Ведьма и ее питомцы - Анна Бруша

Ведьмы не умеют летать… если только в этом нет крайней необходимости, тогда приходится напрягаться. Тем более мне не нужно совершать длительный перелет, а достаточно просто плавно приземлиться.

Вес ведьмы напрямую зависит от силы воли: если она решила, что легче перышка, то значит, так тому и быть. Мир должен смириться с этим фактом. И никакие весы не будут ей указывать.

Только я приняла такое решение, как мое падение замедлилось, и я повисла в воздухе, взмахнув руками. Меня удерживала неведомая сила, которая очень быстро себя обнаружила:

— Я спасу тебя, Матильда, — прогремел голос Мерлина, многократно усиленный магией.

— О, наконец-то кто-то соизволил появиться, — пробормотала я.

Не хочу критиковать, но чем только Мерлин занимался все это время? Мог бы и раньше присоединиться к общему веселью. Много пропустил.

Ночь вокруг стала белее дня, землю затрясло как в лихорадке. Еще немного, и меня накроет волна "Арканиса". И это будет ужасно неприятно.

Но раз я не могу противостоять боевой магии, уместно положиться на ведьмовской закон сохранения энергии. Он действовал и будет действовать в веках и во всех мирах, где существуют ведьмы. В воздухе, в воде, на земле, да даже если выяснится, что можно путешествовать между звездами, то и там тоже. Непреложный закон гласит: если ведьма не может справиться с проблемой, то это просто не ее проблема. "Арканис" — это не шутка. Так что в этот раз миру придется непросто.

Мне стало ужасно любопытно, как же все решится.

Я перевернулась в воздухе, чтобы удобнее было наблюдать. Посмотрим, посмотрим.

Лиловый огонь рванул вверх, а потом резко ухнул вниз, устремляясь к тому месту, где стоял Бранвейн Молчаливый. Мерлин, которого никто не замораживал, быстренько отправил встречный "Арканис", чтобы два заклинания столкнулись и поглотили друг друга.

Взметнулись вихри горячего воздуха. И меня бы здорово поджарило, если бы не заботливо наколдованный защитный пузырь. А так мне просто стало тепло. Очень тепло. Но как говаривала одна моя знакомая: "Лучше протухнуть, чем замерзнуть".

В своем защитном пузыре я наконец-то смогла спокойно оценить обстановку с высоты птичьего полета. Благо света маги дали достаточно. Все вокруг так и сияло.

Я с радостью увидела крышу своей хижины. Она была в порядке. Даже огород не слишком зарос, хотя, возможно, стоит поменять расположение грядок. Отсюда видны несовершенства огороднического искусства. Редис неплохо было бы проредить. Силы небесные и земные, о чем я только думала, когда сажала мандрагоры рядом с укропом? Совершенно не смотрятся вместе.

Пока я любовалась на родные просторы, такое началось.

Слишком яркие вспышки света, от которых приходилось жмуриться. А потом молнии и ураганные вихри.

Я подсчитывала урон, нанесенный моему лесу двумя колдунами. Тридцать дубов… шутка ли. Хорошо, что я себя не ограничиваю в магии, иначе страшно представить, сколько лет потребуется желудю, чтобы вырасти в исполина.

Про меня, висящую в воздухе, оба мага забыли. Я решила, что не буду посылать никаких проклятий на голову Бранвейна, и принялась разглядывать свои пальцы.

Черный камень обхватил мой палец и стал похож на перстень. Или на паука с горбатой спинкой… это зависит от образных предпочтений смотрящего.

Перед глазами мелькнула особенно яркая вспышка, осколок заклинания пронесся с громким протяжным свистом "уиииииить". И тут мне пришла идея.

Оба мага были равны по силе и не уступали друг другу в искусстве ведения боя. Поэтому лучше, чтобы магический артефакт так и оставался моим козырем, а то если увидят мое "колечко", то мало ли… один из них решит увеличить свои шансы на победу за мой счет. Так что я набросила на черный камень иллюзию и припорошила скрывающими чарами.

И над этим пришлось здорово попотеть. Колдовать в подвешенном состоянии — ужасно непривычно. Одно неловкое движение, и ты покачиваешься или переворачиваешься в воздухе. Но я люблю принимать вызовы. И замаскировала черный камень на славу.

Пока я занималась своим колдовством, маги подустали. Молнии стали не такими разветвленными, да и били пореже, огненное кольцо горело ровно и больше не выпускало длинные языки пламени, которые бы преследовали Бранвейна Молчаливого. А значит, колдуны должны про меня вспомнить.

— Ну, Мерлин… мы еще поговорим о том, стоит ли строить огненные стены в заповедниках, — пробормотала я, чувствуя, что начала медленно опускаться вниз.

Когда перышко опускается на землю, кажется, что это похоже на танец, плавный и мягкий. Но наблюдать со стороны — это не то же самое, что переживать нечто подобное.