Место, где живёт счастье - Оксана Чекменёва

– Действительно, – Гейб вошёл в палату, подвинул к кровати кресло, аккуратно поднял меня и усадил в него, а сам присел на корточки, так, что его лицо оказалось на одном уровне с моим. – В общем, сейчас я имел разговор с инспектором из опеки по поводу усыновления Арти. Кажется, ты у неё в любимчиках, Кристиан, поскольку она сделала всё возможное и невозможное, чтобы ускорить процесс. Так что завтра вам нужно быть в Атланте, чтобы подписать кое-какие бумаги, это пока промежуточная часть процесса, но я ожидал этого где-то месяца через три, не раньше.

– Завтра? То есть в воскресенье? – удивился Кристиан.

– Да, специально для вас, они выйдут на работу в выходной. Вот насколько хотят вам помочь. И, в принципе, это было бы замечательно, если бы не два момента. Первый – ни завтра, ни в ближайший месяц ты, Кристиан, этого сделать не сможешь. То есть, теоретически, доставить тебя туда мы бы смогли, но вот что-то подписывать и вообще – иметь дело с документами, ты сейчас не сможешь ни при каких обстоятельствах.

– Это самое сложное для нашего перерождённого тела, – пояснил для меня Джеффри. – И это – последний навык, которым мы овладеваем.

– Так как же быть? – спросила я, надеясь, что некий выход из ситуации Гейб всё же придумал. – Отложить поездку на месяц, пока Кристиан не научится обращаться с бумагой и ручкой?

– Это вызовет ненужные подозрения. Вы так торопились поскорее забрать Арти, что попытка промедления, когда специально для вас всё было сделано в обход положенных временны́х рамок, покажется более чем странной, особенно на фоне того, что мы все покинули город, едва забрав малыша из интерната. Нет, Кристиан Форест появится в опеке Атланты в указанное время и подпишет все нужные документы.

– И кого ты собираешься послать вместо меня, – чуть прищурившись, поинтересовался Кристиан.

– Моргана.

– Но они не похожи, – возразила я.

– Похожи, Джинни, очень похоже. Конечно, у Моргана цвет глаз другой, да и ниже он на пару дюймов, но кто это заметит? А вот на волосы внимание обратят, а они у ребят – один в один. Да и семейное сходство в глаза бросается.

– Мне придётся тебя оставить? – кажется, я поняла, что имел в виду Гейб, говоря про испорченное настроение. Ещё бы, я расстраивалась, что не буду видеть Кристиана по нескольку часов, а теперь одна, без него, должна буду улететь на другой конец страны. Это же долго, наверное?

– Гейб, это надолго? – Кристиан был расстроен не меньше меня, но тоже понимал, что это необходимо.

– Нет. Около суток. Хотя, уверен, вам эти часы покажутся вечностью. Завтра утром вылет, так, чтобы попасть в опеку к трём часам, даже с учётом разницы во времени. Подписание бумаг пройдёт быстро, обратный вылет тем же вечером. Послезавтра утром встретитесь снова.

– Не представляю, как я это переживу, – пробормотал Кристиан. – Я же с ума сойду, думая о том, как она там одна, без меня.

– Одна? Кристиан, во-первых, рядом с Джинни постоянно будет Морган. До Грейт-Фолса их на вертолёте отвезёт Энтони, передаст Дугласу и Винсенту, в Атланте их встретят Итан и Логан…

– Это они помогли Трэвису? – узнала я имена.

– Да. Они в Колумбусе живут, это совсем недалеко от Атланты, сотня миль где-то. Дэн говорит, что связался с ними, они встретят Джинни и Моргана в аэропорту и будут сопровождать всё то время, которое они проведут в Атланте. Так что можешь не переживать, братец, девочка твоя будет в полной безопасности.

– Всё равно буду переживать, – вздохнул Кристиан. – Но теперь уже поменьше. Но Гейб, ты говорил про два момента. И какой второй?

– А вот здесь сложнее, – покачал головой Гейб. – Арти тоже должен прибыть в опеку и пообщаться с социальными работниками.

– Но зачем? Никто нам не говорил, что это необходимо.

– Да, это и не было необходимо. Поскольку Арти ещё не достиг возраста, когда для его усыновления требуется его официальное согласие на это, то никто и не предполагал, что его присутствие потребуется. Но после событий с Эммой правила ужесточились. Это касается не только Арти, просто кому-то там, наверху, пришла в голову «светлая мысль», что и других детей-инвалидов могут брать «на органы». Никто не сомневается лично в вас, как в усыновителях, тем более что ты, Кристиан, имеешь определённую репутацию…

– Доктор Ангел, – улыбнулась я.

– Именно. Но правила есть правила – и Арти придётся этим людям продемонстрировать, живого и здорового. Даже слишком здорового, я бы сказал. Как его, такого, им показывать, не раскрывая секрета волшебного исцеления – и есть основная проблема. И над ней мы будем думать.

– Арти изменился, – закивала я, понимая, что Гейб прав. – Он бегает, он поворачивает голову на звук, он фиксирует взгляд. Он даже выглядит иначе. И я не представляю, что с этим можно сделать.

– Думаю, нужно разбить проблему на составные части и разбираться с каждой отдельно, – предложил Джеффри. – Первое – ноги.

– Я могла бы постараться объяснить всё Арти, – рассуждала я. – Он поймёт, он очень сообразительный. Но вряд ли он сможет себя контролировать постоянно, он же маленький совсем. Он просто не сможет сымитировать свою прежнюю походку. Не сумеет.

– Я могу всё время держать его на руках, – в палату вошёл Морган. – Тогда его походку никто не заметит.

– А что, если тебя попросят поставить его на пол? Ну, вдруг? Боюсь, это не выход, – нахмурился Кристиан.

– Ортопедическая обувь, – внёс предложение Джеффри. – Она помогает ходить ребёнку с больными ногами, но сейчас, когда ноги Арти здоровы – будет только мешать. Если зафиксировать щиколотку так, чтобы она не гнулась, малыш будет ковылять практически как раньше.

– Это выход, – кивнул Гейб. – Морган, будешь держать парнишку на руках столько, сколько получится, чтобы ему не мучиться с этой обувью дольше, чем необходимо. Но если ему всё же понадобится пройти несколько шагов – думаю, прокатит.

– Надеюсь, Арти не придётся долго эту обувь носить? – сказала я. – Он только-только получил свободу, не хотелось бы его снова в «колодки».

– Это буквально на десять-двадцать минут, – пообещал мне Гейб. – Наденете эти ботиночки в машине, по дороге в опеку, а выйдя оттуда – снимите. Так, с ногами разобрались. Что дальше?

– Слух. Скрыть это Арти тоже не сможет, – я вспомнила, как братишка вздрагивает от какого-нибудь резкого звука, как оборачивается, прислушивается. Это уже на уровне инстинкта. Притвориться глухим у него не получится.

– И не нужно скрывать, – обрадовал нас Джеффри. – Я видел медкарту Арти, возможность вернуть некую часть слуха для него существовала и прежде. Просто операция сложная и дорогая. Он ведь стоял в очереди, верно?

– Да, – кивнула я. – Почти всю свою жизнь. И ещё столько же простоял бы. Операция вернула бы его левому уху десять-пятнадцать процентов слуха. Плюс слуховой аппарат. Это одна из причин, почему я так торопилась получить своё наследство – Арти не пришлось бы больше ждать.