Высшая проба. Брат мой, друг мой - Вера Чиркова

Но они все равно сражались, стараясь не пропустить ни одного удара и как можно хитрее обойти соперника.

– А подруга ваша почему отдыхает? – ехидно справился дед Хирда.

И принесло же его спозаранку. Все остальные магистры еще спят, только рулевой сидит в возвышающейся над настройками будке с непривычно толстыми защитными стеклами.

– А с чего ты это взял? – огрызнулся Хирд, еще до конца не простивший Беруальду вчерашнего спектакля.

– Да? – задумался тот и как-то хищно прищурился, – значит вас она защитила… а себя?

– И себя тоже, – спокойно сообщила бывшему королю, обхватывая его невидимой лапой за торс и вышвыривая за борт.

– Яна? – Хирд мгновенно спрятал клинок и кинулся к борту, – что ты сделала с дедушкой?

– Отправила освежиться, – безмятежно пояснила ему, в душе обмирая от собственной дерзости. – Он собирался выбросить меня порывом ветра.

– Зачем? – справился герцог у висевшего за бортом деда.

Мы с Брисом подошли ближе и тоже посмотрели, хотя я и сразу знала, что дед болтается на призрачной лапе в паре шагов от борта не касаясь ногами воды. И все, что ему достается – это долетающие от форштевня брызги.

– Посмотреть… – пробормотал тот, ощупывая обвившую его торс лапу.

Достаточно широкую и мягкую, чтобы не давить на ребра и не доставлять боли.

– Достань его, – вздохнул Хирд, – дедушка всегда славился упрямством.

– Пожалуйста, – одним махом подняв из-за борта магистра, поставила посреди прогулочной палубы, и одновременно накрыла нас общим куполом, накрепко примотав его ко всем перилам и ручкам, найденным поблизости.

И вовремя, как выяснилось. Едва убедившись, что твердо стоит на ногах, Беруальд небрежно махнул в нашу сторону рукой, и корзинка с булочками взвилась в небо. Вслед за ней полетели чашки и графин. Кресла и стол тоже попытались взлететь, но оказалось, что они предусмотрительно привязаны тросиками.

Только мы хладнокровно стояли у перил, наблюдая за воздушником, все усиливающим напор ветра.

– Что тут происходит? – Возмутился высунувшийся было из-за двери Имольт и тотчас отступил, вцепившись в поручень.

– Дедушка сдает экзамен на самого сильного воздушника, – с деланой скукой вздохнул Хирд, – и мы уже согласны поставить ему высшую оценку.

– Изольда слишком тебя распустила, – свирепо прорычал Беруальд.

– Нужно было приехать и лично показать, как правильно воспитывать детей, – тотчас огрызнулся его внук, обожавший королеву-мать ничуть не менее, чем я.

– Наглец, – процедил магистр, и врезал мощным штормовым порывом, от которого дернулся весь шлюп.

Похоже он пытается заставить меня сдаться… или истратить до капли запас магии. И во всех случаях это покажет только степень моего упрямства, но никак не гибкости и хитрости. Поэтому дольше ему подыгрывать я не намерена.

– Уходим, – сообщила друзьям, закрывая кокон от всех звуков и ощущений, и создавая ложный щит, – не шумите и не дергайтесь.

– Знаю, – подобрался Хирд.

– Попытаюсь, – пообещал Брис.

Новый, еще более мощный порыв ударил в щит, и тот огромной темной птицей взмыл вверх и улетел куда-то назад, в сторону давно исчезнувших за горизонтом островов.

А мой кокон, вместе с ним скользнувший за борт, но не отпустивший ни одного спасательного поручня, вмиг отрастил кучу цепких лапок и пополз по крутому борту шлюпа как обычная, только громадная муха. Одну за другой меняя точки опоры, я постепенно добралась до подвешенной у борта шлюпки и нырнула в нее под кусок зачарованной от влаги парусины.

– Устраивайтесь поудобнее, – предложила друзьям с учтивостью гостеприимной хозяйки, и протянула слуховую трубку на палубу, истово жалея, что у нас нет такого зеркала, как в тайном подвале возле избушки отшельника.

Но и слышать, что происходит наверху, тоже было занятно.

– Как ты умудрился такое допустить? – с досадой выговаривал деду один из магистров, – давно нужно было остановится! А ты как ребенок, вошел в азарт, ничего вокруг не видел! На носу мастера вдвоем едва удерживают устойчивость судна, твои вихри способны и паруса оборвать… если они имеются.

– Ну чего ты так возмущаешься, Эмиль… – огорченно бубнил король, – утонуть они не могут… скоро догонят.

– Сколько миль им плыть? – голос магистра, явно бывшего средним сыном Беруальда, стал прохладнее. – А мы теряем дорогое время! Сначала выполняли все непременные условия Изы, потом ждали, пока все доберутся до Резвилла… вместо того, чтобы поговорить еще в Дэнзоре! А теперь ты затеял тут детские игры, словно не понимаешь, что Яна – наш самый последний шанс на бескровную победу.

– Да прекрасно я все понимаю, – устало огрызнулся дед и в его голосе вдруг прорезалась стальная твердость и непреклонность, – потому и хочу досконально проверить ее умения. И в Орадон пущу лишь после того, как сам удостоверюсь, что они не ошибаются в оценке ее талантов. Второго Фаргеса мне не вынести… а о том, как провал девчонки ударит по Изе и всем остальным боюсь даже подумать.

– Дивьи пляски… – с чувством ругнулся сидевший рядом Хирд.

– Надо возвращаться, – решила я, – придется сдавать деду экзамен. И учиться, они говорили что-то про новые трюки.

– Мы поможем тренироваться, – уверенно пообещал напарник и Брис согласно поддакнул, – куда идем?

– На верхнюю палубу, там сейчас пусто, – пояснила друзьям, и решив немного повредничать, пока еще не запрягли в учение, добавила, – немного побудем мишками.

– Зелеными, – уточнил Хирд, ухмыльнувшись предвкушающе.

– Да хоть розовыми, – согласилась я, создавая три мохнатых зеленых кокона.

Потом вытянула руку кокона и осторожно перенесла себя на верхнюю палубу. Приостановивший движение шлюп по инерции медленно скользил вперед и ветра больше не было. Жаркое солнце спешило высушить влажные доски и от них поднимался призрачный парок.

Шлепнувшись на живот, сначала осторожно подползла к краю и прикрывшись щитом-хамелеоном, выглянула за ограждение.

Как я и ожидала, маги стояли у кормы, упорно глядя назад, в тающие на волнах следы шлюпа. Уже увереннее перенесла к себе друзей и два зеленых медведя устроились рядом, изучая милую каждому ученику картину – проштрафившиеся учителя.

Вдали показалась темная точка, по приближении оказавшаяся дельфином. Он стремительно догнал дрейфующее судно и через борт на палубу вылетел Имольт.

– Никого нет, – пряча взгляд, буркнул магистр, и провел рукой вокруг себя, поднимая облачко пара.

– Не может быть… – выдавил Беруальд, – они же были в коконе…

– Но неизвестно, сколько у нее оставалось резерва, – подавленно произнес Эмильен.

– А кого вы, собственно, ищете? – не выдержав, поднялся во весь рост мой напарник.