Империя травы. Том 1 - Тэд Уильямс

«Глупая девчонка, – сказала она себе. – Не забывай, здесь королева Мириамель – королева всех земель! Ничего плохого просто не может случиться». Но королева еще не приехала после визита к ликтору в Санцеллан Эйдонитис, и герцогиня Кантия начала тревожиться.

– Я обещала, что дождусь ее, – сказала герцогиня. – Где она может быть? Зачем вообще его святейшество пригласил ее в тот день, когда происходит столько других событий? – Она отмахнулась от одной из фрейлин, попытавшейся поправить вуаль на ее шляпке, которая сползла на правую сторону лица Кантии, придавая ему странное выражение. – Не сейчас, Миндия! – сказала она. – Бласис, оставайся здесь с сестрой и Джесой. Я не хочу, чтобы ты испачкал костюм до того, как начнется свадьба.

Мальчик посмотрел на нее с нескрываемым отвращением, но подошел поближе к Джесе и Серасине. Джеса редко видела сына герцога – теперь с ним занимались наставники-мужчины, но она его любила, хотя мальчик был ужасно избалованным. Она не сомневалась, что в лагуне Красной свиньи Бласиса уже несколько раз сбросили бы с крыши в воду за такие гримасы.

– Наша добрая леди, вот и она! – сказала Кантия, приподнявшись на цыпочки и выглядывая в окно, выходившее на лужайку перед большим домом.

Она повернулась и поспешно села, стараясь успокоиться, как если бы целый час просидела без движения, что, как прекрасно знала Джеса, совершенно не соответствовало истине.

Королева в окружении нескольких фрейлин, за которыми следовала пара эркингардов, стремительно вошла в комнату.

– Клянусь, что за годы, что прошли с тех пор, как я вышла замуж и стала королевой, мне не доводилось столько ездить в карете, как здесь, в Наббане. – Она уже успела сбросить плащ. – Простите меня, герцогиня. Я опасалась, что вам придется ждать еще дольше – булыжная мостовая испортила мою прическу и сбила в сторону головной убор. Я ужасно выгляжу.

Когда фрейлина Кантии бросились к королеве, чтобы привести в порядок ее волосы, маленькая Серасина проснулась и начала тихонько ворочаться. Девочка проголодалась, но герцогиня отослала кормилицу с каким-то другим поручением, поэтому Джеса намочила палец и засунула его Серасине в рот вместо соска. Она надеялась, что кормилица скоро вернется, ведь никто не хочет, чтобы ребенок плакал во время свадьбы. Во Вранне такое считалось совершенно нормальным, на любых праздниках, но в Наббане считалось плохой приметой.

Джеса посмотрела на Серасину и поцеловала ребенка в маленький круглый лоб. Как такое чудесное существо может не приносить удачу?

– Прошу прощения за то, что вам пришлось ждать, герцогиня, – сказала Мириамель, пока фрейлины суетились вокруг нее, точно пчелы над клевером. – Я без конца повторяла: «Ваше святейшество, скоро начнется свадьба…», а он отвечал: «Конечно, конечно. Вы знаете, что я руководил церемонией на свадьбе графа Далло? Как обидно, что я не смогу сделать то же самое для своей племянницы, но моя нога, вы же понимаете…», и так далее и тому подобное. Я уже начала опасаться, что он меня никогда не отпустит. – Но Джесе показалось, что королеву встревожило кое-что посерьезнее, чем наскучивший ликтор.

– Его святейшество любит поболтать. – Кантия старалась говорить небрежно, но не вызывало сомнений, что ей не терпелось поскорее спуститься вниз. – Теперь все в порядке, ваше величество? Мы можем идти?

Королева Мириамель оглядела Кантию, одетую в светло-синее праздничное платье, потом перевела взгляд на свое, темно-зеленое. И нахмурилась.

– Я похожа на сосну, – сказала она. – Однако не существует такого закона, который запрещал бы сосне быть королевой, так что мы можем идти.

Королева Мириамель пошла первой, и ее выход предваряли лишь два эркингарда и их капитан, молодой серьезный северянин с прямой спиной, которого, как Джеса слышала, звали сэр Юрген. За ними шествовала герцогиня Кантия, а также ее ближайшие друзья и родственники, далее – оставшаяся королевская стража и фрейлины обеих аристократок. Сэр Юрген, который потратил немало сил, чтобы выучить все коридоры и повороты, провел всю компанию через огромный особняк. В одно из широких, полностью распахнутых окон на нижнем этаже, чтобы впустить внутрь тепло и свет чудесного летнего дня, они увидели, что остальные гости уже собрались в великолепном саду графа Ингадариса. Джеса даже успела разглядеть юную Турию Ингадарис, ожидавшую в беседке вместе с эскритором Ауксисом в золотых одеяниях начала церемонии. Джеса подумала, что невеста еще совсем ребенок, худенький и маленький.

– Благодарение всем святым, – тихо сказала герцогиня у нее за спиной, – они не начали без нас.

– Они бы не осмелились, – сказала королева. – После того как я тряслась по бесконечным жутким булыжникам? Мне бы пришлось приказать отрубить им всем головы!

Несмотря на чудовищный смысл этой фразы, у Джесы не было полной уверенности, что королева шутит. Звучали ее слова вполне серьезно.

Вся компания спустилась по узкой винтовой лестнице в открытую аркаду, соединявшую одну часть огромного дома Далло с другой. Ступеньки уходили вниз с каждой стороны аркады – одна дорожка уходила вправо, Джеса решила, что она должна вести к главному входу в дом, другая шла к роскошному зеленому саду графа. Серасина на руках у Джесы снова начала хныкать, и, когда королева Мириамель внезапно остановилась у начала ведущих к саду ступенек и подняла руку, Джеса уже не сомневалась, что ее сейчас отругают. Но сэр Юрген повернулся – он уже успел спуститься на несколько ступенек – и мгновенно оказался рядом с королевой, положив руку на рукоять меча.

– Ваше величество? – сказал он. – Что?..

– Тихо, – сказала она. – Кто-то идет.

Юрген склонил голову, а герцогиня, остальные стражники и фрейлины резко остановились, наталкиваясь друг на друга.

– Ваше величество, – спросила одна из фрейлин, – почему мы не идем дальше?

– Помолчите. – Королева Мириамель продолжала держать руку поднятой вверх, как священник, благословляющий толпу, но ее лицо внезапно стало напряженным и очень усталым. – Я слышу звон мечей.

Теперь уже все услышали топот ног, и Джеса могла лишь молча стоять, прижимая маленькую Серасину к груди, но сердце билось так быстро, что она боялась, ребенок это почувствует.

Из-за угла дома появилась группа мужчин, не менее дюжины, и они сразу направились к аркаде, где остановились королева и ее сопровождение, явно приготовившись к схватке – несколько человек были вооружены мечами, остальные – дубинками и жуткими копьями. Сердце Джесы устремилось к горлу, мешая ей дышать.

– Встаньте у меня за спиной, ваше величество, – сказал Юрген.

Но королева проигнорировала его слова.

– Стойте! – произнесла она так громко, что маленькая Серасина испуганно заплакала.

Отряд вооруженных людей замедлил шаг, увидев множество людей в аркаде, но после единственного слова королевы замер на месте.