Искушение - Дженнифер Арментроут

На занятия в понедельник я в итоге так и не попала, а на эсэмэску Джо Энн ответила, что проспала. Что-то в последнее время вокруг меня одна ложь, и я в этом виновата ничуть не меньше, чем остальные. Все утро я ломала голову над тем, как рассказать обо всем Дэвиду. Молчать было нельзя. При этом я не могла ему признаться, откуда все узнала.

Даже Рену я не могла сказать правду.

Я до сих пор, как дура, пыталась защитить Диня. Если я обмолвлюсь о нем хоть кому-нибудь из членов Ордена, они тут же вломятся ко мне домой, как наряд полиции, и уничтожат домовенка.

Да я и сама не знала, что делать с Динем. Меня так и подмывало вышвырнуть его в окно. Но в глубине души я понимала, почему он не был со мной откровенен. Когда я наконец собралась уходить, чтобы встретиться с Реном в штаб-квартире Ордена, Динь, надувшись, сидел у себя в комнате.

Так что мне оставалось лишь умолчать о том, откуда я все узнала, и от этого у меня было тяжело на душе. Я поднялась по лестнице на второй этаж, позвонила, и Харрис меня впустил.

– Что-то ты сегодня рано, – заметил он, закрывая за мной дверь.

– Мне надо встретиться с Реном. – Без рюкзака я чувствовала себя голой.

– Хм. Вы с новеньким, похоже, нашли общий язык, – Харрис удалился к себе в кабинет. – Молодцы.

– Спасибо, – пробормотала я, не понимая, как реагировать на его замечание. – Да, наверно.

Слева донесся смешок, я обернулась и увидела Вэл, которая вышла из переговорной, прижимая к уху телефон.

– Все отлично, солнышко. – Улыбаясь, как идиотка, Вэл направилась ко мне. Что-то я не припомню, чтобы Вэл раньше так светилась или болтала по телефону хоть с одним своим парнем. Она не любит звонить, предпочитает эсэмэски. Похоже, моя подруга наконец-то встретила «того самого» и влюбилась. – Ладно, мне пора. Да, я тебе позвоню и расскажу. Пока.

Я уселась на краешек стоявшего у стенки стола и ухмыльнулась:

– Интересный разговор.

Вэл пожала плечами и сунула телефон в карман оранжевых джинсов. Я и не думала, что бывают джинсы такого цвета.

– Извини, что вчера так получилось.

– Да ладно. Ты же была с этим своим… – Как его назвать? Парнем? Другом? Любовником? А как назвать нас с Реном? – Ты была с тем парнем, с которым встречаешься?

Вэл прислонилась к столу рядом со мной, вытянула длинные ноги и запрокинула голову. Тугие кудряшки рассыпались по плечам.

– Нет, я спала, – вздохнула она. – Мы в субботу ночью дали жару. Я до сих пор чувствую его между…

– Понятно, – перебила я и рассмеялась, болтая ногами. – Мне надо с тобой потом поговорить, – негромко добавила я, взглянув на Вэл.

Она выпрямилась. Улыбка испарилась с ее губ.

– О том, что ты мне рассказывала? О вратах и прочем?

Я кивнула, но не успела ничего сказать, как домофон зазвонил, и Харрис снова направился к двери. Вошел Рен, и у меня перехватило дыхание. Он выглядел так, словно только что вышел из душа. Влажные волосы завивались на висках, а щеки были чисто выбриты. Легкая темно-серая футболка с длинным рукавом облегала широкие плечи и подчеркивала его рельефный пресс. Черные брюки обтягивали крепкие ноги.

Рен выглядел слишком великолепно, чтобы быть настоящим, чтобы подойти к столу, на котором я сидела, и пожирать меня потрясающими изумрудными глазами, как будто, кроме меня, в комнате больше никого нет.

– Ничего себе, – еле слышно пробормотала Вэл.

Я выпрямилась и распахнула глаза, когда он придвинулся ко мне. Я открыла рот, чтобы что-то сказать – ну не знаю, хотя бы «привет», – но слова застыли у меня на губах. Рен сжал мои щеки, запрокинул мою голову и обхватил мои бедра ногами. Его рот был так близко, что мы дышали одним воздухом.

– Ого, – проговорила Вэл, но мне казалось, будто она где-то далеко.

Рен поцеловал меня, и в его поцелуе не было ни капли стеснения: казалось, ему плевать, что рядом с нами кто-то сидит. Он раздвинул мои губы, языком коснулся моего языка. Я крепче вцепилась в стол и, если бы не прислонилась к стене, упала бы.

Когда Рен прервал наш страстный поцелуй, мои губы покалывало. Я с трудом открыла глаза и не видела ничего, кроме черного зрачка в зеленом обрамлении.

– Ого. Ну, вы даете. По-моему, я от одного только зрелища забеременела. – Вэл демонстративно обмахивалась.

Рен усмехнулся.

– Я весь день ждал, что ты мне напишешь или позвонишь, – прошептал он мне на ухо. – Я же знаю, что ты про меня не забыла.

Я вздрогнула и отпрянула. У меня пылали щеки. Утром я не позвонила Рену – и не потому, что я об этом совсем не думала, пока не начался этот разговор с Динем: просто не знала, как Рен отреагирует на мой звонок. Достаточно ли мы уже с ним близки для этого? Я понятия не имела, как определить, на какой уровень отношений вы уже перешли и на какой стадии близости допустимо писать друг другу эсэмэски просто так, чтобы поздороваться, чтобы не показаться навязчивой. Теперь же я чувствовала себя стервой.

Рен чмокнул меня чуть ниже уха.

– Ничего страшного. Ты просто подзабыла, как это, и я тебе расскажу, как это со мной.

– Да уж, пожалуйста, – кашлянула Вэл.

Я бросила на нее угрюмый взгляд, но она и бровью не повела. Рен оперся руками о стол у моих бедер.

– Я всегда рад тебя слышать. Днем. Ночью. Утром. После душа и в особенности, когда ты голая. – Он подмигнул мне, и я закатила глаза. – И меня совершенно не волнует, если кто-то узнает о том, что между нами.

– Правда? Никогда бы не подумала, – сухо ответила я.

И украдкой взглянула на Вэл. Она с любопытством смотрела на меня.

– И когда это было? – поинтересовалась она, очертив пальцем в воздухе большой круг.

– Почему было? Есть. – Рен похлопал меня по ноге, выпрямился и сложил руки на груди. Выражение его лица заставило меня возразить.

И я, разумеется, возразила.

– Ну, вообще-то вчера.

– Ого, – протянула Вэл. – Надо мне почаще забивать на наши с тобой встречи.

Рен кивнул.

– Совершенно с этим согласен.

Я тут же вспомнила о том, что случилось в ту ночь, когда мы с ним ходили в клуб, и, прищурясь, посмотрела на Рена. Он ухмыльнулся.

– Ну вы даете. – Вэл покачала головой и цокнула языком. – Похоже, вы не вылезали из постели.

Я залилась румянцем до самой шеи.