Магнолия императора - Лю Ляньцзы

– Хотелось бы в это верить. А ты знаешь, что у военных есть стратегия под названием «Оглушай и хватай»? Согласно ей, надо поступить неожиданно, чтобы застать врага врасплох. Мне кажется, что Хуа должна знать о такой стратегии. – Я замолкла и задумалась. – А может, это я слишком недоверчива? После каверз со стороны наложницы Хуа я стала всех подозревать.

– Ты учти, что проблемы Хуа никак не повлияли на наложницу Цао. В следующем месяце, девятнадцатого числа, принцессе Вэньи исполнится годик. Император души в ней не чает и уже попросил императрицу вместе с Министерством двора устроить роскошный праздник.

– Что же нам делать? – Меня совсем не радовало доброе отношение императора к наложнице Цао. – У императора мало детей. Единственного сына он не очень любит, остаются дочки: дочь гуйпинь Синь, принцесса Шухэ, и дочь жунхуа Цао, принцесса Вэньи. Вэньи еще совсем малышка. Она такая милая, что Сюаньлин любит ее с каждым днем все сильнее.

Мэйчжуан расстроенно вздохнула. Она отвела взгляд и некоторое время разглядывала окно, затянутое ярко-розовой тканью с узором «летучие мыши в облаках» [125].

– Не важно, как сильно мы нравимся императору, если у нас не будет детей, его любовь в конце концов пройдет, – сказала подруга после раздумий. – Император не любит своего сына и наложницу Цюэ, но все равно навещает их каждый месяц. Не забывает он и про наложниц Цао и Синь. И пускай они родили ему дочерей, он все равно любит принцесс. Вот и получается, что если у тебя будет ребенок от императора, он тебя не бросит. Он бережет матерей своих детей. А вот если Небеса не даруют тебе детей, то любовь императора постепенно сойдет на нет и он потеряет к тебе интерес. Яркий пример тому наложница Ли.

Чем больше Мэйчжуан говорила, тем грустнее она становилась. Мне захотелось кое-что спросить, но было немного неловко. Но кроме меня, никто больше не смог бы задать этот вопрос.

– Мэйчжуан, ты удостоилась благосклонности императора на полгода раньше меня. Получается, что ты уже год делишь с ним постель. Почему же… – Я покосилась на ее плоский живот, просвечивающий сквозь тонкую ткань рубашки. – Почему же все еще нет радостной вести?

Лицо Мэйчжуан в мгновение ока стало кроваво-красным, как рубин. Смущаясь, она ответила:

– Государь лишь три дня ловил рыбу в моем пруду да два дня забрасывал сети [126]. А в первый лунный месяц он уже обратил внимание на тебя. Если посчитать его визиты, то получается, что это ты должна была уже забеременеть.

Теперь была моя очередь краснеть. Я вынула носовой платочек и стала мять его в руках.

– Я еще слишком юна и даже не думала об этом. – Тут только до меня дошло, что сказала Мэйчжуан. – Подожди. Почему он так редко к тебе приходил? Я помню, что когда он обратил на тебя внимание, он осыпал тебя своими милостями. Остальные наложницы только молча тебе завидовали.

Судя по расстроенному виду Мэйчжуан, я разбередила ее старую рану.

– Завидовали? Вот в том-то и дело, что в гареме есть и другие наложницы. Император одарил меня своей любовью, но не мог полностью лишить внимания остальных. После каждой нашей ночи я ловила на себе озлобленные взгляды. Ты и сама это уже прочувствовала в полной мере. Ох, мне кажется, что я просто неудачница.

Я уже пожалела, что завела этот разговор. Мэйчжуан совсем упала духом. Я взяла ее за руку и попробовала утешить:

– Почему сразу неудачница? Ты только посмотри на наложницу Хуа. Она уже несколько лет фаворитка императора, но все еще не стала матерью. А мы с тобой еще молоды, и у нас все впереди. У нас обязательно будут и дети, и внуки, которые будут ценить и уважать нас. Не переживай. – После этой бурной речи я почувствовала, как пылают мои щеки.

Мэйчжуан, заметив, как я смутилась, фыркнула, а потом и вовсе рассмеялась. Прикоснувшись к моей горячей щеке, она сказала:

– А кто только что говорил, что слишком юн для таких мыслей? Оказывается, ты уже продумала даже отдаленное будущее.

– Я перед тобой душу оголяю, а ты смеешься. – Я возмущенно посмотрела на подругу, вскочила со своего места и направилась к дверям.

Мэйчжуан догнала меня и извинилась, попросив остаться, чтобы мы могли поговорить серьезно.

– Я понимаю, что от воли Небес зависит, будет ли у нас ребенок от императора или нет, но каждое дело начинается с усилий. Нам надо подумать, что мы можем предпринять.

– Я думала, что для нас главное – заботиться о своем теле, а остальное зависит от императора. Что мы еще можем сделать?

Мэйчжуан наклонилась ко мне и зашептала:

– Если у наложницы Хуа нет детей, это не значит, что она никогда не была беременна. Я слышала, как шуи Фэн говорила, что Хуа забеременела, но не смогла выносить ребенка и у нее случился выкидыш. Причем это был мальчик. Как же наложница Хуа тогда горевала! – Мэйчжуан огляделась по сторонам, проверяя, чтобы рядом не было лишних глаз, и достала из шкатулки маленький бумажный листок. – Расскажу тебе по секрету, что посулами и угрозами я вынудила лекаря Цзяна выписать мне рецепт снадобья, благодаря которому первенец обязательно будет мальчиком. Я обязательно поделюсь с тобой рецептом.

– Подожди, – я немного растерялась. – Про какого лекаря Цзяна ты говоришь?

– Как какого? Про Цзян Муяна, который лучше всех заботится о беременных.

– Цзян Муян? Младший брат Цзян Муи, который ухаживает за принцессой Вэньи и ее матерью? Разве можно ему доверять?

– Я про это знаю. Я тоже волновалась, поэтому велела разузнать про братьев Цзян. Оказалось, что у Цзян Муяна и Цзян Муи разные матери. Цзян Муи – сын главной жены, а Цзян Муян – сын наложницы. У их матерей были плохие отношения, поэтому братья долгое время враждовали. Сейчас они ведут себя так, словно совсем чужие друг другу. Думаешь, стала бы я к нему обращаться, если бы все было иначе? Прежде чем попросить рецепт, я очень долго размышляла и даже сама перелистала несколько трактатов по медицине.

Мне все равно не нравилась идея Мэйчжуан. Я попросила ее спрятать рецепт, а потом позвала Цайюэ.

– Сходи-ка в дом, где остановились лекари, и узнай, там ли господин Вэнь. Если да, то позови его сюда. Скажи, что я немного приболела.

Когда служанка ушла, Мэйчжуан посмотрела на меня с немым вопросом в глазах. Пришлось ей объяснить:

– Вэнь Шичу – это тот самый лекарь, которому император велел следить за моим здоровьем. Я ему полностью доверяю. Я