Право на выбор - Рина Михеева

Верен зло прищурился, но тут же справился с собой, вернув лицу прежнюю невозмутимость. Да, теперь он верил, что Полина сделала свой выбор и этот выбор не в пользу енота, но не мог не признать, что присутствие Сая действует ему на нервы не только потому, что тот на службе у Леяны, но и… Ревность — это яд. Раз попав в сердце, он остается там надолго, его нужно изжить, а это не так-то просто.

Верен медленно повернулся навстречу спешащему к ним Саю, и глаза ворона невольно расширились. Куда подевалась его обычная улыбочка, казавшаяся Верену мерзкой и лживой, хотя Райяна с издевательской усмешкой заявляла: улыбка у енота обаятельна настолько, что чувствительные девушки от такой могут в миг забыть обо всем на свете и упасть в обморок или в постель, причем не в свою. И Верен подозревал, что она, как обычно, говорит чистую правду.

Однако сейчас Сай был совершенно не похож на беззаботного покорителя девичьих сердец. Бледный, с несчастными глазами и даже, кажется, дрожащими губами, он явно старался взять себя в руки, но пока не слишком преуспел. Приблизившись, Сай выдохнул, будто собирался нырять или выпить нечто, намного более крепкое, чем ягодная настойка, затравленно осмотрелся и сжал что-то в руке.

— Нам… надо поговорить, — выдавил он и замолчал, раскрывая рот и снова закрывая, словно у него что-то застряло в горле.

— Что случилось, Сай? — участливо спросила Полина.

— Вам нужно бежать отсюда, — выдохнул он.

Преграда была прорвана и дальше енот так зачастил, что Райяна даже привстала от напряжения — как бы не пропустить ни слова.

— У меня морок-камень, заряд небольшой, но пока хватит, нас сейчас никто не услышит, — слова сыпались как горох из дырявого мешка. — Княгиня делает все, что говорит Отступник, а Отступник решил схватить вас сегодня, тогда уже поздно будет, он хочет, чтобы тея Полина родила ребенка, хотел от меня, но понял, что ничего не выйдет, теперь будет что-то еще пробовать, вам это точно не понравится. Надо бежать, — притормозил он наконец на самом главном, но тут же понесся дальше:

— У меня есть амулет, он отключит защиту в святилище, мы сможем пройти вниз, а там есть надежда выбраться, там много ходов наверх, почти все закрыты, но я знаю один, который точно открыт.

— Стоп, — поднял руку Верен. — Ты собрался бежать с нами?

— Да, — Сай посмотрел на него жалобно, почти умоляюще. — Мне больше незачем оставаться здесь. Мне не поздоровится, если я здесь останусь.

— Почему? — резко спросила Райяна. — Почему — незачем?

— Моих родителей и брата больше нет… Я старался ради них, — прошептал Сай.

Взгляд его погас, не было больше озорного блеска, переливов света и тени, самой жизни, казалось, больше не было в темных глазах, ставших вдруг пустыми и тусклыми.

— Я знал, что так будет… всегда знал. И все же надеялся. Она ненавидит нас.

— Кого это — вас? — спросила Райяна.

— Сейчас на это нет времени, — остановил ее Верен. — Покажи амулет, — он требовательно протянул руку.

Сай после секундной заминки покорно положил ему на ладонь черный овальный камень, оправленный в серебро.

— Его хватит, чтобы нейтрализовать защиту на несколько минут — полностью. Потом он нуждается в обновлении силы.

— Ты не врешь, — задумчиво пробормотал Верен, сжимая камень в руке. — Откуда у тебя все это? И откуда ты знаешь о планах княгини? Вряд ли она тебя посвящала…

— От Лумы. Она многое знает. И амулеты дала мне она. Вы должны взять меня с собой, — вскинулся Сай.

Верен скривился, но ничего не сказал, переглянулся с Райяной, взгляды их были одинаково угрюмы.

— Мы должны взять его с собой, — Полина мягко коснулась руки Верена. — Ведь он предупредил нас, и амулет принес.

Она не стала говорить о том, что он лишился семьи, но Верен и так понял, что это тоже важно для нее, она уже жалеет этого… соблазнителя. А вот он не пожалел бы ее — наградил бы ребенком, отлично зная, что его отберет Отступник.

Верен стиснул зубы и только молча кивнул. Да, взять его с собой придется. И если быть честным с самим собой — еноту он не завидовал, такого не пожелаешь и врагу. Он сам, наверное, пошел бы на все ради близких. Хорошо, что пока не пришлось проверять, способен ли он на подобную подлость ради Полины, к примеру.

— Когда? — спросил он коротко.

— Прямо сейчас, — выдохнул Сай. — Сделаем вид, что вам захотелось снова побывать в святилище, помолиться… А я провожаю. — Сила морок-камня скоро иссякнет, — прибавил он.

— У меня в комнате меч, — досадливо взмахнула рукой Райяна. — И вещи.

— Обойдемся, — отрезал Верен.

— Без вещей — да, но меч…

— Нельзя медлить, — Ворон схватил ее за плечо и слегка тряхнул. — Нельзя. У нас появился шанс, который был так нужен.

— Нет, я не могу оставить оружие, — Райяна упрямо помотала головой. — Я быстро сбегаю. Там арбалет.

Она злилась еще и от обиды, что у Верена оружие с собой, он умудрялся практически незаметно носить его под плащом, а ей с первого же дня пребывания в замке дали понять, что темный оборотень, разгуливающий по их мирному замку и саду с оружием — это уже явный перебор. Она и так хищник. Пришлось смириться и оставить при себе только пару коротких кинжалов и метательные стрелки.

— Я быстро, я догоню вас. Тут и крюк-то совсем небольшой. Но если что — уходите без меня, — бросила волчица и метнулась к их комнатам, припоминая, как много там у них полезного. И деньги, в конце концов — тоже очень нужная вещь, раз придется скрываться от оборотней.

Полина попыталась ухватить Райяну за руку, но, конечно, не успела, да это и не могло помешать.

— Оставь, — быстро проговорил Верен. — Раз она решила, ее проще убить, чем остановить. Идем.

— Надо дождаться ее, — Полина переводила взгляд с быстро удаляющейся спины Райяны на Верена и бледного чуть ли не до синевы Сая.

— Нельзя ждать, — прошелестел енот. — Отступник в любой момент может что-то заметить. Тогда нам всем конец.

Верен подхватил Полину под руку, увлекая ее за собой. Сай семенил рядом, бросая по сторонам испуганные взгляды.

— Если ты не возьмешь себя в руки немедленно, — процедил ворон, — нам придется тебя оставить. Амулет у меня. А ты можешь и дальше трястись здесь без помех. Лучше всего выбрать для этого какой-нибудь темный уголок.

Сай бросил на Верена обиженный взгляд, но все же подобрался и больше не выглядел хотя бы настолько пришибленным.

— Я только что узнал о смерти близких, между прочим, — прошипел енот.

— Сожалею, — холодно проговорил Верен. — И повторяю: тебе нужно выбрать — предаваться скорби или действовать и попытаться спастись.

Сай сжал губы.

— Улыбайся, — прошипел Верен. — Улыбайся, подлая тварь… — последние два слова он проговорил едва слышно. — Как улыбался, когда рассчитывал успешно погубить ни в чем не повинную женщину и ее дитя.