Место, где живёт счастье - Оксана Чекменёва

Разве что с Доминикой, которая обратилась лет на двадцать пять раньше положенного срока – она решила, что Фрэнку, её половинке, угрожает смертельная опасность, и сработал инстинкт, превратив её в пантеру, чтобы встать на его защиту. Поскольку тело её не было к подобному подготовлено, то перерождение затянулось, и было гораздо более болезненным, да и жар намного выше, чем если бы всё прошло «по графику». Это вылилось сначала в угрозу обезвоживания, поскольку напоить её, лежащую без сознания, не было никакой возможности, а потом, видимо, из-за этой самой угрозы, она очнулась до того, как самая болезненная часть перерождения закончилась. Да, девочке пришлось несладко, зато награда была соответствующей – она стала равной своей половинке гораздо раньше, чем ожидалось.

Но с Кристианом всё шло по плану, точно так же, как в этой семье происходило уже сотни раз. Завтра он очнётся, чувствуя себя, как обычный человек с высокой температурой – жарко, дискомфортно, всё тело ломит, – но самое болезненное останется позади, так же как и «паралич». Сейчас всё тело Кристиана перестраивалось на клеточном уровне, так что, даже будь он в сознании, не смог бы даже пальцем пошевелить. Но завтра всё будет хорошо, он будет практически в норме, да и сейчас ему не больно. Бывает гораздо хуже, у тех же гаргулий, например, и температура перерождения выше, и длится оно дольше, а Кристину не так уж и плохо.

Всё это, раз за разом, повторял мне Тобиас, пока я окончательно не поверила, что не стоит так сильно переживать за мужа, что всё будет хорошо. Поэтому всё же решилась оставить его под присмотром брата, а сама вернулась домой, к Арти. Он ещё не проснулся, так что я быстренько перекусила тем, что оставила для меня Клэр.

Когда тихий час закончился, и я помогала братишке одеваться, он спросил, где Кристиан. Мне пришлось сказать ему, что Кристиан заболел и сейчас лежит в больнице – не объяснять же про перерождение, да я особо-то и не солгала. Когда мы с Арти вышли погулять, и проходили мимо клиники, то заглянули к Кристиану. В его положении ничего не изменилось, что подтвердил и Джеффри, как раз заглянувший проконтролировать ситуацию. Арти смог потрогать Кристиана, почувствовал, какой он горячий, и поверил в версию с болезнью. Когда мы с Арти вернулись домой после прогулки, к нам пришли Трэвис и Эмма. Дети устроились в песочнице, строить «замок», Трэвис мог присматривать за ними обоими, так что я получила возможность ещё полчасика посидеть возле Кристиана. Когда я была вдали от него, моё сердце было не на месте, только рядом с ним я успокаивалась.

После ужина, к готовке которого Клэр меня даже не допустила, сказав: «Силы тебе ещё понадобятся», я позанималась с Арти, уложила его спать, а сама ходила по его комнате из угла в угол, не в состоянии расслабиться. Как я смогу лечь спать, когда мой любимый в этот момент переживает тяжёлое перерождение, испытывает муки, пусть даже и не чувствует их, я не представляла. Днём было легче, но с наступлением ночи все мои страхи вылезли наружу.

И в этот момент раздался стук в дверь. Открыв её, я обнаружила на пороге Дэна, с небольшой сумкой в руке и со сложенной надувной кроватью подмышкой. На его футболке красовалась надпись: «Ночую там, где меня любят». Сразу же заметив, насколько я взвинчена, он улыбнулся и просто сказал:

– Иди к нему.

И я пошла. Прямо в чём была, даже не дав Дэну войти. Кто-то снова подхватил меня на руки, быстро доставил к клинике и исчез – я уже начала привыкать к подобному перемещению. Тобиас сидел в кресле у окна и смотрел на планшете какой-то боевик. Увидев меня, он ни капельки не удивился, просто улыбнулся, кивнул и, достав откуда-то наушники, стал смотреть фильм уже беззвучно. А я уселась возле кровати Кристиана, взяла его руку и просто сидела и смотрела на него. И даже не заметила, как уснула.

