Возвращение не предусмотрено - Алекс Орлов

Однако люди из «Санплейс» были настроены весьма серьёзно и стали давать по сто тысяч кредитов аванса, что сразу переменило отношение к ним.

Первыми поддались ребята из банды Урфина. А когда они показали другим пилотам банковские удостоверения авансов и гарантии на остальную часть суммы, народ повалил в «Санплейс» толпой.

Тут уж вербовщики стали сортировать желающих, поскольку вовсе не собирались отдавать такую кучу денег кому попало. Как и в любом подобном деле, самым ходовым товаром были люди вроде Чарли и Лупа. Пилоты-универсалы, хочешь — перехватчик, хочешь — штурмовик.

«Пока что нам больше требуются пилоты-штурмовики», — заявил лысый парень с перебитым носом.

«А нам без разницы, мы все умеем, — ответили Луц и Чарли. — Давайте деньги, и мы готовы подписать контракт».

Дальше все понеслось и закрутилось, как в карусели. Не прошло и недели, как их снова собрали, упрятали в трюмы без иллюминаторов и целых двадцать суток везли на место службы.

Когда прибыли и в первый раз посмотрели за борт, звёздной карты никто из пилотов не узнал, хотя специалистов здесь набралось за три сотни. Люди побывали везде и многое видели, но все как один заявили — места не наши.

Впрочем, долго скучать «солдатам удачи» не дали, всех быстренько рассадили по новеньким «фархадам» — машинам знакомым и безотказным. Были в них, правда, кое-какие изменения вроде усиленных движков, дополнительного бронирования и несколько иной системы прицеливания, однако пилоты быстро освоились с этими новинками и даже нашли их очень удачными. Потом с неделю осваивались с противником — знакомились с чужими перехватчиками, слушали курс об их тактике и особенностях.

Ознакомительные лекции читали военные в штатской одежде, притом у них был очень необычный выговор. За время подготовки на станцию, где размещались наёмники, пару раз наведались большие чины — с золочёными погонами и странными серыми лицами. Луцу и Чарли случалось видеть чернокожих парней, однако эти выглядели совершенно чужими.

«Кажись, пришельцы, Чарли», — сказал тогда Луц, и они рассмеялись, хотя как-то не особенно весело.

Ещё через три дня им удалось поучаствовать в небольшой потасовке. Бой был не слишком опасный, поскольку противником выступал отряд «гражданской гвардии» на штурмовиках «браво» — Луц и Чарли уже легко отличали местные разновидности палубной авиации.

Летали «гвардейцы» очень плохо, и группа наёмников на восьми «фархадах» разбила в пыль восемнадцать бортов противника. По своей старой привычке наёмники били точно в кабины, чтобы сэкономить боеприпасы.

Местным, то есть принимающей стороне, такая тактика была не очень понятна — ведь неподалёку стоял готовый к перезарядке машин авианосец, однако у пилотов из Страны Варваров были свои привычки.

Через какое-то время наёмникам рассказали, что они участвуют в войне между Урайей и Примарской Империей. Урайцы хорошие, а примары — плохие.

Наёмники не возражали. За те деньги, которые им платили, они были согласны скушать что угодно.

Ещё несколько дней прошли в теоретической подготовке. Изучали самого опасного противника — отряд «Сильверхант», в который входили только отборные кадры примарской авиации. Рассказывая о нём, инструкторы не могли скрыть своего восхищения врагами, порой их вообще заносило.

«Прямо сказки какие-то про них рассказывают, — сказал тогда своему другу Чарли Эванс. — А фокус, который они назвали „свинья“, вообще кажется чем-то невероятным. Ты что об этом думаешь, Луц?»

«Вот мы встретим этих парней — сами все узнаем. А пока меня интересует, когда жратву нормальную начнут давать. Я без молочного не могу — у меня желудок больной…»

Все эти события стремительно пронеслись в голове Чарли Эванса, когда рано утром — по времени станционной вахты — он чистил зубы в теплом сортире, где помимо унитаза и сидячей ванны был ещё воздушный фиксер для подогрева салфеток.

Зачем нужно было подогревать салфетки, Чарли не знал, но факт наличия такого изысканного оборудования его радовал.

Каюту Чарли делил только с Луцем, что также отличало это место работы в лучшую сторону.

В войнах местного масштаба, в которых им приходилось участвовать прежде, условия жизни случались, прямо скажем, не очень. А уж чтобы салфетки греть, так об этом и слыхом не слыхивали.

Когда Чарли вошёл в каюту, посвежевший и даже помолодевший, Луц все ещё сидел на кровати и о чём-то думал.

— Ты чего головушку с утра напрягаешь? Нам сегодня ещё работать.

— Да вспомнилось вдруг, Петер говорил, будто в домах престарелых тоже нормально живут…

— Вот! — Чарли поднял указательный палец. — Стоило вообще жениться, а? Наплодил живоглотов, а теперь они из папы денежки сосут и думают, как бы его к пенсии в дурдом упрятать…

— Это я к тому, Чарли… — со вздохом сказал Луц, поднимаясь на ноги, — это я к тому, что у меня нет другого выбора, кроме как воевать, чтобы хоть подохнуть достойно, понимаешь?

— А чего не понять? Все и так понятно. Но ты давай поскорее собирайся-подмывайся — и на завтрак… Я вчера местного кока потряс, так он обещал тебе молочное блюдо сделать.