Если не сказать — назойливым. А ещё пропал звук у телевизора.

— Прошу прощения, Мария! Я… Меня прислала Екатерина! Вы договаривались о знакомстве с поварёнком, но появился более приемлемый кандидат!

Машка, конечно же, пришла в себя и уже прикидывала, как, не вызывая подозрений, добраться до своей сумочки и угостить полночного гостя хорошей порцией перцового газа… Но тут её посетила удивительная мысль! «Господи! Екатерина — это же Катька!» И гость остался без угощения.