Прощание с котом - Хиро Арикава

Торговали они с самого утра и до вечера, и в результате победу одержали третьекурсники. Похоже, главную роль сыграла не разница в ценах, а расположение лавки и видимость плаката. Фрукты продавали прямо у дороги, и проезжающие водители просто не успевали прочесть надпись «Попробуйте бесплатно». Зато плакат «Второй сорт» сразу бросался в глаза, и люди останавливались в ожидании скидки.

Впрочем, если бы студенты продавали фрукты на пешеходной улице или в магазине, результаты, скорее всего, вышли бы другие: все-таки предложение попробовать бесплатно звучало очень заманчиво.

В любом случае материала на отчет они собрали достаточно.

Вечером того же дня хозяева и работники сада накрыли для практикантов стол.

– Профессор, спасибо, что обучаете нашу дочь! – поблагодарил Куботу хозяин дома и налил ему вина – тот забыл сказать, что практически не пьет. – Эту бутылку мне по случаю сегодняшнего вечера передал один знакомый, владелец винодельни.

Отказать становилось все сложнее. Да и вино было довольно вкусным, и Кубота сам не заметил, как напился. Он уже чуть не падал, но в тот самый момент Мияваки увел его из-за стола.

– Профессор, я вам постелил…

Куботе выделили комнату в дальней части дома, недалеко от сада. Как только они вошли, мужчина тяжело повалился на матрас.

– Спасибо… Если бы не ты, все бы плохо кончилось.

– Пьющим сложно представить, что некоторые с трудом переносят алкоголь. Я тоже почти не пью, поэтому понимаю вас. Чтобы сильно не пьянеть, я почаще отхожу от стола под разными предлогами, но вы бы так не смогли.

Действительно, на протяжении всего ужина Мияваки носился туда-сюда, но Кубота не задумывался почему.

– Просто я могу веселиться и без выпивки, а на вечеринках мне больше нравится сидеть в стороне.

Видимо, Мияваки был из тех, кому важнее сама атмосфера праздника.

– А отец Сакиты-сан любит выпить, да?

– Точно… В старших классах мы с Суги с ним напивались.

– Ох, так вы же еще детьми были.

– Не будем об этом. Все-таки именно отец Сакиты позвал нас сюда, и, думаю, стоит его поблагодарить. – Мияваки, кажется, было сложно говорить на эту тему.

Наверное, поэтому Суги всю вечеринку крепко стоял на ногах; но вот Мияваки пить так и не научился.

– Кого он приучил пить, так это Сакиту, – рассмеялся Мияваки. – Она всю практику жаловалась, что ей приходится столько работать в родном доме и даже выпить некогда.

– Виноват я перед ней… Но все-таки практика получилась очень продуктивной. И все благодаря твоей идее. – Кубота на секунду замолчал, но вдруг снова заговорил – алкоголь делал свое дело. – Хорошо, что ты записался именно на мой курс.

– Вообще сначала я хотел пойти на другой…

Мияваки был прилежным студентом, поэтому наверняка и другие преподаватели хотели видеть его у себя на семинарах.

– Но почти сразу же записался к вам.

– И почему же?

– Мне было интересно обсуждать с вами книги, а еще понравилась аудитория для семинаров.

Кубота задумался: и чем парню так приглянулся кабинет?

– У вас на столе стоит семейное фото, а еще фотографии с котом и собакой – очень мило.

– Кошек любишь?

Мияваки удивленно моргнул, – похоже, профессор попал в точку.

– Просто ты первым кота назвал.

Молодой человек улыбнулся и кивнул.

– И кошек, и собак. Но в детстве у меня был кот, поэтому их сильнее.

– Расскажешь про него?

– Его звали Хати. – Мияваки выглядел счастливым. – На лбу у него были пятнышки в виде иероглифа «восемь», вот и дали такое имя. Очень послушный и ласковый… Весь белый, а хвост черный и загнутый на конце.

– Загнутый? Такие коты приносят удачу.

– Да?

Мияваки, видимо, об этой примете не слышал. Кубота и сам не помнил, откуда о ней узнал.

– На загнутый хвост коты, как на крючок, ловят удачу и носят ее с собой.

– Вот как… – с облегчением пробормотал Мияваки и мягко улыбнулся. – Значит, они самые счастливые? Раз приманивают к себе удачу.

– Ну, звучит логично.

– Ясно, – снова улыбнулся он. – Каждый раз, когда вижу фото вашего кота, думаю: вот бы и я мог подольше побыть с Хати.

Мияваки рассказал, что из-за сложных обстоятельств ему еще в детстве пришлось отдать Хати родственникам.

– У него же был загнутый хвост. Уверен, он жил счастливо.

– Да!

Они продолжали говорить о своих питомцах, и в ту ночь Куботе приснился кот. Причем похожий на Хати.

На следующее утро профессор рассказал об этом парню.

– Правда? – Мияваки просиял. – Он выглядел счастливым?

– Хм… Сложно сказать – просто лежал и грелся на солнце.

– Если так, то он точно был счастлив, – довольно заключил Мияваки, но тут же сник. – Только вот жестоко с его стороны появляться в ваших снах, а не в моих.

Парень взаправду обиделся на кота, и это показалось Куботе странным.

– Вот-вот, даже к вам он пришел, а ко мне – нет.

– Когда ты всерьез расстроился, я подумал: ну и чудак!

Да, профессор, Сатору такой. История вышла забавная, конечно. Но не думаю, что Хати нарочно не хотел появляться во снах у Сатору.

– Кстати, у Наны ведь хвост тоже загнутый. И пятнышки есть…

Профессор, не вставая с дивана, взглянул в мою сторону.

Профессор говорил тихо, и его было почти не слышно, поэтому я решил выйти из клетки – все равно они с головой погрузились в разговор.

– Точно, почти как у Хати. Я так удивился, когда впервые встретил Нану. Правда, хвост у него загнут в другую сторону. Если посмотреть сверху, напоминает семерку.

Загнутый хвост и счастливое число, профессор. Уверен, я приманиваю удачу даже сильнее, чем Хати!

– Ну, значит, Нана – твоя судьба.

Отлично подмечено, профессор. Продолжайте, пожалуйста. Видишь, Сатору? Сама судьба послала тебе кота с хвостом-семеркой, а ты хочешь его отдать.

– Точно, я же пирожных взял, будешь? – Кубота начал вставать, но Сатору остановил его.

– Не надо, спасибо.

– Но ты же совсем мало поел. Молодому организму нужно больше питания!

Нет-нет! У Сатору в последнее время и правда плохой аппетит, а вы даете ему слишком много сладкого! Сначала печенье, потом рисовые крекеры двух видов, еще фрукты, кастелла[7] – конечно потолстеешь, если так питаться.

По Сатору было заметно, что он даже с печеньем-то справился с трудом.

– Эх… А у нас все студентки восхищаются, какие же вкусные пирожные делают в этой кондитерской… – уныло произнес