Темный эфир - Анна Терешкова

Решив, что лучше мне потихоньку испариться, я шагнула к стеночке, с намерением незаметно скрыться, когда на мое плечо с хлопком легла чья-то ладонь.

«Чья-то» оказалась Дэйвара. Черный принц и раньше не особо дружелюбным к моей персоне выглядел, а сейчас так подавно.

— Расскажи-ка мне, малышка, где прячется зеленый? — кровожадно оскалился темный.

— С лешими дружбу не вожу, — незамедлительно ответила. — И так к слову он не зеленый. Хотя я их раньше не встречала, может и зеленый, — добавила сдавленным голосом, нервно улыбнувшись, когда лицо дракона оказалось уж очень близко к моему.

— У Вермонт выходной? — спокойно поинтересовался Шивьен, взял меня за запястье и отвел на шаг от Дэйвара, чуть ли, не втолкнув в Элая. — А-а-а, очевидно лешему хватило мозгов, чтобы не показываться этому исчадию Бездны, — усмехнулся маг.

— Шивьен, — с напором произнес Элай, призывая светлого остановиться. — Таила посвятила тебя о природе этих растений? — обратился он к Дэйвару.

— Они не смертельны, — поспешила я оправдать лешего. — И в принципе не вредят здоровью или источнику магии.

Дедушка Белотур правду говорил. Молодой он. Мстить явно не умеет. Иначе выбрал бы что-нибудь более действенное, а не безобидное цветение. Впрочем, ему удалось всю академию поднять на уши и навести здесь шороху. Чего только вопли адептов стоили.

- Это растение называется ларата. Его почти полностью истребили, в общем-то, из-за этого, — окинула я темного выразительным взглядом. — В справочниках по травологии говорится, что сыпь пройдет через пару дней. Но ларата обладает магическими свойствами. Для одаренного справиться не проблема. Просто поглоти энергию, — посвятила я Дэйвара.

На меня посмотрели с сомнением. Недолгим, правда.

Дэйвар смежил веки, глубоко вдохнул и словно впитал в себя частички сторонней магии. Цветастые пятна на глазах поблекли, покуда полностью не исчезли.

— С фантазией у лешего плоховато, — вынес вердикт Черный принц.

Нет. Просто Тарш неспособен на убийство без веской причины. Например, уничтожение леса. А тут просто проказничает, пытаясь «подсластить» жизнь невоспитанным и чрезмерно самоуверенным адептам, прихватив за компанию профессоров. Меня леший не тронул по очевидным причинам. Я его освободила. В моей с Тири комнате остаточная магия моего источника и защита домового. По той же причине и светлые ведьмочки остались без цветочного раскраса. Комната Элая наверняка защищена не хуже, чем Шивьена, но, если учесть реакцию мага, выходит Тарш не тронул Эларониса из-за моего присутствия. А вот Дэйвар очевидно ночевал не в своих «покоях» или вовсе бродил у стен академии.

— Профессор Амис подтвердит мои слова, если уже это не сделал, но не думаю, что в этом есть необходимость, — демонстративно указала я на Черного принца.

Только вот проблема с лешим остается нерешенной. Кто знает, будет ли этот террор последним или обитателей академии ждут новые сюрпризы в виде растений убийц? А это уже грозит неприятностями мне.

Ректор, очевидно, считал так же, ибо не только перед лицами Элая, Шивьена и Дэйвара вспыхнули огненные приказы, но и перед моим, гласившие: «В мой кабинет! Живо!». Сомневаться в адресате послания не было необходимым. Так что через десять минут, я стояла с угрюмым лицом перед взбешенным главой академии.

— Арэя, предпочитаешь стол рядом с моим или мне тебе смежный кабинет отстроить? — от елейного голоса Имироя я поежилась.

— Вы же сами знаете — моей вины в этом нет. Я лишь освободила умирающего…

— И крайне обиженного Тарша, — закончил за меня темный маг.

— А вы бы не обиделись, если бы вас многие годы кромсали все, кому не лень? — возмутилась я. — Мне-то, откуда было знать, что он возьмется мстить? Я знаю о Таршах не больше вашего.

Побольше конечно, но вам об этом знать не обязательно. И в собственную защиту — я действительно не сразу догадалась, что леший останется, чтобы отомстить обидчикам. Он должен был знать, что боевые маги не могут его ощутить. Конечно, это не отменяет их вины и все же…

— Профессор Амис, как его отследить? — обратился Имирой к низкорослому мужчине с кудрявой ярко-желтой шевелюрой и тонкими, я бы даже сказала женственными, чертами лица.

Профессор прокашлялся в кулачок, пальцы которого были увенчаны перстями, разной степени артефакторского мастерства и заметно нервничая, ответил собственно ожидаемое:

— Если бы это было возможно, способ нашли многим ранее.

— То есть вы не знаете, как обезопасить адептов от его влияния? — ласково уточнил глава академии.

Алые отсветы пламени, бушевавшие в черных глазах Имироя, никак не сочетались с тоном голоса.

— Академия расположена в живых землях, ректор Имирой. Где есть жизнь, там есть растения и любое из них под контролем Тарша, — со знанием дела ответил профессор. — Видите ли, лешие по природе своей не проявляют признаков агрессии или жажды убийства. Но очевидно здесь совершенно уникальный случай.

— Очевидно! — грохнул маг кулаком по столу с такой силой, что все лежащие предметы на его поверхности одновременно подпрыгнули и не только они. — Если вы не решите проблему, я сожгу к демоновой Бездне всю зелень на территории академии!

«И взбесите Тарша до такой степени, что он и камешка на камешке здесь не оставит», — пронеслась неприятная мысль.

— Это кощунство! — взвизгнул профессор Амис, размахивая тонкими руками. — В академии выращиваются столь же уникальные растения, как и сам Тарш. И должен заметить, с его освобождением, редчайшие экземпляры, на которые мы уже махнули рукой, подали признаки жизни!

— Не угомоните Тарша и признаки жизни останется подавать вам! — рявкнул Имирой. — Ситуация не успела обостриться, а в мой кабинет с утра пораньше выстроилась очередь рыдающих адепток!

Так вот почему Шивьен так зубами скрипел при упоминании об этом. Да-а-а. Толпа ревущих девушек, с явным нервным срывом, еще то зрелище. К слову, иной раз опасное для жизни.

— Но позвольте, Тарши неспроста считаются самыми скрытнейшими и древнейшими существами. Те скудные зарисовки их внешности от малых очевидцев никак не помогут в поисках. Да я бы жизнь отдал за возможность изучить лешего! — громогласно заявил профессор, бодро похлопав себя по груди.

На что глава академии алчно оскалился.

— Не стоит разбрасываться своей жизнью, профессор Амис.

Профессор гулко сглотнул. И таки сообразил. Не стоит. Особенно в присутствии темного мага.

— Почему я не слышу идей от лучших третьекурсников? — подчеркнуто произнес последние два слова ректор, откинувшись на спинку высокого стула.

Я тут же вспомнила, с каким энтузиазмом эти слова он говорил на тренировочном поле. А парням сказать явно было нечего. Нельзя победить невидимого врага. Потому-то они и стояли весь наш разговор молча, прикидываясь дополнительным интерьером специфического кабинета главы академии.