Проснулась я дома, в своей кровати, во вчерашней одежде – тот, кто меня укладывал, лишь разул меня, в остальном пощадил мою стыдливость. Поняв, что проспала дольше, чем обычно, я вскочила и кинулась к Арти. Его комната была пуста, но снизу раздавались голоса. На кухне я обнаружила сидящих за столом Арти и Дэна, а так же Клэр, пекущую блинчики. На моё смущённое:

– Ой, нужно было меня разбудить, я бы сама… – мне было заявлено, что сейчас моя главная задача – это набираться сил, которые мне ещё понадобятся. На ближайшее время я осталась одна, с ребёнком на руках, без поддержки мужа, так что семья на время заменит мне его.

Всё это было сказано абсолютно серьёзным тоном, и у меня закралось подозрение, что семья подойдёт к данной миссии со всей ответственностью, и в ближайшее время мне, похоже, и пальцем шевельнуть не дадут. Кстати, у нас дома, в принципе, всегда был порядок, это необходимо, когда имеешь дело с незрячим или слабовидящим ребёнком, так что убирались мы с Кристианом довольно часто, точнее – он убирался, а мне дозволялось полить цветы и вытереть пыль с экрана телевизора. Но сейчас, глядя вокруг, я поняла, что такой идеальной чистоты я в этом доме ещё не видела. Кто и когда вылизал его до блеска, я не знаю, но кто-то очень постарался. Да уж, если оборотни за что-то берутся, они это делают.

Решив, что спорить и возражать бессмысленно, я благодарно улыбнулась Клэр, поздоровалась с Дэном, а потом и с Арти – медленно и чётко произнося слова. Брат заулыбался, торопливо проглотил оладушек и старательно ответил:

– Пры-веет, Шинни! – сопровождая слова жестами.

Я радостно улыбнулась – мой брат сказал целую фразу! – и уселась за стол, планируя после завтрака сбегать в клинику, узнать, как там мой муж. Видя, как я торопливо глотаю оладушки, Дэн добродушно усмехнулся.

– Не спеши так, девонька. Кристиан сейчас спит. Кризис миновал под утро, температура стабильно падает, забытьё сменилось просто сном. Вскоре он проснётся, и будет практически в норме, тогда тебе есть смысл его навестить. А пока – кушай спокойно, я тебе скажу, когда нужно будет идти в клинику.

– Спасибо. Я волновалась.

– Ещё бы! Половинка же. Конечно, ты могла бы сейчас сидеть рядом и держать его за руку, как делала половину прошлой ночи, но какой в этом смысл?

– Мне было бы спокойнее...

– Он под присмотром, девонька. В этой семье перерождения происходят довольно регулярно, так что все прекрасно знают, чего ждать и что делать. Это абсолютно естественный процесс, гусеница превращается в бабочку. А на данный момент твой муж в состоянии куколки, в полном покое, пусть и дальше спокойно спит. Чем дольше проспит, тем легче ему будет при пробуждении.

Дэн был прав, и я это понимала. Поэтому постаралась расслабиться и заниматься Арти, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не подхватить его на руки и не рвануть в сторону клиники. Но я себя останавливала – что, если моё присутствие только навредит? Вдруг я случайно разбужу Кристиана раньше времени? В этом случае ему придётся испытать лишние страдания, а я совсем этого не хотела. Так что я продолжала придерживаться привычного распорядка – занималась с Арти, гуляла с ним, покормила – самой мне кусок в горло не лез, – уложила брата на тихий час, и теперь, сидя возле сопящего мальчика, размышляла, не прихватить ли радио-няню, благо, радиус действия у неё немаленький, и не сбегать ли к клинике, посмотреть на Кристиана хотя бы в окно, чтобы не разбудить? И в этот момент в дверях детской возник силуэт.