Соули. Девушка из грез - Анна Гаврилова

Во всем этом только один плюс был – меня не трогали. Я молча поливала блинчики сиропом, чинно разделывала полученный кулинарный изыск при помощи ножа и вилки и неспешно глотала румяные кусочки. Ну и про чай не забывала.

Когда увидела донышко третьей по счету чашки, поняла, что больше не выдержу, и попыталась улизнуть, сославшись на необходимость закончить вышивку. Но мама одарила таким взглядом, что я буквально приросла к стулу. А Райлен в свою очередь повернулся, улыбнулся и сказал:

– Простите, госпожа Соули, вам, наверное, скучно…

Я бросила быстрый взгляд на сестренок – им было куда скучней. Мила методично вонзала вилку в блинчик с единственной целью – увеличить количество дырочек, а Лина хмуро за этим процессом наблюдала.

– Кровь оборотней, – виновато прошептала я.

– Да, конечно, – столь же тихо отозвался Райлен. И спросил уже нормальным голосом: – Госпожа Далира, могу я взглянуть на ваш цветник? Я знаю пару заклинаний, которые способны взбодрить любое растение. Возможно, черные ирисы все-таки расцветут…

– Черные ирисы? – встрепенулась Мила.

– Да, черные ирисы, – посылая сестре испепеляющий взгляд, сказала я.

Увы, близняшки в цветнике бывали куда чаще папы и про отсутствие черных ирисов знали прекрасно. Собственно, именно они настаивали на покупке этой редкости, а мы с мамой каприз не одобрили и денег не дали.

– Так ведь у нас… – начала было Лина.

– Не цветут! – включилась в игру мамулечка.

– А… Ах да! – пробормотала старшенькая.

– Не цветут, – поддержала младшенькая. И, обрадованная тем, что их с Милой тоже к беседе приобщили, добавила: – А когда вы с Соули в цветник сходить успели? Вы же после того, как из кладовки выбрались, сразу сюда пошли.

В столовой повисла тишина. Такая абсолютная-абсолютная… можно даже сказать, полная.

– Лина, ты что-то путаешь, – строго произнесла госпожа Далира. – Мы с Соули из цветника сразу сюда пошли.

– Да нет, – встряла Мила, – не путает! Мы же тогда еще подумали – что вам в той кладовке понадобиться могло. Там ведь одни швабры!

– Швабры? – глухо переспросил отец. – И где же в нашем доме такая кладовка?

Мила нахмурилась, а потом… потом опустила глаза и покраснела. До Лины тоже дошло – на минуту позже, но все-таки.

– Я жду! – напомнил господин Анрис.

Мы с мамулечкой переглянулись и начали медленно умирать от смущения.

– Рядом с твоим кабинетом, – наконец призналась Мила.

В этот раз молчание длилось куда дольше и было ну очень красноречивым.

– Соули, проводи господина Райлена в цветник, – сказал папа. Голос прозвучал ровно. Вернее, слишком ровно. – Покажи ему эти, как их…

– Ирисы, – подсказал маг.

– Да, да… ирисы.

Я покорно встала, присела в положенном реверансе и, стараясь не думать о происходящем, поспешила к выходу. Тяжелый стук каблуков подсказывал – Райлен не отстает.

За спиной кто-то на кого-то шикнул, потом рыкнул, а когда я оказалась на пороге, мамин голосок скомандовал:

– И еще парк покажи! И родовое кладбище! У нас же там недавно та-акое было…

– Какое такое? – тут же откликнулся Райлен.

– О! – радостно воскликнула мамулечка. – Вот Соули и расскажет. Правда, детка?

– Конечно… – пробормотала я. – Обязательно…

Обязательно расскажу! И покажу! И… и все, что скажете, сделаю. А потом поймаю этих желтоглазых дурынд и такую трепку устрою, что тетушка Тьяна после меня святой покажется!