Прислуга в гостинице духов - Ирина Матлак

Ведьмочка внутри меня ликовала, то тая, то танцуя румбу. Не знаю, с чего вдруг это создание сегодня во мне появилось, но пока уходить оно явно не намеревалось и всячески о себе напоминало.

Перед закрытыми веками мелькали яркие вспышки – отсветы сияющих и тут же гаснущих огней, где-то в отдалении слышались голоса, стрекотали кузнечики, шелестел древесными кронами ветер, который обнимал и нас.

Я словно вернулась в полет над костром, сполна ощущая на себе его жар. Только жар теперь источало не пламя, а безымянноборец, чей неожиданный напор заставил меня забыть обо всем.

И все же я нашла в себе силы отстраниться первой.

– Так кто такой звервон? – выдохнула я, не узнав собственного голоса.

Тяжело дыша, Герман всматривался в мое лицо так, словно видел в первый раз. Похоже, его желание меня убить стремительно возросло.

Наш «разговор» оказался прерван появившимся в поле зрения заклинателем духов, который шел с южной стороны гостиницы. Разумеется, его лица, как обычно, видно не было, но я могла бы поклясться, что он пребывает в состоянии крайнего недовольства.

Тоже заметив его появление, Герман, вопреки ожиданиям, взял меня за руку и потянул за собой, оставив своего наставника позади. Мы двигались стремительно, и он на ходу воздвигал барьер, заставляя огненные шары превращаться в невидимую защиту еще быстрее, чем прежде.

Когда мы установили барьер, время оказалось настолько позднее, что совсем скоро должно было перетечь в неприлично раннее. Несмотря на переизбыток впечатлений, я устала и хотела спать, так что, когда Кирилл, поблагодарив всех за участие, предложил разойтись по комнатам и отдохнуть, спорить не стала. Оставшиеся без ответа вопросы вполне терпели до утра, и я была уверена, что Герман больше от меня бегать не будет. А даже если вдруг вознамерится это сделать, то у него ничего не выйдет, потому как настроена я решительно и больше игнорировать себя не позволю.

Этой ночью спала я настолько крепко, насколько это вообще возможно. Притом сон у меня получился не совсем обычный: попросив Сова избавить меня от ночного телевидения, я осталась в «отправной точке», где кровать успела смениться потертым диваном. Перетащив на него с кресла-качалки теплое лоскутное одеяло, устроила себе уютное гнездышко и улеглась спать прямо во сне.

Обычно в «отправной точке» я оказывалась сразу после того, как проваливалась в дремоту, но никогда после пробуждения. Однако на сей раз все было иначе.

Проснувшись, я снова очутилась в обители Сова, который в это время мирно покачивался в кресле и пил неизменный кофе.

– Поговорить нужно, – сказал он, как только я разлепила глаза, и громко, с выражением сделал глоток. – О твоем подсознании.

Я тряхнула головой, сбрасывая остатки сонливости, и недоуменно переспросила:

– Моем подсознании?

– Я тут копнул в него немного глубже, – продолжил Сов, – и обнаружил, что часть информации индивидуального уровня подлежит сложной кодировке, расшифровать и снять которую не получается даже у меня.

Я даже привстала:

– Чего-чего?

– Какое-то воспоминание у тебя забаррикадировано, говорю, – пояснил Сов, сделав еще один глоток. – Когда-то оно было очень ярким и со временем должно бы только поблекнуть, но не стереться совсем. А кто-то поковырялся в твоей голове и затолкал его в такие недра подсознания, что теперь и не достать.

Поднявшись с дивана, я подошла к столику, плеснула кофе в свободную чашку и залпом его выпила. Затем, глянув на Сова, уточнила:

– Что-нибудь еще можешь сказать? Какой давности воспоминание, о чем примерно, кто мог «покопаться» у меня в голове?

– Без понятия, без понятия, кто-нибудь, – по порядку ответил ловец снов. – Можно только предположить, что воспоминание старше пары лет. А в память, в сущности, могут влезть очень многие. Маги, ведьмы, заклинатели духов, сами духи, псионики да даже гипнотизеры и психологи из простых людей.

Прошлепав обратно к дивану, я с размаху в него опустилась и задумалась. Полученная от Сова информация меня очень взволновала. Разумеется, воспоминание могло быть абсолютно любым, но я почти не сомневалась, что оно как-то связано с Германом. Возможно, такая уверенность была глупой, но обострившаяся за последнее время интуиция настойчиво меня к ней подталкивала.

Еще раз мысленно перебрав перечисленных Совом кандидатов, я спросила:

– Кто такие псионики?

Тот огладил крылом подбородок и задумчиво произнес:

– Кто-то называет их магами-психологами, кто-то магами разума. Они обладают способностью воздействовать на чужое сознание, считывать чувства, а иногда, в редких случаях, даже мысли.

Дополнительные сведения помогли не слишком. Я не имела даже малейшего представления о том, кто мог залезть ко мне в голову, а самое главное – зачем и когда.

– Я точно встречалась с ним раньше, – пробормотала, подумав о Германе. – Еще этот Тэйрон… – следующую фразу произнесла уже громче и, обращаясь к ловцу снов: – Ты что-нибудь знаешь о местном заклинателе духов?

Прозевавшись, Сов устремил на меня свои круглые глаза с припухшими от недосыпа веками.

– Никто о нем ничего не знает. И мы, духи, предпочитаем оставаться в неведении.

– А…

– А тебе пора вставать, – бесцеремонно оборвали меня.

Я моргнула и спустя мгновение лицезрела привычную обстановку своей комнаты. Уже взошло солнце, часы показывали время завтрака, а в Большом Доме, судя по звукам, царило оживление.

Быстро умывшись, я натянула джинсы с первой попавшейся под руку футболкой и спустилась вниз. Уже на лестнице столкнулась с парой духов, шепчущихся об усовершенствованной защите, затем отголоски той же темы уловила в холле и даже, войдя в кухню, услышала обсуждение ночных событий.

Одним ненастоящим кофе сыт не будешь, поэтому я была зверски голодна, но вместо того чтобы позволить удовлетворить жизненно важную потребность, мне буквально с порога устроили допрос с пристрастием. Инициатором, естественно, была Аленка, схватившая меня в охапку, усадившая за стол и выдавшая требовательное:

– Рассказывай!

Аня в это время сидела, поглощенная чтением, пара духов-помощников безразлично копошилась в углу, и только один Вилли оказался настоящим другом! Этот бесценный шеф-повар обеспечил меня порцией свежайшего омлета и мягких булочек с изюмом, за сдобный запах которых можно было умереть.

– Ну и вот, – спустя несколько минут рассказывала я, за обе щеки уплетая завтрак. – Вся компания притащилась в ресторан и освободила бедную меня от повинностей свидания.

– Обалдеть, – потрясенно выдохнула Алена, как только я закончила повествование установкой барьера и поцелуем с безымянноборцем.

Вообще-то изначально о поцелуе говорить я не собиралась, но потом подумала, что если буду носить все в себе, то однажды точно свихнусь. Хорошо иметь рядом пусть не подругу, но хотя бы хорошую приятельницу, с которой можно поделиться подобными вещами.