Хмель и Клондайк - Андрей Круз

– Да?

– Охрана, – представился парень и нажаловался: – Ваш посетитель с оружием.

– Свободны, – коротко бросил хозяин особняка, и сразу щелкнул замок и слегка приоткрылась калитка.

Я распахнул ее, втянул санки во двор, захлопнул дверь и направился к застекленной входной группе. Смотрелись панорамные окна на фоне высоких сугробов несколько даже сюрреалистично, но если можешь себе позволить – почему нет?

Ермолов встретил меня с распростертыми объятиями. Натуральным образом обнял, похлопал по спине, занес в дом один из ящиков.

– Ну и ветер! – выдохнул я, стянул перчатки и растер покрасневшие щеки.

– Не вопрос! – подмигнул хозяин особняка, ушел в комнату и вернулся с рюмкой коньяка. – На-ка накати!

Я от выпивки отказываться не стал. Знал куда шел, да и продрог. Выпил, выдохнул, вернул рюмку Ермолову и снял куртку.

– Так, секунду! – Александр похлопал меня по поясу и вдруг задрал толстовку. – Нормально ты прибарахлился! – хмыкнул он при виде кобуры с револьвером. – Я тоже хочу!

– Да, отличная толстовка, – усмехнулся я. – «Harmont&Blaine». Могу магазин подсказать.

– Я про ствол. Не боишься с ним залететь?

Я разулся, потом достал удостоверение резервиста и протянул его Ермолову.

– Мы теперь коллеги практически.

– Нормально ты устроился! – только и покачал головой Александр. – Какой калибр, почем брал?

– Четыреста десятый и сорок пятый длинный подходит, – сообщил я. – А во сколько обошелся, не знаю, на неделе счет придет.

– У соседа брал?

– Ну да.

– Надо тоже к нему заглянуть. Познакомишь?

– Не вопрос.

Мы унесли коробки с пивом в холодную комнату, и Ермолов спросил:

– Ты какое пить будешь?

– Ржаное, пожалуй.

Тогда Александр взял пару бутылок портера и одну имперского стаута.

– Мешать собрался? – удивился я.

– Да не, – махнул рукой хозяин особняка. – Гость у меня. Почему, думаешь, пиво кончилось?

– А твои где?

– У родителей супруги гостят. Пошли, посидим хоть нормально.

Посидеть Ермолов решил в просторной гостиной с камином, панорамным окном во всю стену и уходящей на второй этаж лестницей, из-за чего комната занимала сразу два этажа. Стены были отделаны деревянными панелями, и за счет этого обстановка лишалась большей части своей пафосности, возникал уют. Понемногу начало темнеть, но пока хватало отблесков гудевшего в камине огня. Свет не горел.

Гостя Ермолова в комнате не оказалось, и главный пограничник унес бутылку стаута к окну, где выставил ее на пол. За это время я разлил портер по широким кружкам и уселся в удобное кожаное кресло.

– За встречу? – предложил Александр.

– Давай!

Мы выпили, и хозяин дома спросил:

– Как дела вообще?

– Не жалуюсь.

– И выгодно пиво варить? – Ермолов развалился в кресле и отпил портера. – Возил бы готовое, возни меньше.

Я покачал головой.

– Хорошее и там пиво недешево, а платить за доставку воды – это не для меня.

– Воды?

– Первоначальная плотность среднего пива двенадцать процентов. Из аналогичного по весу количества солода я извлекаю где-то в пять раз больше сахаров. А ты говоришь – готовое заказывать! Блин, да нам даже водку возить перестали! Сразу спирт берут и уже здесь разливают.

– Есть такое дело, – кивнул пограничник. – Структура импорта за последние годы серьезно изменилась, – сказал с умным видом и заржал.

Я только развел руками:

– Сам же все видишь.

– Есть хочешь? – спросил тогда Ермолов, поднимаясь из кресла.

– Нет, пообедал уже.

– И я пообедал. – Хозяин дома сходил за пивом и выставил на невысокий столик еще две бутылки. – Сытная штука, я тебе скажу.

– Остаточная плотность пять процентов.

– И что это значит? – озадаченно глянул на меня Александр, замерев с открывашкой в руке.

– Литр выпил – все равно что пятьдесят граммов съел, – пояснил я свою мысль.

– Диета средневековых монахов, – блеснул хозяин дома эрудицией и разлил пиво по бокалам. – Ну я пятьюдесятью граммами сахара не ограничился! – сообщил он и похлопал себя по животу.

Мы еще выпили, обсудили последние новости и переход сразу двух его замов в Патруль, а потом Ермолов напомнил:

– Ты о чем-то поговорить хотел?

Я кивнул и развалился в кресле. В голове приятно шумело, но ясность мышления еще не покинула меня, поэтому просьбы Николая разузнать о начальнике резерва Патруля я не забыл, а просто держал в голове, дожидаясь подходящего для расспросов момента.

– Да ты знаешь, Александр, – протянул я, собираясь с мыслями, – мой сосед, с которым я тебя обязательно познакомлю, если соберешься покупать оружие, устроился в резерв начальником… начальником… – мысль ускользнула от меня, и нужное слово никак не шло на ум.

– Один момент! – прервал меня Ермолов и вновь сходил за пивом.

Когда он вернулся и открыл очередную бутылку, я лишь печально вздохнул и отказываться не стал.

– В общем, учить резервистов он будет! – сообщил я Ермолову, возвращаясь к прерванному разговору.

– Они инструктора по стрелковке, что ли, нашли? – удивился пограничник. – Ну и чудесно. В чем вопрос?

– Он насчет командира своего интересовался. Главным у них Мстислав, дай бог памяти…

– Лихачев, – подсказал Александр.

– Точно, Лихачев. Знаешь его?

– Пересекались.

– И что сказать можешь?

– Четкий мужик. Сказал – сделал. Из военных. Хмель, тебя что конкретно интересует?

Я вздохнул.

– С кем он? На такую должность случайных людей не назначают. Это не инструктор, это финансы. А твой зам начальником Патруля стал, тоже ведь не просто так, да?

– Мстислав, конечно, не сам по себе, но кто за ним стоит – не скажу, – трезво ответил Александр.

Я не стал уточнять – не знает или не скажет в принципе. Отхлебнул пива, повертел бокал в руках.

– Познакомился ты с ним по работе или общие знакомые есть? – зашел с другой стороны.

Ермолов допил пиво и подтвердил мою догадку:

– Знакомые.

– Так, может, моему соседу с ними пообщаться?

Пограничник задумался.

– Ну один с ним разговаривать не станет, – пробормотал он. – Он вроде как отсутствует в Форте сейчас. Официально. А второй… слушай, твой сосед магазин же оружейный держит, так?