Последыш древних - Василий Сахаров

Мои руки заскользили по телу Юны и зажили своей жизнью. Они распустили портупею, распахнули остатки зеленой мантии и стали ласкать девушку, а наши губы снова встретились. И хотя несколько раз она замирала, будто не понимая, что с ней происходит, или сомневаясь, я не давал ей остановиться и не отступал. Ладони полностью оккупировали грудь красавицы и накрыли тугие шары, а Юна, все больше распаляясь, не выдержала, застонала и выдохнула:

– Оттар, миленький, а мы не торопимся?

– Нет, – отозвался я и скинул с себя одежду.

Торопимся или нет, меня такие вопросы уже не интересовали и не волновали. В самом деле, как можно остановиться, когда рядом прекрасная девушка, которая немного боится того, что должно произойти, но в то же самое время не против этого? Ответ – никак. Остановки быть не могло. Время разговоров прошло, и я впился губами в набухшие соски девушки. Руки прошлись по бедрам Юны, ее тело оказалось подо мной, и, продолжая ласкать красавицу, я окунулся в пучину страсти, окончательно потеряв голову. У нас было все. Страсть, вскрики девушки, переплетение двух тел, ногти Юны на моей спине и обжигающий безумный жар любви…

В себя я пришел только через полчаса. Юна была рядом, мы в обнимку лежали на нашем неудобном ложе, и, поцеловав девушку в глаза, на которых застыли капельки слез, я спросил:

– Тебе было больно?

– Немного, – сказала она. – В самом начале только.

– Прости меня, если я был груб.

Она кивнула, плотнее прижалась ко мне и спросила:

– А как же мы станем жить дальше?

Мне хотелось сразу сказать ей, что на ближайшие годы наши пути-дороги расходятся и жениться на ней, если в голове прелестной целительницы есть такие мысли, я не собираюсь. Однако зачем портить хороший день, если в лесу надо сидеть еще минимум сутки и только затем выходить на тракт? Незачем. Поэтому я ответил уклончиво:

– Хорошо заживем, любимая.

– Любимая… – протянула она и улыбнулась. – Странно слышать такие слова от тебя.

– А что, я хуже других или настолько нелюдим?

– Не знаю. Просто привыкла видеть тебя воинственным штурмовиком, с которым всегда непросто.

– Это пройдет. Ведь на самом деле я совсем не такой.

– А какой же ты в действительности?

– Добрый, мягкий, пушистый, романтичный и очень сентиментальный.

– Что-то мне не верится.

– Ничего, со временем ты узнаешь меня получше… Наверное…

Неожиданно, прерывая наш разговор, где-то в лесу завыл волк.

Летом. Днем. Воет волчара. Судя по всему, матерый. Это само по себе уже необычно. Но мало того, мне показалось, что в этом вое есть нечто скрытое, какое-то послание, которое я могу разобрать.

«Опасность! – выл матерый хищник. – Беда рядом! К бою!»

Я встряхнул головой и приподнялся, а Юна уцепилась за мою руку:

– Что-то случилось?

Волк завыл вновь, и я схватился за оружие и одежду. Причем сначала за меч, а только потом за штаны.

– Да что происходит?! – воскликнула девушка.

– Кажется, рядом враги, – сказал я и перекинул целительнице ее мантию, точнее, то, что от нее осталось. – Вставай и будь наготове. Возможно, придется повоевать.

Ютта Куйнари приподнялся на носилках и с презрением посмотрел на новенького раба, белокожего юношу. После чего с оттяжкой стегнул его по спине кнутом и прошипел:

– Не спать, скотина!

Раб вздрогнул и подравнял шаг под движение соседа, крепкого баирца. А Куйнари закрыл глаза, поудобнее устроился в покачивавшемся на ходу кресле и послал зов главе своего клана:

«Учитель, мы уже почти достигли цели. – Великий Мастер не отозвался, но Ютта знал, что его слушают, и продолжил: – Призрачный Охотник выследил последыша. Он в лесу, и мы его захватим. Клянусь. На этот раз ошибки не будет».

Старший ученик перестал колебать эфир и услышал ответ:

«Твоя третья ошибка станет последней. Ты знаешь закон – невыполнение приказа влечет за собой умерщвление телесной оболочки».

«Да, учитель».

«Как и когда ты собираешься брать последыша?»

«Ночью. Атака шестеркой церберов и полусотней наемников. А когда он раскроется, в бой вступим мы с Надаиром и Призрачный Охотник».

«Действуйте и помните – чародей Вайда нужен мне живым».

«Я все понял».

Гебариди замолчал, а Куйнари оглянулся и поморщился, так как настроение у него было паршивым. После боя под стенами Сайгары, когда практически разбитые морейцы совершили неожиданный рывок вперед и отбили дорогостоящий негатор, некромантов оставалось всего двое, сам Куйнари и Надаир, слабый по магической силе этнический хаджар. Но пострадавший от заклятий морейских чародеев Призрачный Охотник уцелел, а учитель, который не мог быстро перебросить в Рубайят новые группы поисковиков, поторапливал выживших и требовал результата.

Так охота вышла на новый виток. На последние деньги, продав любимую рабыню, палатки и некоторые мелкие артефакты, Куйнари нанял ватагу профессиональных наемников, а Призрачный Охотник вывел чернокнижников на цель. Последыш уже рядом, в заброшенной лесной избушке посреди чащобы, а с ним молодая и красивая девушка-целительница, тоже знатный трофей. Однако атаковать наследника Вайда сразу Ютта не решился. Ночь – вот время некромантов. Именно тогда они наиболее сильны, да и Призрачный Охотник отдыхает, спит в темном кувшине, куда не проникает солнечный свет, и появится только вечером. Поэтому старший ученик решил дать воинам отдых.

– Стоп! – Куйнари вскинул вверх руку. – Привал!

Наемники остановились и сразу создали защитный периметр, а рабы аккуратно поставили носилки некромантов на землю, и Ютта заметил, как баирский здоровяк пнул неуклюжего молодого раба. Юноша вскрикнул от боли, а Куйнари машинально впитал в себя его слабость и улыбнулся. Настроение старшего ученика заметно приподнялось, и у него появилась уверенность в удачном исходе дела. После чего он стал отдавать приказы:

– Горако! – Взмах псарю, следившему за животными. – Псов на цепь! Капитан Демьеро! – Кивок командиру наемников. – Высылайте дозорных! Только осторожно! К поляне, на которой избушка, не приближаться! Надаир! Иди сюда!

Второй некромант, как и большинство хаджаров, смуглый, курчавый и горбоносый, приблизился, и Ютта хотел еще раз обговорить с ним план ночного нападения на сторожку. Но в этот миг где-то неподалеку завыл волк, и церберы, страшные двухголовые монстры, залаяли.

– Угомони их! – Ютта погрозил кулаком Горако. – Немедленно!

Щелкнул кожаный бич. Раз. Другой. И монстры, поскуливая, замолчали. А вот волк – наоборот. Его вой становился все сильнее, и он стал смещаться вокруг временной стоянки отряда. Что это значило и почему зверь ведет себя так странно, Куйнари не понимал. А потом ему стало не до размышлений. Потому что последыш Древних сам пришел к некромантам.