Звери Гора - Джон Норман

— Я об этом слышал.

— Тебя трудно сломать, — сказал он. — Тебя можно только убить.

Я пожал плечами.

— Ты — как кюр, — сказал он. — Поэтому я тебя люблю. — На мое плечо опустилась тяжелая лапа. — Жалко, если ты умрешь в машине правды.

— На станции много ценного оборудования, — заметил я. — Не боишься, что оно достанется Царствующим Жрецам?

— Есть способ этого не допустить, — усмехнулся кюр.

— Я так и думал.

Не может быть, чтобы камеры просматривали всю базу.

— Расскажи мне про Царствующих Жрецов, — попросил кюр. — Они такие, как мы?

— Нет, — сказал я. — Они совсем другие.

— Страшные, должно быть, существа, — произнес зверь.

Я вспомнил Царствующих Жрецов — возвышенных, утонченных, золотых созданий.

— Возможно.

— Ты видел хотя бы одного? — спросил кюр.

— Да.

— Не хочешь говорить?

— Не хочу.

— Хорошо! — Он положил обе лапы мне на плечи. — Ты хранишь им верность. Я не стану тебя заставлять.

— Спасибо, — сказал я.

— Придет день, и мы узнаем о них сами.

— Возможно, — пожал я плечами.

— Давай поболтаем на более отстраненные темы.

— Вот это правильно! — воскликнул я, и мы вернулись к столу.

— Как вы меня захватили? — спросил я.

— Это было просто, — сказал зверь и налил еще по бокалу. — Снаружи в ваше убежище закачали газ. Когда тебя вытащили, ты был без сознания.

— На посту стоял Имнак, — произнес я.

— Краснокожий охотник, как Карджук?

— Да.

— Карджук переговорил с ним. Имнак оказался разумным парнем. Он быстро оценил экономические перспективы сотрудничества с нами и тут же перешел на нашу сторону.

— Я всегда считал его решительным человеком, — процедил я.

— Не язви, — проворчал кюр.

— Что бы ты подумал про кюра, предавшего свою расу?

Зверь вздрогнул.

— Это невозможно.

— Бывали же случаи, что во время войны кюры переходили на сторону противника?

— Только не к людям и не к представителям другой расы, — ответил зверь.

— Выходит, в этом отношении кюры благороднее людей, — сказал я.

— Я глубоко убежден, — торжественно произнес зверь, — что кюры во всех отношениях благороднее людей. — Он посмотрел на меня. — Но тебя я ждал, В тебе есть что-то от кюра.

— В зале для состязаний было установлено зеркало, — сказал я.

— Это наша смотровая ложа.

— Я так и думал.

— Ты хорошо дрался. Мне понравилось, как ты орудуешь своим крошечным мечом.

— Спасибо, — сказал я.

— Я тоже хорошо владею оружием, — произнес кюр. — Традиционным и современным.

— При всей вашей технологии вы сохранили традицию поединков? — спросил я.

— А как же! — воскликнул кюр. — Мы бережно храним искусство боя одними клыками и когтями!

— Еще бы.

— Я не люблю современное оружие, — признался зверь. — Им может пользоваться яйценос и даже недоминант. Оно позволяет убивать издалека, ради чего и было изобретено. Тем самым оно лишает тебя непосредственного контакта, горячей радости естественного умерщвления противника. — Кюр посмотрел на меня. — Вот ты скажи, разве может что-нибудь сравниться с восторгом жестокого боя, когда ты рискуешь жизнью, выкладываешься, а потом швыряешь смертельно раненного врага себе под ноги? Что может сравниться с удовольствием покопаться в его трупе, выискивая самые вкусные кусочки?

Глаза зверя засверкали, но так же скоро погасли. Он налил еще по бокалу.

— Мало что с этим может сравниться, — согласился я.

— Тебе со мной не страшно? — спросил он.

— Нет.

— Я так и думал.

— Почему?

— Видел, как ты дрался.

Я пожал плечами.

— Я видел твое лицо. И понял, что тебе это тоже нравится. Не отрицай.

— Я и не отрицаю.

— Когда кончится война, — грустно произнес кюр, — такие, как мы, станут больше не нужны. Если мы, конечно, доживем до конца войны.

— По крайней мере, — сказал я, — мы узнали друг друга.

— Верно, — прорычал кюр. — Хочешь посмотреть мои трофеи?

— Да.