Обещанная колдуну - Анна Платунова

— Что… это… — я с трудом разлепила кровоточащие губы.

— Это? Это, Агатка, отличное средство против колдунов. Такие против вас применяли лет тридцать назад, пока вы все не вывелись, надоедливые насекомые. Литариум. Раритет, между прочим! С большим трудом достал парочку браслетов.

Даниель говорил добродушно, даже весело, будто бы я не лежала сейчас перед ним разбитая и израненная. Литариум? Вот как?

Я застонала, пытаясь спрятать вторую руку, к которой тянулся Даниель, но он деловито поймал ее и начал прилаживать второй браслет. Еще миг, и надежда на спасение будет потеряна окончательно.

«Насекомые, значит? — горько подумала я. — Потому жениться ты на мне не можешь. Зато привез в этот дом, чтобы безнаказанно использовать меня для удовлетворения своей похоти…»

Во мне вдруг толкнулась мысль — бесполезная и глупая, но больше ничего не пришло на ум. И кровь… Я истекаю кровью, а значит, даже с браслетом из литариума что-нибудь да смогу.

Из последних сил я вырвала руку. Я не помнила нужного заклинания. Как же там было? «Стань моими глазами»? Или «посмотри на меня своими глазами»? Эх, была не была.

Магия крови подстегнула гаснущую магию, и я отправила последний импульс, пытаясь нащупать связь с той несчастной мухой, на которой ставила эксперимент. Может быть, она давно стала кормом для птицы, но другого шанса у меня просто не было.

— Лети, лети к Тёрну, — прошептала я.

На запястье застегнулся второй браслет. И я зарыдала, глядя в потолок.

— Давай, Агатка. — Справившись со мной, Даниель сделался миролюбив, он почти успокоился. — Пойдем.

Он поставил меня на ноги и повел перед собой, удерживая за плечи. Мы поднялись на второй этаж по лестнице, которая скрипела и прогибалась под нашими ногами. Я вынуждена была держаться за перила в лохмотьях синей краски, чтобы не упасть.

— Вот сюда. Наша спальня.

Сердце упало. Я чуть не завыла в голос, едва сдержалась.

Комната оказалась такая же убогая, как всё в этом доме. Постель действительно усыпали лепестки роз. На грязном покрывале они смотрелись жалко. Даниель помог мне сесть и отошел к спинке кровати. Я услышала металлический звон и вздрогнула. Даниель разматывал длинную, тонкую, но прочную цепочку, которая крепилась к железному каркасу, другой ее конец он застегнул, обернув вокруг браслета, и удовлетворенно кивнул.

Только после этого присел на корточки рядом со мной.

— Ну что же ты натворила, Агата, — сказал Даниель. — Ты посмотри на себя.

Он вытащил из кармана платок и, намочив слюной, принялся отирать кровь с моего лица. Я молчала, смотрела на него во все глаза и только вздрагивала от каждого прикосновения. Использовав магию крови, я совсем ослабела и не смогла бы сопротивляться, даже если бы захотела.

Мужчина, сидящий сейчас передо мной, не мог быть Даниелем. Я не верила, не хотела верить! Неужели одержимость так на него повлияла? Или она просто вытянула наружу всю гниль, что до этого таилась в глубине его души?

— Пожалуйста, Дани… Мне нужно отдохнуть… — прошептала я.

— Да, конечно. Я поглажу тебя. Успокою. Все будет хорошо.

Он вдруг порывисто вздохнул и ткнулся головой мне в живот, обнял за талию, прижался.

— Агата, да что же это…

Голос его на мгновение стал растерянным, испуганным, как у маленького мальчика. И я, боясь спугнуть эту часть его души, погладила Даниеля по мягким волосам.

— Дани… Отпусти… Я не стану держать зла, обещаю…

Он шмыгнул носом, не поднимая лица.

— Нет. Не могу, Аги. Я с ума схожу без тебя. Все будет хорошо. Ты привыкнешь. Давай поглажу тебя, поласкаю…

Во мне все заледенело, но я не отняла руки от его затылка.

— Дани, ладно… Ладно…

О боги, мне бы выиграть время!

— Только не сейчас. Посмотри на меня… Мне бы отдохнуть хоть немного…