День револьвера - Андрей Уланов

— Идема.

— М-мым, — я только сейчас окончательно понял, что разбудившее меня черно-белое существо было вампиркой во фраке. Нельзя сказать, что этот наряд был Венге совсем уж не к лицу, красивую девушку вообще сложно испортить любыми лохмотьями. Но в сочетании с толпой суетящихся зеленошкурых позади это было зрелищем, довольно сложно воспринимаемым в трезвом виде. Даже вчерашнего тролля в том же наряде я перенес как-то легче.

— Вам эта, шевелиться нада быстрее, — скороговоркой выпалил Большой Медведь или его брат-близнец. — Идема.

— Куда? — осведомился я у его спины… и, не получив ответа, потащился следом.

Тащиться пришлось недолго — ярдов через полсотни тролль резко затормозил и развернулся.

— Ваша коняки, — сообщил он, сопроводив эти слова взмахом руки в сторону шеренги стреноженных лошадей. — Ваша добро, — еще один взмах в сторону кучи разнообразных предметов. — Ваша ружбайки, — взмах на кучу поменьше. Вопроса? Если нет, я пошла остальных из яма таскать.

— Остальных?! — непонимающе повторил я.

— Ваша выигрыш.

— Чего?!

— Мы играли с мистером Троем до рассвета, — сообщила из-за моей спины Венга. — Я выиграла.

До меня начало что-то доходить. Правда, пока очень смутно и очень с трудом.

— Ты выиграла… всех?

— Ваша отряда целиком, — подтвердил тролль. — Великий вождь приказала: «Освободить их и вернуть все, до последней хромой блохи!». Ну, моя пошла.

* * *

— Лошади, — я вновь оглядел шеренгу. — Оружие. Снаряжение. Венга.

— Я здесь.

— Да, я заметил. Послушай… тебе не кажется, что всего этого, — я кивнул в сторону возвращаемого, — как-то чересчур много?

— Не знаю. Мы с мистером Троем играли только на жизни.

— Ему надо было становиться коммивояжером, — пробормотал я. — Купите у нас одну бессмертную душу прямо сейчас, а в придачу мы совершенно бесплатно подарим вам её тело, коня, седло с парой сумок и «винчестер».

— Мистер Трой ведет честную игру. Без оружия и снаряжения жизнь человека здесь ничего не стоит.

И, похоже, он умеет не только играть, но и проигрывать, подумал я. Что ж, военный вождь Трой… я не могу пожелать тебе удачи, но искренне надеюсь — судьба не сведет нас больше на узкой дорожке!

— Ваша друзья. В полной целости, рука-нога-голова, все на месте.

На самом деле «друзья» — то есть Лисса, Толстяк и Сестрички — выглядели довольно помятыми. Однако мое внимание привлекли даже не они, а два ковбоя: высокий рыжий парень лет двадцати, хватавшийся за чернобородого гнома-полукровку — годившемуся ему то ли в папаши, то ли в деды. До сегодняшнего утра я эту пару не видел — или видел, но с расстояния в полмили, в монокуляр.

— А это еще кто?

— Ваша друзья, — с легким удивлением повторил тролль. — Все, как приказала великий вождь. Сейчас моя и остальных приведет.

— Остальных?! Каких еще остальных?!

— Эгей! — оттолкнув плечом замешкавшегося гоблина, Линда Сальватано подошла, нет, подскочила к нам. — Кейн! Что еще за хрень тут происходит?!

— Именно это я как раз и пытаюсь выяснить, — вздохнул я.

— В задницу Сидящему выяснения!

Руки у Толстяка были по-прежнему связаны за спиной, а ноги коротко спутаны, на лошадиный манер — поэтому когда гоблин попытался рвануться следом за Линдой, он упал на колени.

— Надо действовать! — продолжил он шепотом, к которому начал заинтересованно прислушиваться не только конвоир, но и пятерка троллей, собиравших вигвам ярдах в двадцати от нас. — Здесь оружие и лошади… если навалимся кучей, хоть кто-то получит шанс вырваться на свободу.

— Зеленый, уймись!

— Эй-парень, ты что, не понял?! Нас же щас…

— …отпустят.

— …освежуют, а потом… ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?!

— Отпустят на все стороны, — ухмыляясь, подтвердил конвоир. — Она, — тролль указал на Венгу, почему-то использовав для этого мизинец левой руки, — вас выиграла, всех-всех-всех.

Если приговоренному к смерти человеку — и не только — непосредственно перед казнью сообщить, что все отменяется, то следующие минуты две-три его лицо будет представлять собой весьма занимательную и познавательную картину. Лучше всех — в смысле, невозмутимее — оказалась Марти, зато гоблин выдал целый каскад гримас, заметно расширивший мои познания в части мимики зеленошкурых.

— Так я эта, пошел за остальными.

— Какими остальными?

— Остальными ваша банда, — поведал тролль с видом усталого родителя, в сотый раз объясняющего ребенку, почему трава зеленая, а вода — мокрая.

— Наша банда уже вся здесь, — в тон ему сообщил я и, указав на ошалело моргающего парня, добавил: — Даже с перевесом.

Довеском, на мой взгляд, были не только рыжий с чернявым, но и Сестрички, однако об этом я предпочел пока умолчать.

— Не-ет, — возразил тролль. — Вся ваша банда еще в яма сидеть. Ты меня не путай, человека — мне сам великий вождь сказала: «Освободить их…»

— …и вернуть все, до последней оголодавшей гниды, — закончил я. — И мы уже все…

Я осекся и начал поворачиваться к вампирке — медленно, так что Лисса опередила меня:

— Венга, а скольких именно ты выиграла?

— Не знаю, — безмятежно сообщила вампирка. — Мы играли до тех пор, пока у мистера Троя не закончились все ставки.

«У меня — много», вспомнил вдруг я и, не удержавшись, оглянулся. Сундука с золотом нигде не было видно. Мистер Трой то ли позабыл об этой своей фразе, то ли не повторил её Венге.

— Ну, я пошла…

— Стой!

Встав, я подошел к оружейной куче и убедился, что глаза меня не обманули — обошедшийся мне в ключицу английский карабин лежал в верхней части её северо-западного склона, причем патронная лента была заботливо намотана вокруг ствола.

— Отнеси вот эта ружбайк… тьфу, поди к мистеру Трою и вручи этот карабин великому вождю лично в лапы. Это наш дар ему — за хорошее обращение, приятное общество… ну и вообще за все хорошее.

Речь получилась довольно бессвязной, но сработала — наш тролль, как и практически любой зеленошкурый, мог плохо говорить по-человечески, но, судя по загоревшимся глазам, хорошее оружие распознавал с первого взгляда и за полмили.

— Эта… достойная подарок, — выдохнул он. — Великий вождь будет рада.

— Ну так порадуй его прямо сейчас, — вкрадчиво предложил я. — Зачем ждать.

Тролль заколебался. С одной стороны, у него имелся четкий приказ того самого вождя… но желание порадовать великого «вот прям щаз-з» оказалось заметно сильнее.

— Вы тока стойте здеся, — скороговоркой выпалил он. — Я быстро вернуся…