Возвращение не предусмотрено - Алекс Орлов

— Ясное дело — англизонские кредиты… — пожал плечами Урфин, и наёмники одобрительно загомонили.

— Значит, так и будет, — пообещал майор. — А теперь, если больше нет вопросов, прошу вас проследовать к своим машинам. Сегодня первый по-настоящему боевой день, и через час с небольшим вы начнёте зарабатывать свои бонусы…

— Что скажешь? — спросил Чарли Луца, когда наёмники выстроились в очередь, чтобы подняться на свою палубу.

— Нормальные условия. Думаю, мы действительно оказываем им большую услугу. Даже за такие деньги…

«Фархады» пилотов из Страны Варваров находились на самым верхнем — восьмом ярусе.

Как только наёмники стали выходить из лифтовых кабин, ожидавшие у машин механики оживились. Они ещё плохо знали новых пилотов, но уже понимали, что работают с людьми бывалыми.

Наёмники не стремились показать себя крутыми парнями, что было свойственно молодым урайским пилотам. Они задавали только те вопросы, которые было нужно, и заглядывали во все щели, словно не доверяя персоналу.

Механики поначалу обижались, но оказалось, что это тоже одна из традиций пилотов из Страны Варваров.

— Эй, Эванс! Надеешься ссадить сегодня «сильверханта»? — недобро усмехнулся Джек Урфин.

Когда-то давно они схлестнулись в небе, и Луц Мейерхольд раскроил машину напарника Урфина. И хотя позже им довелось повоевать в одной команде, Джек до сих пор не мог простить гибели друга и почему-то всегда задевал Чарли, хотя и знал, что стрелял тогда Луц.

— Может, и ссажу, Урф, посмотрим, как дело пойдёт…

— Забудь про него. — Луц взял Эванса под руку и потащил в другую сторону. — Урф — дерьмо, и с ним лучше не связываться, только настроение испортит. Давай к своему аппарату, он тебя уже заждался.

Чарли послушно пошёл за Луцем, по-хозяйски похлопал штурмовик по корпусу и через силу улыбнулся механикам, которые смотрели на своего пилота с нескрываемой симпатией. Чарли давно разменял пятый десяток, а пилотов такого возраста среди местного состава просто не было. Они не доживали до этого или уходили на руководящие посты.

Эвансу за всю его карьеру никто руководящих постов не предлагал, потому и приходилось наемничать.

— Без обид, ребята, я стыковки посмотрю. Ничего? — предупредил Чарли и, не дожидаясь ответа, захлопал крышками, проверяя готовность машины к выходу.

— Ничего, сэр. Смотрите, конечно, — ответил старший механик, пожимая плечами.

Скоро Чарли закончил осмотр и, поднявшись на плоскость, топнул ботинком, все ещё не привыкнув к необычному звуку: машины получили дополнительное бронирование, однако пока что испытать его не было возможности.

Забравшись в кабину, Эванс подключился к связи и через гомон голосов других пилотов перекинулся с Луцем парой слов. У Мейерхольда было хорошее настроение, и это порадовало Чарли. Когда друг был в форме, он мог творить в бою настоящие чудеса.

Персональный информатор в кабине сообщил, что до выхода на задание осталось семнадцать минут. Эванс не имел ничего против.

Информатор продолжал выдавать пилоту необходимую информацию, рассказывая о расположении сил противника и примерном количестве судов.

С полётной задачей было сложнее. Она изменялась несколько раз — видимо, в соответствии с изменением обстановки.

Наконец, буквально за минуту до выхода, задание было выработано окончательно: «Атака вспомогательных судов».

Зачем было атаковать вспомогательные суда, Чарли не понимал, однако старательно изучил появившиеся на экране схематические разрезы. Это были обычные строительные платформы, однако кто платит, тот и заказывает.

Первая волна «фархадов», состоявшая из полусотни машин, вышла с борта авианосца очень дружно и под командованием единственного затесавшегося в их ряды офицера чинно двинулась к целям.

Луц и Чарли шли рядом. Мейерхольд был спокоен, а Эванс немного нервничал.

Спустя двадцать минут им навстречу выскочила стайка штатных «вирнетов», и закружилась небольшая карусель. Бой был стремительный и короткий. Истребители ушли, оставив кувыркаться в космосе две свои разбитые машины.

Луцу и Чарли даже не удалось поучаствовать, и бонусы достались кому-то другому.

Скоро показались цели атаки — вспомогательные суда.

Отряд сразу рассредоточился и, как оказалось, вовремя — крейсеры, прикрывавшие монтажные платформы, открыли заградительный огонь.

Пока что противник действовал без особых изысков, и наёмники не встречали ничего такого, с чем бы они не были знакомы.

Мейерхольд и Эванс избавились от лёгких ракет и снесли на одном из буксиров какие-то надстройки.

«Могли бы подцепить ракеты и потяжелее», — подумал Чарли, понимая однако, что наниматели пока лишь присматриваются к новым работникам, поэтому и не стали для начала загружать их машины серьёзным оружием.

— Отлично, ребята! Теперь пройдёмся по ним пушками — и дело сделано! — объявил командир группы, но тут из-за кормы огромного крана-манипулятора выскочило несколько стремительных точек.

Чарли не было необходимости объяснять, кто это, — он понял по манёврам. Оставалось лишь крикнуть Луцу: «Смотри!», а затем прибавить тяги и уйти от основной группы, чтобы не нарваться на случайный снаряд.

Противник заметил уход Эванса, и к нему тотчас прилепился «вирнет».

Чарли бросил машину вправо, и первая очередь прошла мимо, затем он сделал разворот вокруг вертикальной оси и полоснул по задней сфере из четырех пушек.

Это был один из его коронных приёмов, однако снаряды ушли в пустоту — «вирнета» там не оказалось…

Где-то полыхнул взрыв — снаряд пришёлся точно в патронный короб. Свой или чужой разлетелся снопом белых искр — Чарли думать было некогда. Он вертелся волчком, едва ли осознавая, что и как делает. Время от времени его пушки били в верный силуэт, но «вирнет» совершал невероятные кульбиты и соскальзывал с прицельной рамки.

Поняв, что вот-вот совершит роковую ошибку, Эванс решил прекратить эту изматывающую карусель. Он рванул к основной группе и тотчас получил в корму пару снарядов.

К счастью, корпус выдержал.

А когда Чарли услышал команду: «отходим», он испытал огромное облегчение и радость оттого, что удалось выбраться живым.

— Луц! — позвал он.

— Не ори, Чарли, я рядом. — Мейерхольд качнул плоскостями, чтобы друг его заметил. Эванс заметил и нервно хохотнул:

— Что с твоим петушком, приятель? Кто-то взъерошил ему пёрышки!

— Твоя задница выглядит не лучше, — парировал Мейерхольд.

— Что, сильно порвали?

— Хвостовые плоскости целы, но клочки висят.

— А тебя как угораздило? — поинтересовался Чарли, разглядывая вмятины на корпусе машины Луца и следы на подвеске, оставшиеся от сорванной пушки.