Метро 2033. Безымянка - Сергей Палий

— Ему нужны жертвы, — внезапно ответил я, хотя секунду назад хотел сказать что-то совсем другое. — Он наслаждается ими. И требует все больше.

— Да, — спокойно согласилась Ева.

— Сначала ему хватало крови, но потом… — Я запнулся, подыскивая слова. — Он как будто… повзрослел. Ему понадобились однозначные поступки. Верные решения. Такие и только такие, без вариаций.

— Не понимаю.

— Роль… Помнишь взбесившегося роля?

Ева, не сбавляя шага, повернула голову и внимательно посмотрела на меня. Моргнула.

— Да. Я поняла. Аплодисменты — это было верное решение.

Некоторое время мы шли молча, разбивая каблуками зеркальца луж. Вакса в разговор не встревал — хмуро топал рядом, сунув исцарапанные руки в карманы и громко сопя через фильтры.

— Мне страшно, — наконец признался я. — Боюсь поселившуюся внутри тварь. Что ей понадобится в следующий раз?

— Заполнять пустоту всегда больно.

Ева опять ответила не так, как мне бы хотелось. Она не пожалела, не подбодрила, не принялась убеждать или разубеждать в чем-то. Она даже не завела свою любимую философскую шарманку про пути и поиски-скитания.

Ева прочертила четырьмя нечаянными словами жирную линию из моего прошлого в мое настоящее. Просто и без затей.

Отрезок.

Из точки «а» в точку «б».

— Егор, сколько людей было с Эрипио? — решил я сменить тему. — Успел сосчитать?

Вакса на ходу вытащил из кармана пятерню, согнул несколько пальцев и ответил:

— Трое или четверо. У двоих точно автоматы, у остальных вроде пушки попроще.

— Они не ждут нападения, и это наш козырь, — прикинула Ева. — На самом деле, нам крупно повезло, что Эрипио не успел всю свою армию подтянуть.

— Уверен, ополченцам сейчас есть чем заняться, — саркастически подметил я. — С одной стороны, народ бунтует, с другой — наемники наседают. Борьба за власть и земли.

— Ага, только за подземелья, — поправил Вакса. — Поверхность-то загажена — толку ноль из-за нее глотки рвать.

Объяснять, что даже сейчас территории делят без оглядки на их вертикальный срез, я не стал. Пацану нужен оппонент — так вот шиш он его получит.

— Ты не согласен, Орис? — не выдержал Вакса через минуту.

Я вновь не ответил, лишь незаметно улыбнулся под силиконовой маской.

Молчание порождает сомнения? Вот и отлично. Пусть чаще ковыряется в своих выводах, больше пользы будет.

Так и не дождавшись от меня реакции, Вакса неопределенно хмыкнул и вернулся к созерцанию окрестностей.

Мы обогнули здание с симпатичной башенкой на крыше и вошли на мост, перекинутый через распадок. Высота была небольшая. По дну бежала асфальтированная дорога с наносами осадочной породы по краям, напоминая пересохшее русло ручья. Склоны оврага были взрыхлены свежими следами: видимо, мэрг здесь стащил неудачливого караульного на дно и поволок тушу в гнездо. К вящей радости многочисленного выводка.

Я осторожно провел рукой по железным перилам — вниз полетела цветная шелуха. Давным-давно они были покрашены, но за годы краска облупилась, оставив лишь хрупкое конфетти.

После моста дорога зигзагом вильнула мимо уснувшего фонтана, окруженного четырьмя скульптурными жабами, и фонарного столба с разбитым плафоном. Вдоль дороги торчали ели с полуголыми стволами. Все вокруг было усыпано гниющими веточками и рыхлой хвоей — повышенный радиационный фон и почва, пропитанная зараженной водой, практически не оставляли шансов флоре в прибрежных зонах.

— Сюда, — скомандовала Ева, указывая «Кугуаром» на уходящую под углом тропинку. — И смотрите в оба. Эрипио мог на поверхности охрану выставить.

Мы свернули с аллеи. Я снял «Стечкин» с предохранителя и перехватил пистолет поудобнее. Ощущение привычной тяжести в руке придавало уверенности, хотя, честно говоря, я бы сейчас предпочел укороченный «калаш», а не верный пристрелянный АПС. Но автомат Ева не нашла.

Ваксе из остатков наропольского арсенала достался простенький «Макарыч» с запасной обоймой.

Метров через сто тропинка вывела нас к желтому двухэтажному зданию, больше похожему на маленький форт, чем на жилой корпус. Редкий лес здесь упирался в Волгу, кромка обрывистого берега убегала в туманную даль.

Охраны видно не было. Наверное, Эрипио не счел нужным перестраховываться, полагая, что из наручников нам не выбраться. Скорее всего, все спустились под землю, и пальбу караульного никто не услышал.

Мы обошли здание слева и остановились. Последний раз так близко я видел Волгу очень давно, еще в юности, возле гидротурбин в районе пивзавода. Но там было шумно, суетно, и Тимофеич то и дело поторапливал. А здесь река предстала во всем своем суровом величии.

Свинцовые волны ровно гудели, ударяясь в полуразрушенный парапет набережной и набегая на длинный бетонный волнорез. Чуть левее, на темной гальке, облепленной водорослями и слизью, тускло зеленели пустые кладки мэргов. Для икры — не сезон.

Ветер здесь уже не был похож на хилые порывы, гонявшие газету возле столовой. Дуло крепко. Противоположный берег лишь угадывался. Воздух и вода смешивались в сизую муть, сильно и колко бившую в лицо. Приходилось щуриться.

Такой ветер мне нравился. Именно за ним я забирался на смотровую площадку вокзала. Его жесткое дыхание рассказывало о прошлом, наполняло меня простором, которого так не хватало под землей, побуждало держаться выбранного пути. Ветер нес на своих призрачных крыльях веру. В его густом шепоте угадывались отзвуки надежды. Небрежные касания обжигали лоб и щеки, натягивали нервы, передвигали какие-то кусочки памяти, складывая их в пеструю мозаику.

Ветер не просто обдувал меня…

Он забирался под одежду, обволакивал тело, проникал под кожу, растворялся в крови, становился плотью.

Ветер был мной.

Он натягивал купол жизни, как парус, осторожно трогал какие-то невидимые струны, заставляя их звучать. Через годы и километры летела тихая мелодия, вплетаясь в само пространство и время. И я чувствовал, как дрожит натянутое до предела полотно души.

Ветер.

Враг тому, кто с ним борется, друг для того, кто принимает…

— Эй, ау!

Окрик Ваксы вернул меня к реальности. Пацан стоял неподалеку и держал пистолет стволом вверх в согнутой правой руке, левой ладонью под рукоять. Еву я даже не сразу заметил — она прислонилась к дереву и практически слилась по тону с темно-серым стволом.

— Что?

— Ничего. — Вакса пожал плечом. — Хватит подвисать. Поплыл куда-то, как грибошник удолбанный.

Я подошел к Еве:

— Идем внутрь?

— Вход в подвал должен быть с торца. Я пойду первой, держитесь за мной. Ступайте след в след и будьте готовы прикрыть.