Откроется не каждому - Константин Викторович Харский

Клара решила не обманывать.

– Я решила написать на воротах, что дом продаётся. Сказать по правде – это Славик мне подсказал…

– Этот мальчик?

– Да. Так вот, я решила написать «Продам», потому что такая надпись короче и её можно сделать крупнее…

– Мудро. Подожди секунду, – сказал папа, набрал чей-то номер и, когда ему ответили, скомандовал: «Леня, рекламный текст сократить в три раза. Как хочешь. Кто из нас хвалился, что он рекламщик от бога? Вывози».

Папа смотрел на Клару в ожидании продолжения истории.

– То есть ты из моих историй делаешь выводы и потом раздаёшь указания, а сам рассказываешь так, чтобы поскорее от меня отделаться? – описала ситуацию Клара.

– Извини, расскажу подробнее. Так что там с надписью?

– Я написала две буквы: «П» и «Р». Получилось вкривь и вкось…

– На фото было красиво написано, я даже удивился, как это у тебя так вышло, – снова перебил папа.

– Слушай. Написала я как курица лапой две буквы. Вдруг подходит ко мне какой-то мужик – потом выяснилось, что это был дядя Женя, отец того парня, который к Башне пришёл с собакой. Отец Жорки.

Папа внимательно посмотрел на дочь и медленно кивнул.

– Ты поглядывай на дорогу. Подходит дядя Женя, предлагает сделать надпись. И я ему продала право написать «Продам» и номер телефона за тысячу рублей.

Тут папа сделал такое лицо, что зеркальные нейроны Клары сказали: «Он сомневается, что всё в этой истории – правда. Он может поверить в то, что надпись сделал дядя Женя, но что взрослый мужчина заплатил деньги, чтобы поработать – маловероятно». Клара стала размышлять: «Добавить ещё аргументов, чтобы убедить папу, или не надо?» У неё ведь даже телефон дяди Жени остался.

– Ну, допустим, – сказал папа после долгой паузы. – Знаешь, дед всегда говорил о том, как важен первый опыт. Вот, например, первые деньги. Или первый отпуск в Турции. Или первый автомобиль. Когда ты в первый раз так легко заработала деньги – целую тысячу! – у тебя может сложиться впечатление, что деньги даются очень легко. Ты просто говоришь людям, что они тебе должны тысячу, и те с радостью платят за возможность написать буквы на воротах. Не спорю. Верю, что примерно так всё и было. Но потом ты пойдёшь работать стажёром, например, в ресторан быстрого питания или в магазин косметики, и выяснится, что деньги даются сложнее. Гораздо сложнее. Первый опыт всегда как бы задаёт единицу измерения и точку отсчёта. Ты приходишь на работу и где-то через месяц говоришь: «Тут деньги заработать в десять раз тяжелее». То есть ты свою вторую работу измеряешь линейкой, которую тебе подарил опыт с продажей букв на воротах. И если ты не поменяешь эту линейку для измерения и точку отсчёта, то почти вся другая работа не будет тебя устраивать. Понимаешь?

– Не уверена, – призналась Клара.

– Мои первые рубли я получил, копая картошку. Это довольно тяжёлый физический труд, особенно для подростка… Да, я тогда был примерно твоего возраста. И была ещё одна проблема: почти все наниматели хотели расплатиться с нами не рублями, а той же картошкой. А оно нам надо? У нас дома своей – вагон и маленькая тележка. Когда первые рубли даются непросто, то потом работа даже в ресторане быстрого питания – просто отдых.

– А-а-а, то есть ты за то, чтобы первый опыт был ужасным? И тогда все другие места работы покажутся раем, так? – переспросила Клара. В душе она была крайне несогласна с таким варварским подходом: зачем же мучаться, когда можно не мучаться?

– Нет, я за осознанность первого опыта, – поправил её папа. – Когда ты понимаешь, что первая работа создаст у тебя определённые ожидания, ты этими ожиданиями управляешь. Например, мы с мамой, когда ты была совсем ещё малышка и осталась с дедом, полетели в Турцию, и это было ужасно: громко, невкусно, жарко и так далее. Тогда можно было бы сказать: «Мы в Турцию больше ни ногой». А можно было решить: «В следующий раз мы внимательно прочитаем, что это за отель и какие там условия проживания». Но правильнее всего было бы выбрать хороший отель в первую поездку. Боюсь, твои первые деньги достались тебе легко и это может повредить тебе в будущем.

– Я поняла: ты не хочешь, чтобы я рассчитывала на то, что это всегда будет так же легко, и хочешь, чтобы я знала, что иногда люди сопротивляются, расставаясь со своими деньгами. Я поняла.

– Дед рассказывал, что раньше в поездах дальнего следования работали карточные шулера. Они подсаживались к скучающему пассажиру и предлагали сыграть в карты. Пассажир сначала отказывался. Тогда шулера говорили, что играть они предлагают в простого «дурака» – это безобидная игра, не на деньги, да и проиграть ничего нельзя; просто чтобы время скоротать. «Не бойся!» – говорили шулера, и пассажир соглашался, что никакой опасности нет. Начиналась игра, и пассажир раз за разом выигрывал. Шулера, переглядываясь, громко удивлялись тому, какой везучий попутчик им встретился. А пассажир и сам видит, как карты его любят: что ни раздача, то козыри все у него. Теперь пассажиру уже совсем не казалось, что он чем-то рискует, если сыграет на деньги. Пускай его соперники за свои кошельки беспокоятся, ему-то карта вон как прёт. А ещё через десять минут у пассажира нет ни копейки. Всё поиграл. Карточная удача – изменчивая дама, особенно если играть с шулерами. И секрет этого мошенничества – в первом опыте: пассажиру сначала давали выиграть, убеждая в том, что так будет всегда.

– А, поняла. Спасибо. Я поправлю своё представление о том, как зарабатываются деньги, и не буду ждать, что все они будут лёгкими.

– Вот и умница, – сказал папа. Он выглядел довольным:в кои-то веки удалось донести до дочери важную мысль.

– Хотя некоторые всё равно будут доставаться легко и просто… – закончила свою мысль Клара.

– Ну, или не получилось, – разочарованно продолжил вслух свою мысль папа.

Рассказывая о том, кто приходил смотреть дом деда, о чём спрашивали, они незаметно доехали до своей питерской квартиры на Петроградке.

Мама обрадовалась встрече. Время от времени она смотрела на очки дочери. Клара чувствовала этот взгляд, но считала: раз маме интересно, то пусть первой и начинает разговор на эту тему. А мама, кажется, пообещала себе или папе не портить встречу.

Первым делом решили все вместе поужинать. Это был праздничный ужин. Мама к приезду Клары заказала вкуснятину из ресторана быстрого питания и сделала свой фирменный «Наполеон», на приготовление