Волки Кальи - Стивен Кинг

— Ни в коем разе, — без запинки ответил Каллагэн. — Карту ненарисую, даже если ты приставишь револьвер к моей голове. Нет у меня такихспособностей. Но я знаю, у кого они есть, — он возвысил голос. — Розалита!Рози! Зайди на минуту, пожалуйста!

3

Двадцать минут спустя Розалита решительно взяла Роланда заруку. Привела в кладовую и закрыла дверь.

— А теперь снимай штаны, прошу тебя. Не стесняйся, ясомневаюсь, что увижу что-нибудь новенькое, если, конечно, у мужчин в Гилеаде иВнутренних феодах то же устройство, что и у всех остальных.

— То же, — заверил ее Роланд и скинул штаны.

Солнце уже встало, но Эдди и Сюзанна еще не поднялись.Роланд не торопился их будить, понимая, что впереди будет много дней с раннимподъемом и поздним отходом ко сну. Вот в это утро он и решил позволить имнасладиться мягкой постелью, крышей над головой и возможностью отгородиться отвсего мира закрытой дверью.

Розалита, держа в руке бутылку со светлой, маслянистойжидкостью, присвистнула. Посмотрела на правое колено Роланда, потом левойладонью, сухой и горячей, прикоснулась к правому бедру. Он дернулся от ееприкосновения, пусть и легкого, как пух.

Она вскинула на него глаза. Темно-коричневые, почти черные.

— Это не ревматизм. Артрит. Тот, что распространяется оченьбыстро.

— Ага, и там, откуда я родом, его называли сухой скрут. Нислова отцу или моим друзьям.

Темные глаза пристально смотрели на него.

— Долго тебе это в секрете не сохранить.

— Я слышу тебя очень хорошо. Но, пока есть возможность,пусть это останется моим секретом. И ты мне поможешь.

— Ага, — кивнула она. — Не бойся. От меня никто ничего неузнает.

— Я говорю, спасибо тебе. Так мне это поможет?

Розалита посмотрела на бутылку и улыбнулась.

— Ага. Это мята и кое-какие болотные травки. Но главныйсекрет — кошачья желчь. Всего три капли на бутылку, будь уверен. Это горныекошки, которые приходят из пустыни, со стороны великой тьмы, — она наклонилабутылку, плеснула маслянистой жидкости на ладонь. В нос Роланда ударил запахмяты, на него наложился другой запах, не столь сильный, но неприятный. Да,подумал стрелок, возможно, это запах желчи пумы, или когуара или, какого-тодругого зверя, которого называли здесь горной кошкой.

Когда она наклонилась и начала втирать жидкость в коленныечашечки, их словно обдало огнем. Роланд едва не вскрикнул: колени простопрожаривались. Но вскоре жар спал, а вместе с ним в значительной степени ушла иболь.

Закончив растирать его тело, она спросила: «Как себя чувствуешь,стрелок-сэй?»

Вместо того, чтобы отвечать словами, он прижал ее к своемуобнаженному телу и крепко обнял. Она, нисколько не смущаясь, обхватила егоруками и прошептала на ухо: «Если ты тот, за кого себя выдаешь, ты не долженпозволить им забрать детей. Ни одного. И не обращай внимания на то, что говорятбольшие шишки, вроде Эйзенхарта и Телфорда».

— Мы сделаем все, что в наших силах, — ответил он.

— Хорошо. Спасибо тебе, — она отступила назад, посмотрелавниз. — Одна часть твоего тела не страдает ни артритом, ни ревматизмом. Ивыглядит очень неплохо. Может, даме будет позволено взглянуть на нее сегоднявечером, стрелок, под луной, и познакомиться с ней поближе.

— Может, и будет, — ответил Роланд. — Ты мне дашь бутылкуэтого снадобья, чтобы я мог возить его с собой, разъезжая по Калье, или онослишком дорогое?

— Нет, не дорогое, — все еще флиртуя, Розалитаобворожительно улыбнулась Роланду. Но тут же лицо ее стало серьезным. — Но,думаю, помогает оно только временно.

— Я знаю, — кивнул Роланд. — Но это и не важно. Мы лишьоттягиваем неизбежное, но в конце концов природа берет свое.

— Ага, — согласилась она. — Так всегда и бывает.

4

Когда, застегивая ремень, Роланд вышел из кладовой, онуслышал шевеление наверху. За голосом Эдди, слов он не разобрал, последовалсонный женский смех. Каллагэн стоял у плиты, наливал в чашку кофе. Роландподошел к нему.

— Я видел кусты облепихи слева от дорожки, которая идет отцеркви к твоему дому.

— Да, и облепиха созрела. У тебя острые глаза.

— Сейчас речь не о глазах. Я иду туда, чтобы набрать полнуюшляпу ягод. Мне бы хотелось, чтобы Эдди присоединился ко мне, пока его женасъест яйцо или два. Сделаешь?

— Думаю, что да, но…

— Вот и отлично, — с тем Роланд и вышел из дома.

5

Когда пришел Эдди, Роланд уже набрал полшляпы и съелнесколько пригоршней оранжевых ягод. Боль на удивление быстро уходила излодыжек, колена, бедра. Собирая ягоды, он задался вопросом, а сколько бы отдалКорт за бутылку кошачьего масла Розалиты Мунис.

— Слушай, эти ягоды выглядят, как восковые фрукты, которымимоя мать украшала дом на каждый День благодарения, — Эдди подозрительно гляделв шляпу. — Ты уверен, что их можно есть?

Роланд достал из шляпы ягоду облепихи, размером чуть ли не сподушечку его пальца, сунул Эдди в рот.

— По вкусу похоже на воск, Эдди?

Глаза Эдди внезапно широко раскрылись.

— Похоже на клюкву, только слаще. Интересно, Сюзи умеет печьоладьи? Даже если не умеет, готов спорить, что домоправительница Каллагэна…

— Послушай меня, Эдди, — прервал его стрелок. — Слушайвнимательно и не давай воли эмоциям. Ради своего отца.

Эдди, он уже тянулся к ягодам на кусте, опустил руку,посмотрел на Роланда. С бесстрастным лицом. В утреннем свете Роланд видел,насколько старше теперь выглядит Эдди. Словно повзрослел на добрый десяток лет.

— В чем дело?

Роланд, который долго хранил этот секрет, выбираяоптимальный момент для того, чтобы поделиться им с Эдди, отметил, что егорассказ не сильно того удивил.

— Как давно ты об этом знаешь?

Обвиняющие нотки в вопросе отсутствовали напрочь.

— Наверняка? С того самого момента, как увидел ее, уходящуюв лес. Увидел, как она ела… — Роланд запнулся, — …увидел, что она ела. Услышал,как она разговаривала с людьми, которых не было. А подозревал гораздо дольше.Чуть ли не с самого Лада.

— И не сказал мне.

— Нет, — вот сейчас, подумал Роланд, Эдди даст себе волю.Выскажется по полной программе. И ошибся.