Поцелуй сумрака - Сара Гудман

А затем поехала в Уилер.

Я приехала в город за считаные минуты до того, как поезд возвестил гудком о своем прибытии. Мисс Пимслер вышла на платформу и часто заморгала усталыми глазами. Я помахала ей сквозь рассеивающийся угольный дым. Ее измученное выражение лица сменилось обеспокоенным, и она поспешила ко мне. Бросив дорожную сумку, взяла мою руку в свои мягкие, пухлые ладони.

– Я так волновалась после твоей телеграммы! Верити, дорогая, ты в порядке?

– Со мной все нормально. Пока что. Но мне нужно, чтобы вы кое-что для меня сделали, – я посмотрела ей прямо в глаза. – Две вещи. Во-первых, я расскажу вам историю, которая прозвучит невероятно, но это абсолютная правда. Вы должны выслушать меня. И…

– Боже милостивый, ты меня пугаешь, – она нервно обвела взглядом пустую платформу.

– И во‐вторых, – продолжила я, ведя ее в город, – пообещайте, что не будете перебивать меня, пока я не закончу. Хорошо?

Мисс Пимслер кивнула и поправила огромную шляпу.

– Конечно. Куда мы идем?

– В церковь. Она всегда открыта.

И, что не менее важно, почти всегда пустая.

Мы кивнули нескольким любопытным жителям, встретившимся нам по пути, и перешли дорогу к церкви. На входе нас поприветствовал резкий запах полироли для дерева. Я заняла заднюю скамью, мисс Пимслер нерешительно присела рядом.

Я опустила взгляд на свои руки на коленях, не зная, с чего начать. Через витражные окна лился утренний свет, из-за которого моя кожа стала темно-бордового оттенка. Как кровь Абеля, покрывавшая мои пальцы после нападения мисс Мэйв.

– Мисс Мэйв Донован не та, за кого себя выдает. – Я поведала мисс Пимслер о юной Мэри Мэйхью и моем отце, об их неудачном побеге и рождении мертвого ребенка в холодную зиму. Верная своему слову, она молча слушала. Я объяснила, что Мэри сбежала в Уилер и стала мисс Мэйв Донован, племянницей известного банкира Рубена Либранда, который на самом деле ей не родственник, а также рассказала о браслете с отломанным кусочком золота от кольца, которое когда-то давно подарил ей мой отец. – Кольцо лежит дома у шерифа Лофтиса. Я держала его в руках. На нем имя моего отца.

А затем, глубоко вдохнув и мысленно прочитав молитву, я описала свой разговор с мисс Мэйв.

– Травма Абеля Этчли не была случайностью. Она хочет, чтобы я сохранила ее тайну, и пойдет на все, чтобы запугать меня.

Мисс Пимслер как воды в рот набрала.

– А ты кому-нибудь рассказывала? – наконец спросила она.

– Абель знает, кто мисс Мэйв на самом деле, и он сам догадался, что она специально ему навредила. Еще я рассказала все Делле Лофтис. Она дочь шерифа и моя подруга, – я с трудом сглотнула. – Но мисс Мэйв пока не поняла, что они знают правду.

– Ты обсуждала это с Везерингтонами?

Я покачала головой.

– Местные жители, включая Везерингтонов, обожают мисс Мэйв. Она всех обвела вокруг пальца. Мне вряд ли кто-то поверит, особенно мужчины из комитета по усыновлению. Поэтому я и попросила вас приехать. Отведите шерифа к ней домой, скажите мисс Мэйв, что приехали на плановую проверку или что-то в этом роде. Главное, обратите внимание на ее браслет. Попросите шерифа показать вам кольцо, если хотите. Вы увидите, что они сочетаются. Если сомневаетесь в моих словах, спросите мисс Мэйв о ее прошлом. Она расколется, как со мной. Она…

Мисс Пимслер подняла руку.

– Я тебе верю.

– Да?

Это было намного проще, чем я ожидала. А я не доверяла всему, что давалось легко.

– Когда нам доставили вещи доктора Прюитта, мы обыскали их, как и все, что отправляют нашим детям. Копаясь в сундуке, я нашла это. – Она открыла сумочку и достала ферротипию. Тонкие губы мисс Пимслер сложились бантиком, и она передала изображение мне.

Волосы были темнее, да и лицо – более юным, но это безусловно мисс Мэйв. Даже приглушенная сепия не могла погасить огонек в ее глазах. Она дерзко смотрела на меня, расплывшись в беспечной улыбке. Понятно, что привлекло моего отца к Мэри Еве Мэйхью. Я перевернула ферротипию. Сзади было послание из прошлого, написанное уверенной рукой:

Мэтью,

моя душа едина с твоей, отныне и навеки.

– М. М.

Мисс Пимслер прокашлялась.

– Я подумала, что вы с Лайлой можете… расстроиться, если откроете сундук и найдете этот сувенир из юности вашего отца. Ему стоило избавиться от него, когда он женился на вашей матери, – она фыркнула и протянула руку. Я оцепенело положила ферротипию на ее ладонь. – Как бы там ни было, когда я встретила мисс Мэйв, то подумала, что она похожа на девушку с картинки. В чем я и убедилась после твоей истории.

– Так вы поможете? – выдохнула я. – Вы заберете у нее Лайлу?

Мисс Пимслер встала и одернула короткий пиджак.

– Я что-нибудь придумаю. Лайле будет трудно найти новый дом. Я не хочу оставлять ее в округе, где до нее сможет добраться мисс Мэйв.

– Но ее посадят в тюрьму за то, что она сделала Абелю, так ведь?

– Только если местные власти захотят предъявить ей обвинения в нападении. И даже в этом случае ее не задержат надолго. В интересах Лайлы начать все заново в другом месте. Следующий поезд отправляется в Миссури и…

– Заберите нас обратно в Нью-Йорк, – я сложила руки в отчаянной молитве. – Везерингтоны освободят меня от договора, я в этом не сомневаюсь. Если вы позволите нам вернуться на север, я придумаю, как обеспечить нас. До моего совершеннолетия осталось всего четыре месяца.

Мисс Пимслер поджала тонкие губы и подергала цепочку с часами.

– Я перед тобой в долгу, Верити. И еще я обязана извиниться. Я не рассказала тебе всей правды о том, почему вас с сестрой отправили в Арканзас.

Я настороженно посмотрела на нее.

– Дело не в том, что тут когда-то жили мои родители?

Она покачала головой.

– Мистер Либранд сделал существенное пожертвование Детскому благотворительному фонду – с условием, что следующий сиротский поезд поедет в Уилер, Арканзас. Он предложил удочерить Лайлу. За всю переписку он ни разу не упомянул тебя. Однако я решила, что тебя утешит, что ты будешь жить рядом с сестрой.

От волнения украшенная цветами шляпа мисс Пимслер задрожала в ее руках.

– Мы понятия не имели, что он связан с женщиной, которая окажется такой неподходящей кандидатурой для опекуна. Мистер Либранд сказал, что давно знаком с семьей доктора Прюитта, слышал, что у вашего отца наступили тяжелые времена, и надеется сделать доброе дело для его маленькой дочери, забрав ее для своей племянницы. – Ее полный мольбы взгляд прошелся по святилищу, прежде чем остановиться на мне. – Уверена, ты можешь меня понять… его деньги помогли нам обеспечить детей всем необходимым. Каждый ребенок в приюте – моя ответственность. Я не могла отказаться от предложения, которое принесет столько пользы и, как я думала, никакого вреда.