Тридцать три поцелуя на десерт - Марина Ли

Я рассмеялась.

– Потому что она не знает, что это я. Да и вряд ли помнит. Помнишь, я рассказывала тебе, как мы жили в столице до того, как я попала в лавку к дедушке Суини? Что мне воровать приходилось, потому что после болезни мама даже ходить не могла, а сёстры… – Я сморщилась от болезненных воспоминаний. – Линни так плоха была. Она и до сих пор у нас слабенькая, слабее нас всех. От любого сквозняка чихать начинает, но я не об этом сейчас. В ту ночь я взломала лавку дедушку Суини. Украла несколько колбасных колец, бутыль самогона и ещё что-то из еды. А когда бежала домой, попалась на глаза твоей сестре и её жениху. Видный такой барич, красивый. Я и попалась-то только потому, что засмотрелась на него.

Брэд ревниво заворчал, а я рассмеялась.

– Да шучу я, шучу. Не смотрела я никуда. Домой торопилась с добычей, а он жандармам меня не сдал, только самогон отобрал и велел прийти к дедушке Суини утром, мол, он похлопочет, чтобы старик меня мальчиком на побегушках взял.

– Девочкой, – исправил меня Брэд, и я снова фыркнула.

– Не-а. Мальчиком. Я тогда стриглась коротко. Вот так. – Чиркнула пальцами по шее, обозначая длину. – И одевалась, как пацан.

– Вот так совпадение!

– Скажи, да? – Улыбнулась я Брэду. – Получается, твоя семья только и делает, что спасает меня из неприятных ситуаций. Это просто…

– Судьба, – перебил меня мой мужчина. – Это просто судьба. Я уже говорил, что люблю тебя?

– Погоди-ка. Дай подумать. М-м… Сегодня точно нет.

За пределами замка гремели скандал за скандалом. В столице, будто нарывы, вскрывали очаги заговорщиков. Фархесское общество бурлило, как вода в котелке. Шутка ли, в этом грязном деле оказался замешанным не только целитель, но и, страшно сказать, сам мэр. Поэтому не стоит удивляться, что на фоне всего этого обо мне совершенно забыли, и жизнь моя постепенно становилась спокойной, как река Вилька, лениво облизывающая берега недалеко от северной окраины Фархеса.

Впрочем, весной Вилька умела удивить. Как и моя жизнь, пожалуй, которую хорошенько встряхнуло возвращение в замок Агавы Пханти.

Кузнечик вернулась победительницей, в обнимку со своим женихом, и ещё до того, как я успела огорошить её новостями, радостно сообщила:

– Мы с Джоной решили пожениться, как только мне исполнится двадцать. А точнее, через две недели!

– О! Это отличные новости!

– И станут ещё отличнее, если кто-нибудь сумеет объяснить этим юным глупцам, какую глупость они делают, – проворчала Пейдж, которая вернулась в замок чуть ранее, чем её хозяйка.

– Во имя Магии, Пейдж! – Кузнечик закатила глаза. – Ты ничего не понимаешь! Пусть старая карга подавится своими деньгами, нам с Джоной они ни к чему.

– Вашими деньгами, а не своими, – возразила Пейдж. – Ваш дедушка их вам оставил, а вы…

– А я так решила! – топнула ногой Агава Пханти. – Всё. Закрыли тему.

Но мы её, само собой, не закрыли. Понадобилось некоторое время, чтобы выпытать у моей новой подруги все подробности, но, в конце концов, она рассказала и о завещании деда, который оставлял ей половину своего состояния при условии, что она выйдет замуж до своего двадцатого дня рождения. И что именно поэтому леди Крейдис, зловредная бабка Агавы, ещё в детстве продала неугодную наследницу в Цитадель.

– И поэтому ты решила сама отказаться от наследства? – дослушав рассказ, уточнила я. – Не обижайся, Кузнечик, но мозгов у тебя, как у комара. Отдать ей то, о чём она мечтает больше жизни, разве же это месть? Месть – это пригласить её на свадьбу, которая состоится за день до твоего дня рождения.

– Мне не нужны её вонючие деньги! – вспылила девчонка. – Мы с Джоной…

– Вполне допускаю, что не нужны, – перебила я. – И верю, вы с твоим будущим мужем не оставите своих наследников с дырой в кармане. Но если вам и в самом деле не нужны эти деньги, зачем оставлять их старухе? Отдайте на благотворительность, раздайте бедным, постройте в Городе-за-стеной больницу. Да мало ли что ещё можно с ними сделать! Гораздо больше, чем без них. Ты так не считаешь?

Агава в задумчивости теребила бахрому на скатерти, покрывавшей стол, за которым мы устроили этот незапланированный девичник.

– Я не знаю…

– А ты подумай, и поймёшь, что я права. И главное, представь, какая рожа будет у твоей бабки, когда она получит приглашение!

Кузнечик прыснула в кулак, а потом звонко захохотала.

– О, Магия! Со всеми теми волосами, что выросли на её лице, она точно будет похожа на Бифштекса.

– Что, прости?

– На Бифштекса, – хохотала Агава. – Уй, я не могу! В-волосатая!

Она так заразительно смеялась, что я присоединилась к веселью подруги и без объяснений. Впрочем, их я получила чуть позже, когда мы смогли немного успокоиться. Выяснилось, что в день своего отъезда из дома Кузнечик подмешала в кабачковый компот своей бабки зелье, вызывающее усиленный рост волос по всему телу. Ну а Бифштексом звали забавного пёсика в доме лесника, где Агава провела несколько дней.

Заболтавшись, мы и не заметили, как наступила ночь. Точнее, это ворчливая, как курица-наседка, Пейдж обратила наше внимание на то, что за окном давно уже стемнело, и что порядочным леди, особенно тем, которые успели пережить демоны знает что, ещё часа два назад надо было лечь в постель.

– Я камин разожгла, и грелки в постель положила. Идите-ка спать, хозяйка. И пусть вам приснится добрый сон, а утром вы проснётесь свежей, здоровой и красивой. А главное – умной. Выбросите вашу невозможную дурь из головы, и потащите эрхэ Дойла к венчальной чаше немедленно.

Воркуя на такой манер, она успела довести опьяневшую от лёгкого вина Агаву до лестницы наверх.

– Опять ты с этим эрхэ Дойлом, Пейдж, – пробухтела моя новая подружка, уже фактически не открывая глаз. – Говорила же, называй Джону Джоной…

– Как только он меня об этом попросит, хозяйка. Как только попросит.

Они едва успели скрыться, как посреди стола появилась Тьма, и посмотрела так укоризненно, что я каким-то чудом вспомнила каждый съеденный Пейдж и Агавой кусок. Я погрозила домовой пальцем и грозно приказала:

– Ты не станешь меня попрекать гостяевами… хозями. Тьфу-ты! Не станешь, в общем...

Тьма задумчиво моргнула, а я решила, что мне надо проветриться и, покачиваясь, с трудом добрела до порога. Ну до чего же коварное это фруктовое вино! Мы-то и выпили всего по два бокала. От силы – по три.

На улице царствовала безмолвная ночь. Луна освещала тихий двор. Звёзды игриво подмигивали мне с небосвода. Пахло сеном, землёй и – наконец-то! – весной. Я вздохнула полной грудью и зажмурилась, наслаждаясь моментом. Для полного счастья мне не хватало только…

Тёплые руки обвили мою талию.

А нет, всего хватает.