Шторм войны - Виктория Авеярд

Все отлично продумано, от общего плана до действий каждой конкретной лодки. Мы хорошо организованы. Два магнетрона, одна буря, по крайней мере один гравитрон на каждом судне, а кроме того – опытные Красные солдаты либо монфорские новокровки. И несколько целителей в каждом батальоне.

У каждого есть дело, и мы должны задать противнику как следует, если намерены выжить.

Форт-Патриот нависает над нами – размытая тень в наступающем тумане. Стены поднимаются из кипящего белого прибоя. Ни полоски суши. Некуда поставить ногу. Неважно.

Невзирая на весь свой гнев, я жалею, что отца здесь нет. Нет места безопаснее, чем рядом с ним.

На мгновение я расслабляюсь, когда перевожу взгляд на брата. Я чувствую Птолемуса, с легкостью представляю очертания его брони. У каждого из нас за поясом есть небольшой, но увесистый бронзовый диск. Для боя он не подходит. Но медь легко распознать и почуять. Легко отследить. Я хорошенько запоминаю это ощущение. Если что-то пойдет не так, я хочу отыскать Толли как можно быстрее.

Туман обгоняет нас и оседает возле приближающихся стен. Внутренние часы тикают все громче и настойчивей. Пора.

Дрожа, я быстро поворачиваюсь и обвиваю руками плечи Толли. Стремительно и не слишком нежно. Лязг металла о металл, когда наши доспехи соприкасаются, тонет в реве волн и усиливающемся грохоте моего сердца.

– Выживи, – шепчет он.

Я киваю – и отворачиваюсь.

На стене никто не шевелится, ни наверху, ни внизу. Движутся только волны. Очевидно, маскировка сработала.

– Готовы? – спрашиваю я сквозь шум волн, глядя на широкогрудого монфорского гравитрона.

Он кивает и приседает, упершись распростертыми ладонями в палубу. Сейчас он нас поднимет.

Гравитроны на других лодках делают то же самое.

Солдаты рядом со мной опускаются на колени. Буря, два истребителя из Дома Леролана и Птолемус готовятся к рывку. Красных в моей лодке нет. Я намерена выжить, не полагаясь на слабаков Красных, вне зависимости от того, насколько они хорошо обучены.

Я пригибаюсь вместе с остальными и напрягаю мышцы, в душе опасаясь, что гравитрон вдруг окажется не в форме. На такой скорости я, возможно, не удержу лодку от удара об стену.

Волны разбиваются о подножие стены, серые, как сталь, на фоне тумана. Они выше засохшей корки соли, въевшейся в стену. Выше любого прилива.

И у меня обрывается сердце.

– Нимфы! – успеваю крикнуть я, когда громадная волна летит на нас – задом наперед.

Так начинается битва за Причальную Гавань.

Внезапная яростная стена воды швыряет головные лодки, как игрушки, сбрасывая монфорцев и наших людей в бурлящий океан. Только гравитроны спасаются, выскакивая из хватки воды. Мои кузены пользуются властью над своими доспехами, чтобы держаться на плаву или скользить по поверхности, но броня тянет вниз, и им недостает сил, чтобы выбраться в безопасное место. Про остальных ничего не знаю.

У нас тоже есть нимфы, Серебряные из Монфора. Но их гораздо меньше и они слабее, чем те, кто стоит на стенах Форт-Патриот. Всех наших попыток усмирить бешеные волны будет недостаточно.

Поднимается очередная волна, высотой до половины стены, заслоняя солнце и накрывая тенью наши лодки. Она расплющит нас, утопит, разобьет о дно.

– Прорываемся! – приказываю я, ухватившись за нос лодки. Вкладывая в нее свою способность. Надеюсь, гравитрон меня услышит. Птолемус точно услышал.

Лодка колеблется под нашим прикосновением, сужается, вытягивается, нос обретает остроту лезвия. Мы набираем скорость. Я как можно плотнее прижимаюсь к палубе. Лодка становится под углом к волне. Пуля, несущая пассажиров.

Холодная вода обрушивается на нас; все, что я могу сделать, – это держать рот закрытым, пока она ревет вокруг. Мы проносимся сквозь волну и вырываемся на другой стороне, зависнув в воздухе. А потом плывем дальше, направляясь к стене.

– Держись! – кричит Птолемус, пока мы мчимся на полной скорости к цитадели.

Я стискиваю зубы, впившись пальцами в металлический корпус. Тяну, толкаю. Надеюсь, что мы не свалимся, надеюсь, что не разобьемся.

Гравитрон дает нам дополнительный толчок, когда надо. Зависнув в воздухе, лодка с силой ударяется корпусом о стену. Мы скользим вверх, вопреки силе притяжения. Другие суда бьются о стену рядом и хаотично ползут наверх. Большей части нашего десанта удалось это проделать.

Металл скребет по камню, обгоняя волны, хоть они и тянутся всё выше, осыпая нас брызгами, словно дождем. Я отплевываюсь от соленой воды и моргаю, радуясь, что на мне очки. Мы достигаем верха.

На укреплениях стоят нимфы, которых можно узнать по синим полоскам на дымчато-серой и черной форме. Серебряные солдаты и охрана. Гарнизон Форт-Патриот, укрепленный Озерными.

Мы без особого изящества спрыгиваем с лодок на парапет, венчающий стену. Я использую собственные доспехи, чтобы не свалиться, в то время как Птолемус отчаянно кромсает лодку и рассылает бритвенно острые обломки во все стороны. Гравитроны швыряют вражеских солдат в море. Туман ползет через стены в форт, заслоняя обзор нашим солдатам. Где-то прорываются несколько наших бурь. Их задача – сымитировать грозу. Поразить и ошеломить гарнизон, обратить его в бегство. Пусть думают, что здесь Бэрроу.

На стенах вспыхивает огонь. Истребители мелькают, оставляя за собой горящие трупы. Один из солдат издает вопль, когда его застают врасплох и швыряют со стены в сердитые волны.

Форт-Патриот кишит вражескими сильноруками. Отпрыски Дома Рамбоса, ну или их кузены из кланов Греко и Карроса. Одна из них, женщина, напоминающая груду мышц, раздирает у меня на глазах бурю. Плоть и кости рвутся, как бумага.

Я стараюсь не терять голову. Я видела вещи и пострашнее. Наверное.

Звучат выстрелы. Пули и способности – смертельная комбинация. Я поднимаю руку, сжав кулак, чтобы защититься от атаки. Пули отскакивают, расплющенные или отброшенные. Несколько штук я ловлю и посылаю обратно в туман, ориентируясь на вспышки выстрелов.

«Мы должны открыть ворота. Завладеть фортом».

Наша задача ясна, но не проста. Форт-Патриот разделяет знаменитую городскую гавань на два порта – гражданский Аквариумный и Военный. Прямо сейчас меня волнует лишь один.

Низкий грохот тяжелой артиллерии, из тех, что бывает на военных судах, напоминает барабанный бой. Я мысленно тянусь в пространство, чтобы понять их траекторию. Слишком далеко, но можно догадаться. Я Серебряная. Я знаю наш образ мыслей.

– Нужен щит! – кричу я магнетронам-Самосам и хватаюсь за металл, из которого сделаны наши лодки и оружие.

Птолемус следует моему примеру, как можно быстрее сооружая стальную стену. Свист снарядов звучит ближе, и я смотрю наверх, щурясь сквозь дымку. А потом срываю с лица защитные очки и вижу над головой дымную дугу.