Ярость и рассвет - Рене Ахдие

Тарик снова повернулся к королю-мальчишке, несколько морщин образовалось на его залитом солнцем лбу.

– Он выглядит очень тихим.

– Он тихий. Но человек гораздо мудрее меня однажды сказал: самые умные мужчины – те, которые молчат…

Тарик ждал, едва скрывая растущее презрение.

Капитан аль-Хури наклонился ближе к нему.

– Потому что они слышат всё.

– Интересное мнение, – задумчиво произнес Тарик. – Кто это сказал?

Капитан аль-Хури усмехнулся, спокойно обдумывая ответ.

– Халид. – Затем он направился в сторону короля-мальчишки.

Когда прибыл султан Парфии, группа мужчин начала свой путь по коридорам, в сторону галереи под открытым небом, которая была в десять раз больше, чем в Талекване. С одной стороны галереи располагался ряд сводчатых двойных дверей, ведущих к началу пышного, усаженного деревьями сада.

Проследовав дальше по этому маршруту, мужчины пересеклись с Шарзад. Она проходила через другой ряд двойных дверей в сопровождении привлекательной молодой служанки и того же угрожающе грубого телохранителя, которого он видел прошлым вечером.

При виде ее у Тарика в груди образовалась пустота.

Она с каждым мгновением становилась все красивее, будто жизнь в этом дворце из холодного полированного камня подходила для нее. Сегодня Шарзад была одета в серебряное и розовое, благодаря чему ее черные волосы и бронзовая кожа выглядели еще более ошеломительно, чем обычно. Ему намного больше нравился этот наряд, чем показное одеяние вчерашнего вечера, хотя она и ослепила каждого мужчину в зале своими синими сапфирами и черным шелком.

Но Тарика она ослепляла всегда.

Группа мужчин остановилась поприветствовать халифу, а ублюдок из Парфии вышел вперед, чтобы особо отличиться от остальных.

Тарик поборол желание отреагировать, наброситься на него.

К счастью, капитан аль-Хури двинулся в сторону Шарзад, и за это Тарик начал не любить его чуточку меньше.

Пока король-мальчишка не остановил своего брата единственным движением руки.

Разъяренные глаза Тарика метнулись к его цели.

По лицу короля-мальчишки скользнул намек на эмоцию.

Гордость?

Султан Парфии проплыл в сторону Шарзад, очарование сочилось из него, как изнурительная болезнь.

– Доброе утро, моя госпожа! Надеюсь, вы хорошо провели вечер.

Шарзад кивнула.

– Да, мой господин. А вы?

Он кивнул.

– Очень хороший вечер. Моя дочь рассказала мне, что прекрасно побеседовала с вами и была весьма рада знакомству.

– Я тоже насладилась беседой с Ясминой, мой господин. Она была поучительной.

– Мне кажется, дочь использовала такое же слово, моя госпожа.

– Я нахожу это вполне уместным, господин. Принимая во внимание наш обмен.

– Такая же красноречивая, как гадюка. – Он рассмеялся. – Скажите, госпожа, вы никогда не упускаете момента нанести удар?

Шарзад улыбнулась, ее улыбка была блестящей и кусающейся одновременно.

– Боюсь, это было бы неразумно, господин. Особенно в змеином логове.

Султан покачал головой в приятном изумлении, слишком долгом, чтобы быть настоящим.

– Вы обязательно должны посетить нас в Парфии, ведь у наших змей намного меньше поводов кусаться. Ясмина и я настаиваем на этом. В следующий раз, когда Халид поедет в Амардху, вам стоит присоединиться к нему, чтобы мы могли ответить на ваше гостеприимство.

– Это было бы честью для меня, господин. – Шарзад опустила голову, прикоснувшись кончиками пальцев ко лбу.

Султан повернулся назад к королю-мальчишке с приводящим в замешательство блеском в глазах.

– Действительно, племянник. Она просто сокровище. Следи за тем, чтобы надежно охранять ее. – Только глупец пропустил бы подразумеваемую угрозу, которой сочилось каждое его слово.

Тем не менее слабый король-мальчишка ничего не сказал – ничего не сделал – несмотря на то, что Тарику хотелось броситься на ублюдка из Парфии с кулаками. А лучше с топором.

Молчаливые мужчины – самые мудрые?

Тарик, внутри которого все кипело от злости, скрестил руки на груди.

Король-мальчишка подошел к Шарзад. Он остановился на расстоянии вытянутой руки и в очередной раз ничего не сказал. Он молча разглядывал ее своими странными оранжево-золотыми глазами. Через некоторое время начал улыбаться, и Шарзад кивнула, почти незаметно.

Пустота у Тарика в груди стала еще глубже.

Шарзад и король-мальчишка понимали друг друга без слов.

Король-мальчишка низко поклонился своей халифе, поднеся руку ко лбу. Когда выпрямился, положил ладонь себе на сердце и ушел. Группа поплелась за ним, выражая почтение Шарзад, пока они проходили мимо нее. Тарик остановился перед ней, и она отвела взгляд, на ее щеках горел румянец, а руки она сжала в кулаки, спрятав их в складках серебряной накидки.

Именно в этот момент Тарик вспомнил слова своего дяди в первую ночь, когда они с Рахимом приехали в Рей, покрытые пылью и изнуренные двумя днями тяжелого путешествия:

«Город полнится слухами. А именно тем, что халиф, наверное, влюбился в свою новую невесту».

Тарик ускорил шаг, группа мужчин уже собралась в первой части многоярусного сада. В нем было множество цветущих деревьев и тщательно продуманный вольер для красочных певчих птиц.

Король-мальчишка продолжал через плечо поглядывать на свой дворец, пока они спускались к каждому последующему ярусу.

Наконец капитан аль-Хури объявил голосом намного более громким уместного в обычном разговоре:

– Сеид, мне кажется, вы забыли что-то очень важное в Большой галерее.

Король-мальчишка, взглянув на брата, прищурил свои странные глаза.

– Возможно, вы должны вернуться туда и присоединиться к нам позже на охоте. – Неприятная улыбка капитана аль-Хури стала еще шире.

Король-мальчишка снова посмотрел через плечо. Затем в безупречном движении повернулся и, бормоча извинения, начал пробираться сквозь толпу.

Тарик, подобно всей остальной знати, не сомневался – халиф был на пути к Шарзад. Едва халиф успел исчезнуть из виду, как началось бурное обсуждение. Менее щепетильные начали принимать ставки на то, как скоро у Хорасана появится новый наследник престола.

Султан Парфии слушал навострив уши… с пренебрежительным взглядом.

Тарик выдавил из себя улыбку сквозь волны гнева и мучений. Через некоторое время он уже не мог терпеть это. И повернулся на пятках.

– Куда вы собрались? – спросил капитан аль-Хури.

Тарик быстро придумал ответ: