Прислуга в гостинице духов - Ирина Матлак

На небольшую, примыкающую к кухне террасу, я проследовала с превеликим довольством и нетерпением, потому что в кои-то веки наши цели с заклинателем совпадали. Какую бы тему он ни хотел со мной обсудить, я намеревалась воспользоваться удобной возможностью и узнать все меня интересующее. А вопросов в запасе имелась просто тьма!

День сегодня и впрямь выдался солнечный и теплый, что только подчеркивало мрачность моего собеседника. Дело было вовсе не в плаще, под которым он скрывался, а в нем самом. Впрочем, не будь он недружелюбно ко мне настроен, возможно, я бы воспринимала его иначе.

Мы присели прямо на пол, свесив ноги с невысокого порога, и наступило молчание. Сильно пахло мелиссой и мятой, в зеленом саду привычно стрекотали кузнечики, а духов поблизости не наблюдалось – как всегда, держались подальше от Тэйрона.

– Чем я вас не устраиваю? – первой начала я.

– По-моему, это я позвал тебя для разговора.

– А теперь молчите, – хмыкнула я, выразительно на него покосившись. – Мне надоело неведение, поэтому, если вам есть в чем меня упрекнуть, – говорите прямо. Я знаю, что чем-то вызываю ваше недовольство, хотя мы пересекались всего пару раз. Хотелось бы узнать, чем именно.

На сей раз в голосе заклинателя раздражения, как ни странно, не прозвучало:

– Дело не в тебе. А в том, что тебе не следовало устраиваться сюда работать. И тем более становиться напарницей Германа.

– Вот это уже мне решать. – Я сумела сдержать негодование. – И Кириллу, которого, должна заметить, моя кандидатура на вакансию горничной ничуть не смущала. Что до Германа, то вам не кажется, что он уже взрослый человек для того, чтобы принимать решения, как и с кем ему работать?

– Не дай Великий пережить кому-нибудь то, что пережил Герман в свои шестнадцать, – ровно произнес заклинатель духов. – Последние четырнадцать лет он вел уединенный образ жизни и никого к себе не подпускал. Однажды он встретит ту, кто сумеет вернуть ему способность быть счастливым, но это будешь не ты.

Теперь негодование сдержать не удалось.

– Да кто вы вообще такой? Великий волшебник, Господь Бог? Какого безымянного вы вообще считаете, что имеете право решать за него? Знаете что… – Стараясь успокоиться, я сделала глубокий вдох. – Мне ровным счетом наплевать на ваше мнение и на то, что вы какой-то там известный заклинатель. Вы не можете вмешиваться в нашу личную жизнь!

– А она у вас есть? – В голосе звучала усмешка.

– Не ваше дело! – чувствуя, что щеки предательски покраснели, отрезала я. – Мне уже приходилось действовать по указке других, из-за чего я потеряла несколько драгоценных лет, прозябая на чертовски нелюбимой работе. Но даже тогда мне приходилось следовать воле родителей, а вы мне вообще никто! Не знаю, что именно связывает вас с Германом, но, что бы это ни было, оно не дает вам права ограничивать его свободу!

Ко мне соизволили обернуться и все с той же иронией хмыкнули:

– Какие слова, какая страсть. А ты уверена, деточка, что свобода Германа ограничена? Может, просто ты ему менее интересна, чем он тебе?

Разговор уходил совершенно не в ту сторону. Спорить с этим… с этим… с заклинателем я не видела никакого смысла, да и не собиралась позволять ему лезть ко мне в душу.

– О чем вы собирались поговорить изначально? – резко сменила я тему, взяв эмоции под контроль.

– Ты видишь безымянных, – не вопрос, а констатация факта. – И духов, неразличимых для других.

Я промолчала, ожидая продолжения.

И долго себя ждать оно не заставило:

– Ты уже сталкивалась со звервоном прежде?

А вот сейчас это был вопрос. Вопрос, который я хотела услышать.

– Возможно, – ответила уклончиво, поведя плечом. – Если бы я знала, что это за дух, могла бы сказать наверняка.

– Звервоны – это духи, чья сила заключается в разрушении любой магии, – на удивление легко поведал мне Тэйрон. – Они без труда преодолевают любые барьеры, одним прикосновением разрушают сложные заклинания и даже заклинателям трудно с ними справиться. Эти духи довольно редки и так же редко идут на контакт. Они могут становиться абсолютно невидимыми, но узнать об их присутствии можно по характерному грязевому следу.

– Но любых духов подчинять могут только заклинатели. – Я задумалась. – Если на Джею напал звервон, значит, Игорь сотрудничает с каким-то заклинателем духов?

– Соображаешь, – неожиданно похвалил Тэйрон и тут же возразил: – Но это не обязательно так. Вот что я хотел сказать: с этим духом в апартаментах Джеи побывал кто-то еще. Она спала, и в ее комнате было темно. Понимаешь?

Несколько секунд я пыталась понять, к чему он клонит, а затем внезапно вспомнила о Наблюдательнице, которая накануне хотела мне что-то сказать.

Заметив, что до меня дошло, Тэйрон добавил:

– Разумеется, я ее вижу, но заставить говорить не могу. Она замкнутый дух, не восприимчивый к любой боли. Мне она ничего не скажет, но тебе…

Облизав пересохшие губы и по-прежнему стараясь сдерживать волнение, я кивнула:

– Хорошо, я все у нее узнаю. Но у меня есть условие.

Убедившись, что заклинатель весь внимание, озвучила свое требование:

– Вы дадите слово, что не станете вмешиваться в мои с Германом отношения… какими бы они ни были.

Кажется, я услышала легкий скрип челюсти, прежде чем прозвучало абсолютно бесстрастное:

– Согласен. Обещаю.

Внутренне возликовав по поводу своей победы, внешне я никак этого не выразила и, взвесив все «за» и «против», решила затронуть еще одну животрепещущую тему. По правде говоря, обсуждать ее именно с Тэйроном мне совершенно не хотелось, но я понимала, что рано или поздно об этом узнают все. Так что лучше рассказать обо всем самой и сейчас.