Малинур. Часть 1 - Андрей Савин

Таис повернулась и, сделав шаг, присела рядом. Сначала хотела что-то сказать, но осеклась, будто не решаясь продолжить. После, чуть собравшись с мыслями, медленно отреагировала на весть:

– Мы очень долго разговаривали с ним последние два дня, впервые – после аудиенции у царя. – Она положила на скамью хитон. – Смой пыль и гарь с себя, Птолемей, и выходи к столу. Нам много что нужно сказать друг другу; как бы успеть к рассвету, – деловито распорядилась девушка и направилась к дверям.

– Таис? – окликнул её друг, и, стоя у самого выхода, она обернулась. – Гефестион сказал, что это ты вчера велела Александру поджечь дворец, и он, будто заколдованный твоей волей, исполнил её, будучи в безумстве. – Птолемей пристально и с тревогой смотрел в лицо возлюбленной, по-прежнему сидя на скамье. – Люди говорят, это Валтасар передал тебе магический дар, и теперь ты можешь взглядом покорять чужую волю. Александр очень рад вероятной гибели дастура в жару столь почитаемого персами огня, а о причинах, побудивших сжечь дворец, он лишь обмолвился, что ты и он должны были сгореть там тоже… что у тебя было видение, где вы оба в пламени. Скажи мне, это правда? – Мужчина встал от напряжения и волнения. – Александр приказал тебе с рассветом уезжать в египетскую Александрию и запретил появляться в Вавилоне или ещё где бы то ни было в других городах.

Гетера тяжело вздохнула и, снисходительно улыбнувшись, спокойным голосом ответила:

– Разве это секрет, что мужчины лишь от одного моего взгляда теряют волю? Не верь молве; поджечь дворец было велением иных, враждебных людям сил. А что касается видения, то царь слишком уж просто интерпретировал его. Он видит только форму, не понимая сути. Жду тебя, мой Птолемей, в трапезной. – Она вышла, закрыв за собой дверь.

Высокий светловолосый мужчина в белоснежном хитоне и девушка в похожей тунике, с копной распущенных чёрных волос, сидели за столом напротив друг друга. Таис уже сменила свечи, сгоревшие за три часа с момента, как Птолемей вошёл в сей дом.

– Бактрия и Согдиана20, – это же так далеко, что у нас нет даже примерных карт, как туда добраться, – задумчиво размышлял он. – Не меньше пяти тысяч стадий на северо-восток. Не помню, кто рассказывал, что в той части света живут одноглазые великаны и люди с двумя головами.

– А ещё, быть может, где-то там к скале был прикован Прометей, и гигантский орёл клевал ему печень. Неужто в эпосы Гомера ты веришь так же, как Александр? – Таис хихикнула.

Друг улыбнулся, поняв иронию.

– И тем не менее. Царь заявил сегодня, что Мидия и её столица Экботаны – конечная цель похода. Эллины отмщены. Персия у наших ног. Если, как успел рассказать тебе Валтасар, Авесты было две и вторая находится в Бактрах или Мароканде21, то… Может, Александру прямо сказать, что есть второй экземпляр священных текстов и он хранится где-то там?

– Вряд ли это само по себе сподвигнет его организовать туда военную экспедицию, – высказала мнение Таис. – Безусловно, с момента находки пергаментов в Истахре поведение царя красноречиво демонстрировало его иррациональное желание уничтожить Авесту. Он словно знал о наличии этих текстов и, обнаружив, уже готов был сжечь их, не медля ни дня, и лишь твоё, Птолемей, вмешательство остановило его. Но! – Таис загадочно посмотрела на друга. – Узнав о сакральном содержании первых десяти насков, он не позволил к ним прикоснуться даже тебе. Вторую половину с сугубо практическими знаниями Александр разрешил перевести, разумно понимая их ценность, а первую велел привезти к себе под бок, во дворец. Значит, именно доктринальные основы, что содержатся в первых насках, его почему-то пугают. И откуда он знал о существовании учения, столь схожего с откровениями иудейского Моисея?

Повисла пауза.

Птолемей сначала сидел задумчиво, а потом глаза его расширились от невероятной догадки. Он взглянул на Таис.

Она, слегка улыбаясь, ожидала реакции и, заметив признаки озарения у друга, тихо вымолвила:

– Ты думаешь о том же, о ком и я?

– … Шимон?.. – прошептал Птолемей. – Но зачем ему гибель Авесты?

– Почти триста лет назад Зороастр из рода Спитама был в услужении в Вавилоне и Сузах, знаешь у кого? У Даниила.

– Того самого мудреца, в книге которого первосвященник иудейский Шимон показывал Александру предсказание о его предстоящем покорении Персии? – Птолемей изумлённо выпучил глаза.

– Да. С ранней юности иудей Даниил воспитывал Зороастра. Будучи одним из правителей Вавилонского царства, он передавал тайные науки, кои принесли мудрецу успех при дворах ассирийских и персидских владык. Но прежде всего он поселил в нём огонь веры, и, поняв, что ученик достиг понимания естественных законов, неуловимых посредством внешних чувств, Даниил поведал ему сакральные откровения Господа. – Таис перевела дух, собираясь с мыслями перед самой важной частью сегодняшнего разговора. – Будучи высоким сановником у основателей Ахеменидской династии царей Кира Второго и Дария Первого, Даниил пользовался огромным уважением и был советчиком во многих государственных делах. Не раз он ведал правителям о грядущем, в том числе и о предстоящей гибели многих царств, избежать которой возможно, лишь укрепив в народе истинную веру в единого Господа. Он говорил им, что нравственность народа, его достоинство и принятие истины важнее всех крепостей и гениальных военных тактик. Ни одно царство не устоит долго без глубокого проникновения в людские сердца Святого духа, и тот правитель, кто сумеет сам познать сию благодать и не мечом, а любовью открыть сердца своих подданных к её источнику, тот создаст царство Божие и непоколебимое. Цари внимали его словам, что само по себе уже было великим достижением Даниила. И тогда иудейский мудрец благословил своего ученика из ариев на проповедь истины, что уже ему открылась. Он рассказал обо всём, что составляет древнюю иудейскую религию. Однако старец мудро понимал, что это всего лишь форма, причём за тысячелетия ставшая столь громоздкой, что свет истины за ней почти не виден. Поэтому Даниил отказал Зороастру в обряде брит-мила. Так мудрец передал Зороастру факел истинной веры как чистого содержания, не отяжелённого оковами форм. Даниил – один из пророков человеческих, однако иудейские первосвященники таким его не считают; говорят, что он не общался с Богом напрямую, а лишь слышал Его ангелов. – Девушка сделала глоток вина, смачивая губы, пересохшие от слов и волнения.

– Почему у них такое отношение к своему мудрецу? – Птолемей не моргая и