Домик под скалой - Шэрон Гослинг

Может, причиной было вино – Анна нервничала и слишком быстро осушила два бокала, – но на душе у нее стало тепло.

– Позвольте спросить, Анна. – В одной руке Терри держал тарелку с едой, в другой бокал пива. – Что будет с вашей карьерой? Вероятно, чтобы переехать сюда, вам пришлось бросить работу. Если вы не собираетесь оставаться в Криви, возьмут ли вас назад? Или теперь вы хотите сменить род деятельности?

– Честно говоря, понятия не имею, – ответила Анна, вертя в руке бокал. – Уезжая из Лондона, я думала, что больше не вернусь и к профессии повара.

– Очень жаль, – сказала Сьюзен. – У вас настоящий талант. Все так вкусно.

– Спасибо, – улыбнулась Анна. – Просто… Моя карьера зашла в тупик, и я не понимаю, что делать дальше. Это еще одна причина, почему я купила «Счастье рыбачки». Продав дом родителей, я смогла обойтись без ипотеки, а на свои сбережения и на то, что оставил мне отец, я проживу год или даже больше, если буду экономить. Я собиралась использовать это время, чтобы понять, что мне делать со своей жизнью, потому что уже несколько лет чувствовала себя… не знаю, наверное, немного потерянной. Как будто бесцельно плыву по течению.

– Да, милая, я знаю, как это бывает, уж поверьте, – сочувственно сказала Рона.

– Но теперь, – Анна обвела рукой блюда, которыми угощали гостей Фрэнк и Пэт, – когда я приготовила то, что хочу и как хочу, я поняла, что не могу без любимого дела. Это часть меня, часть моей души. Так работают мои мозги. И теперь я не уверена. Мне нужно все обдумать. И найти подходящую работу. Наверное, от этого зависит, куда я поеду.

– Вам нужно вновь открыть «Криви Инн», – предложил Филипп. – Там есть настоящая кухня, которая пропадает зря.

Раздался хор одобрительных голосов, но Анна колебалась.

– Сомневаюсь, что смогу управлять собственным бизнесом. Мое место на кухне. По натуре я ведомый, а не лидер.

– Почему вы так решили? – спросил Фрэнк.

Анна открыла было рот, чтобы ответить, но вовремя остановилась. Эти слова принадлежали бы Джеффу, поняла она, а не ей. Она слышала их столько лет – на протяжении всей карьеры, – что никогда не задумывалась, насколько они верны.

– Я… У меня нет опыта, – растерянно пробормотала она, шокированная этой мыслью. – И начального капитала.

– А по-моему, это отличная идея, и совершенно очевидно, что с едой проблем не будет. Кстати, где вы работали в Лондоне? – спросил Терри. – В каком заведении? Судя по тому, чем вы нас тут угощаете, это шикарное местечко.

Снова почувствовав неловкость, Анна сделала большой глоток вина. Как ни велико искушение солгать, она должна сказать правду.

– В ресторане «Четыре сезона».

– Ничего себе, – удивился Дэвид. – Вы имеете в виду ресторан Джеффа Роклиффа? Тот самый, что в прошлом году получил еще одну мишленовскую звезду?

– Да, – невозмутимо подтвердила Анна. – Получил. Мы получили.

Секундное замешательство нарушил смех Роны.

– У Криви есть мишленозвездный шеф-повар! – воскликнула она. – Кто бы подумал!

– Звезду дали не мне, а кухне, которой заведовал Джефф.

– Да ладно, – усмехнулась Сьюзен. – Готова поспорить, что все самое трудное делал кто-то другой. Обычная история.

Анна позволила себе улыбнуться:

– В любом случае теперь меня там нет.

– Долго вы там работали? – спросила Пэт.

– Со дня основания. Около пятнадцати лет. Достаточно долго. Откровенно говоря, даже слишком.

– Мне нравятся его телепрограммы, – присоединилась к разговору Мари. – Кажется, на следующей неделе начинается новая?

– Да, я вчера о ней читала, – сказала Рона, и у Анны замерло сердце. – Звучит совсем неплохо. Он путешествует по всяким медвежьим углам Великобритании и выспрашивает у хозяев ресторанов новые рецепты. Жаль, что у нас тут ничего нет – он мне всегда нравился. И кажется, он недавно расстался с женщиной, с которой долго прожил вместе. Еще одна упущенная возможность! Давайте, Анна, возрождайте нашу таверну и уговорите его приехать – ради меня!

Все рассмеялись. Почувствовав внимательный взгляд Пэт, Анна принялась разглядывать свой бокал. Тут раздался звонок в дверь. Она сидела ближе всех к выходу и решила воспользоваться шансом и сбежать, хотя бы ненадолго.

– Давайте я открою?

– Конечно, дорогая. – Пэт улыбнулась, словно читая мысли Анны. – Это Старый Робби. Он предупредил, что опоздает.

Обдумывая неожиданный поворот застольной беседы, вызвавший мучительные воспоминания, Анна вышла в коридор и открыла дверь, не задумываясь о том, кто стоит по ту сторону. Она услышала «Старый Робби», и ее воображение нарисовало суровое, морщинистое лицо Дугласа Маккина. Но перед ней стоял – широко улыбаясь, с бутылками вина в обеих руках, – мужчина, которого она легко приняла бы за сорокалетнего Роберта Редфорда, и Анна от растерянности перестала что-либо соображать.

– Э… Привет, – сказал мужчина. Анна молчала, и его улыбка погасла. – Должно быть, вы… Анна? – Он сунул одну бутылку под мышку и протянул ей руку. – Роберт Маккензи. Кажется, это вам я продал «Счастье рыбачки»?

Анна открыла рот, собираясь ответить, но обнаружила, что сигналы от мозга по-прежнему не доходят до языка. Тогда она закрыла рот, пожала протянутую руку и наконец отступила в сторону, пропуская его.

– Да, конечно. Простите, – поспешно извинилась она. – Прошу прощения. Входите, они все в гостиной. Рада с вами познакомиться.

Он прошел вперед, очевидно слегка встревоженный. Неудивительно, подумала Анна и выругала себя.

– Простите, – повторила она, чувствуя необходимость объясниться. – Но… вы не старый.

Он удивленно заморгал, потом нахмурился:

– Я не… что?

Анна выдохнула, почувствовав, что к ней наконец-то вернулась способность соображать, и подумала, не стала ли она жертвой изощренного местного ритуала инициации.

– Здесь все называют вас Старым Робби. Первым местным жителем, которого я встретила, был Дуглас Маккин, и он действительно старый, а потом Пэт и Фрэнк сказали, что вы с ним друзья, и я… я подумала, что вы…

– Старый, – закончил он, и его губы растянулись в улыбке. – Кое-кто именно так и считает. Моего сына тоже зовут Роберт, так что здесь я Старый Робби, а он…

– Молодой Робби.

– Точно. – Роберт Маккензи снова улыбнулся. – Простите, что вышла такая путаница.

Анна поморщилась.

– Это я должна просить прощения за то, что вела себя как полоумная, когда открыла дверь. Пока что единственный результат моего «знакомства с соседями» – это желание стать затворницей.

Он рассмеялся, и его низкий раскатистый смех отразился от стен коридора, вызвав у нее улыбку.

– О нет, здесь этого делать не стоит. Это прямой путь к безумию.

Шум из противоположного конца коридора вдруг стал громче – Пэт открыла дверь в гостиную.

– Все в порядке? – спросила она. – Робби, советую тебе войти и