Отбор для неудачницы - Маргарита Дюжева

— Ты по мне хоть немного-то скучала?

Знаю, что вопрос прозвучал глупо, жалко, но не задать я его просто не мог.

Ксана улыбнулась, искренне, от души, и на щеках ямочки заиграли.

— Скучала, — просто призналась она, — потому и не уезжала. Хотела тебя увидеть.

— Врешь поди, — проворчал себе под нос, — тебе тут вообще некогда было скучать.

Она отошла к столу, взяла с него какую-то бумажку и протянула мне.

— Что это?

— Это то, как я тебя ждала.

На листке оказался календарь, а зачёркнутыми числами, а сегодняшнее было обведено красным кружком.

У меня дыхание сорвалось, когда я взглянул на ее смущенную физиономию, и у видел, как лихорадочно сверкают изумруды глаз. Усмехнувшись, достал из кармана свой календарь и протянул ей.

Ксана сначала удивилась, потом развернула его и охнула, глядя на ровные столбики крестиков.

— Я тоже скучал.

Между нами растеклось молчание. Мы просто смотрели друг на друга, прикасались взглядами, читали между строк то, что так и не смогли сказать вслух.

И как всегда, когда наступает решающий момент, когда на кону стоит что-то по-настоящему важное, обязательно вмешивается какая-то третья сила. Разрушительная и бестолковая.

Например, наглый джинн, который вломился в комнату, как к себе домой.

— Хм, и правда вернулся, — растекся в довольной усмешке Хельм, — что-то тебя долго не было.

— Еще скажи, что соскучился, — проворчал я.

— Да вообще, так рыдал по ночам, что на утро глаз не было видно. Где же Нольд, где же блондинчик.

Ксана улыбнулась и отошла в сторону к окну.

— Вы издеваетесь что ли? Сначала Элька представление устроила, теперь ты, — мы обменялись рукопожатиями.

— Эльвира тебя ждала. У нее с тобой счеты личные были. После того, как она застала тебя…

— Заткнись, — рявкнул я. Еще не хватало, чтобы ведунья о моих прошлых похождениях узнала. Это все в прошлом, вот пускай там и остается!

— Если ты думаешь, что Ксана не в курсе того, что у тебя было с Эльвирой, и какова причина вашего расставания, то глубоко ошибаешься. Эти две теперь не разлей вода. Все кости тебе промыли.

Я беспомощно покосился в сторону ведуньи. Вот такого поворота событий я точно не предвидел. Даже в самом дурацком сне не мог представить, что однажды моя бывшая, сдружится с моей… Вернее пока еще не моей. Впрочем, неважно. И они будут обсуждать, какой же я гад.

***

— Пойдем прогуляемся? — предложил я, — тут душно.

На самом деле мне надо было утащить ее куда-нибудь, где на каждом шагу не будут попадаться любопытные личности, бесцеремонно сующие нос не в свое дело.

Нам нужно серьезно поговорить, а здесь каждые три минуты нас кто-то дергал, мешал, сбивал с мысли, да еще и мое не очень чистое прошлое на поверхность вытаскивал. Не то чтобы я стеснялся своего образа жизни — что было, то было. Но мне совершенно не хочется, чтобы Ксана считала меня непостоянным и ненадежным.

— Пойдем, раз так хочешь, — покорно согласилась ведунья и пошла следом за мной.

Я провел ее тихой улицей в сторону драконьих загонов. На месте оказался только Лифар, остальные кружили над долиной высматривая тварей и новые прорывы.

Черный по привычке подошел ко мне, требуя свою порцию магии, и, получив ее, заворчал как большой довольный кот.

У Ксанки он, кстати, не попрошайничал. Только ткнулся носом в ее ладонь и ушел на свое любимое место, возле чахлой березы, почесался об нее щекой, так что бедное дерево затрещало и накренилось. Ящер покрутился на месте, а потом растянулся, распластав крылья под солнцем.

А мы снова молчали. Смотрели на черного дракона, греющегося в ласковых весенних лучах, и молчали.

— Зачем ты вернулся, Нольд? — наконец тихо спросила ведунья.

— За тобой.

— Вот она я, — девушка развела руками, — и что теперь?

Теперь? Я бы с удовольствием схватил и утащи ее в тайное логово, но, наверное, пока рано. Пока не стоит, если я, конечно, не хочу получить хорошую трепку от этого милого создания.

Сначала поговорить. Так, просто открыть рот и выдать все то, что я миллион раз проигрывал у себя в голове.

Проклятье. Почему у меня на переговорах никогда проблем нет, а с рядом с ней забываю все нужные слова? Болван.

— Так что тебе нужно от меня, огненный? — поинтересовалась она и посмотрела так пристально, выжидающе, в самую душу.

— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

— Ух ты! Как неожиданно. Я думала, что ты уже оставил эту затею.

— Нет, конечно, — возмутился я. Какое оставил? Я только об этом последние полгода и думал!

— Зачем тебе это нужно? — продолжала смотреть на меня, ждала ответ.

— Просто… — замолчал, так и не договорив.

— Просто я теперь для тебя достаточно хороша? — подсказала она, — Или просто никак нельзя упускать ведунью, ведь это достойное приобретение для высокородного отпрыска, которое преумножит честь семьи?

— Ты всегда была хороша.

— Потому что ведунья? Потому что могу быть полезной в борьбе с Запредельем?

— Нет, потому что ты — это ты.

— Обжора из Боунса?

— Хватит, Ксана, — попросил бесцветным голосом. Неприятно слушать все то, что сам же ей вываливал, — я был не прав и наговорил много некрасивых вещей. Это не от большого ума. Прости меня.

Она молчала. Смотрела на меня, ожидая продолжения. И мне пришлось говорить дальше:

— Родители затеяли тот дурацкий отбор, как раз после того, как мы расстались с Эльвирой. До них дошли подробности нашего разрыва, и они решили меня проучить, за беспечность. Я, конечно, был против всей этой затеи и в штыки восприял появление претенденток.

— Особенно меня.

— Особенно тебя, — смысла отпираться не было. — потому что ты… Я не знаю почему, но ты начала меня бесить с самого первого взгляда.

— Как приятно это слышать, — усмехнулась Ксана.

— Говорю, как есть. Сначала ты меня просто раздражала, потом у меня перед глазами черти кровавые плясать начинали, стоило только тебе появиться поблизости, а потом…потом я внезапно понял, без тебя уже совсем не то. Словами не передать, как я разозлился, когда ты взяла золото и уехала с отбора отказавшись выходить за меня. Я тогда убедил себя, что не могу отпустить ведунью, но на самом деле причина, по которой я за тобой поехал крылась совсем в другом.

— И в чем же?

— В том, что я хочу быть с тобой.

— И? — так и вынуждала говорить все до конца.