Разведка. «Иван» наоборот: взаимодействие спецслужб Москвы и Лондона в 1942—1944 гг. - Сергей Брилёв

Процитируем доклад приставленного к группе «Эверест» британского сержанта Кратцоффа, который наблюдал за «Александром Якубовым»-«Клейном», прибывшим из СССР вместе с Цеттлером-«Харламовым»-«Кеслером»:

«Австриец, 34 года, женат, истый католик.

Личные характеристики:

Лёгкого нрава, доброго естества, социален, умён, большой патриот Австрии, разговорчив. Расположен к Англии и англичанам. Презирает Кеслера, а тайно и всех русских, так что не собирается возвращаться в Россию после войны. […] Мечтатель и идеалист […]

Политическая деятельность:

Был членом социал-демократической партии до германской оккупации […] Бежал через чешскую границу […] по украденным документам. Провёл некоторое время на Балканах, постоянно двигаясь в сторону России. Сожалеет, что выбрал такой путь, говоря, что лучше бы отправился в сторону Англии. Собирается прекратить любую политическую деятельность после того, как Австрия будет освобождена […]

Младший брат был в […] 43-й дивизии австрийской армии унтер-офицером. Сейчас, наверное, уже офицер. Его дивизия была одной из тех, которые попали в Сталинград […]

По роду занятий занимался всем понемногу. Был учителем игры на цитре^[656]».^[657]

Ранее ещё и капрал Уайлд заметил, что «Якубов»-«Клейн» «считает себя австрийским националистом». И привёл слова своего собеседника, который утверждал: «если бы в начале войны он был не в России, а в Англии, то добровольно вступил в британскую армию»^[658].

С чего начать опровергать практически всё, изложенное в этих докладных записках?!

Разберём, например, фамилию «Якубов», вписанную в советский загранпаспорт этого человека… Русский сразу скажет: фамилия с русским окончанием на «-ов», но с мусульманским корнем. Именем самого знаменитого Якубова в российской истории названа улица в Казани – это большевик Якубов Камиль Лотфирахманович, один из организаторов и активных участников I Всероссийского съезда коммунистов-мусульман, убитый в июне 1919 г. во время переговоров с солдатами восставшего Татарского запасного батальона^[659].

Стоит, впрочем, признать, что такая фамилия распространена и в славянских районах на стыке Украины, Белоруссии и российской Смоленщины^[660]. Более того, в рассекреченной ныне базе данных Министерства обороны Российской Федерации об участниках Великой Отечественной войны, награждённых правительственными орденами и медалями, мы находим Александра Якубова – уроженца Украины, получившего медаль «За отвагу»^[661]. Очень смелое предположение, но всё-таки поделимся им: быть может, младший участник группы «Эверест» получил имя именно этого солдата, потому что тот его пленил?

Да! В реальной жизни «Якубов»-«Клейн» был не беглым, а пленённым австрийцем. Точнее, сдавшимся в плен. Настоящее его имя – Альберт Хуттари. Родился 30 декабря 1908 г. Возможно, он и играл на цитре, но через чешскую границу из Австрии не бежал, а оставался на родине после всех драматичных событий 1930-х гг. и работал на стекольной фабрике в Брунне-ам-Гебирге. Оттуда, из Австрии, его и призвали в вермахт. Но, попав на Восточный фронт, он сдался на милость Красной армии.

Приведем ответ СВР на запрос ВГТРК: «По одному из архивных дел проходит «Ян»-Альберт Хуттари, 1908 г.р., […] гражданин Австрии, который в апреле 1942 г. добровольно сдался в плен. Завербован НКВД СССР и в августе 1942 г. передан в Первое управление»^[662].

Конечно, можно предположить, что (по выражению выпускника спецшколы Коминтерна в Кушнаренкове В. Леонгарда) ставший советским агентом «Яном» солдат Хуттари – один из тех военнопленных, которые «из оппортунистических соображений готовы были подписать воззвания и декларации, направленные против Гитлера»^[663]. С австрийцами так действительно бывало^[664]. Впрочем, сдавшегося в плен Красной армии Альберта Хуттари ни в чём убеждать не требовалось. Реальный сталинский Советский Союз ему, может, и не приглянулся, но у себя в Австрии Альберт являлся членом Коммунистической партии Австрии с более чем солидным стажем – с 1929 г.^[665]! Вместе с отцом он входил в ячейку Сопротивления на своей стекольной фабрике^[666]. Согласно записанным после войны собственным свидетельствам Альберта, он получил от компартии «обязательное задание (курсив наш. – Авт.) по попаданию в Советский Союз, так как со дня на день ожидался мой арест»^[667].